Максим Бодрый - Особенности межвидового скрещивания в открытом космосе

Белая шайба двигалась в авангарде, две другие — поменьше — прикрывали с флангов. Сотни кораблей поменьше клином выстроились сзади, мириады треугольных стрел отражали атаки жучиных истребителей, не давая приблизиться к флагману.

Наземное ПКО, отстрелявшись по станции, подключилось к истреблению тапси. С поверхности сплошной стеной летели болванки, превращая неосторожных «крабов» в решето. Но пользы от обстрела уже было мало — вражеский флот отлетел слишком далеко. Семен не знал, как долго перезаряжаются струнники таких колоссов, но нутро подсказывало, что вскоре они благополучно смоются.

В кабину вошел ларан в черном комбезе с белой полосой на груди и рассерженно зашипел.

— Что ему надо?

— Спрашивает, есть ли на борту оружие, — перевела Юна. — Хочет лететь убивать жуков.

— Пусть отдыхает. С нас достаточно звездных войн.

Ящер зашипел пуще прежнего.

— Говорит, на станции погибли его жена и дочь. Он требует мести.

— Вот вернется и запишется добровольцем. На «Красавце» полно женщин и детей, я не стану ими рисковать.

Доводы разъяренного ларана не устроили. Он зарычал и шагнул к капитану с явным намерением взять командование на себя. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не Астра. Она молниеносным движением стащила плазмер-пистолет с бедра Семена и бесстрашно шагнула навстречу великану, ткнув ему дулом в подбородок.

— Я бы не стал с ней шутить, — хмыкнул землянин.

Ящер что-то проворчал и утопал в кубрик.

— Что он сказал?

— М-м-м…, - пилот задумалась, подбирая слова. — Пару ласковых про бледножопых, выпендривающихся на чужой планете.

— Долбаный расист. Готовься к скольжению.

Над подлокотником вспыхнуло голоокно с входящим сигналом. Парень машинально включил трансляцию — сейчас с ним могли выйти на связь кто угодно: от вездесущих журналистов до оперативного штаба обороны. Но на голубой глади проступило встревоженное лицо Элурии, то и дело озаряемое яркими вспышками. Женщина сидела на мостике и неотрывно смотрела вперед, камера то и дело тряслась, отовсюду доносились встревоженные голоса.

— Вы как? — спросила Галл.

— Относительно неплохо, — ответил Семен, не сумев скрыть улыбку. Он был крайне рад видеть ящерку, которая ассоциировалась с уютом, безопасностью и приятными «анализами». — Где вы?

— Прямо по курсу.

— Не вижу.

— Мы во главе корпуса орбитальной обороны. Гоним жуков в хвост и в усики.

— Погоди…, - землянин нахмурился. — Флагман — это «Возрождение»?

— Подтверждаю.

— Офигеть. А я думал, это лаборатория.

— В наше время вооружены даже детские коляски. Сейчас мы закончим и подберем вас.

— Помощь нужна?

— Нет. Просто постарайтесь не нарваться на тапси.

— Будем стараться. Элурия?

— Да.

— Лера… мертва.

— Знаю. Конец связи.

Окошко исчезло, но вскоре засияло новое. На связь вышел сурового вида ларан с ожогом на правой скуле и рваным шрамом через все лицо. Юна перевела его хриплую сбивчивую речь:

— Капитан Барум, корпус орбитальной обороны. Вам требуется помощь?

— Так точно. На борту два десятка пострадавших со станции.

— Вас понял. Десантная баржа «Сияние Севера» в пути, доступ к шлюзам открыт.

Через пару минут подлетел белый корабль, похожий формой на батон. Юна завела «Красавца» в ангар и опустила трап. Невольные пассажиры суматошно убежали прочь, будто их держали в заложниках, а теперь освободили. Инопланетянка подошла к трапу и проводила их взглядом.

— Семен?

— Слушаю.

— Я… я хочу домой. Не сочти за трусость или малодушие, но у меня большая семья и ввязываться в войну ну никак не хочется. Было весело летать с тобой, заниматься всякими глупостями, но сейчас… все стало лишком серьезно. Надеюсь, вы с госпожой Галл поймете.

Парень кивнул:

— Без вопросов. Спасибо, что не оставила меня раньше и согласилась спасти ларанов.

— Ну…, - девушка смущенно улыбнулась. — Среди братьев и сестер я самая отбитая. Так вы на Земле говорили, верно?

Дроздов подошел и провел ладонью по фиолетовому плечу.

— Удачи, Юна.

Пришелец подмигнула и обняла товарища сразу десятком щупальцев, словно осьминог добычу.

— Тебе тоже.

— А мы так и не переспали, кстати.

Инопланетянка усмехнулась и легонько шлепнула парня по заднице:

— Когда все закончится, прилетай на Мардук — наверстаем упущенное. Я оставила координаты в бортовом компьютере.

— Надеюсь, доживу до того прекрасного момента.

— Доживешь, куда ты денешься. Козочка за тобой присмотрит. Иди сюда, хватит прятаться в кабине.

Фразу «иди сюда» Астра понимала отлично, хотя Семен подозревал, что не ее одну. Синтетик осторожно приблизилась и спрятала руки за спиной. Юна невесть зачем приняла ее облик и нежно обняла, поцеловав в обе щеки. После чего превратилась в естественный для себя шар соплей, помахала на прощанье щупальцем и сползла по трапу.

На разрушенной станции наверняка было полно инопланетян, и лараны организуют их развоз. В любом случае, Семен ничуть не беспокоился за Юну. Она где угодно пролезет и уж точно не пропадет. В отличии от него.

Астра, словно ощутив настроение спутника, привычным жестом сжала его руку в ладонях.

Буря началась.

Глава 12. Долгожданная встреча

Глава 12. Долгожданная встреча

Чтобы скоротать время в ожидании Элурии, Семен включил новостной канал. Он ничего не понимал из напряженного шипения дикторши, больше ориентируясь на видеоряд. Кадры помогли более-менее оценить нанесенный планете урон, и он был ужасен.

Станцию-кольцо расстреляли не полностью, один огромный кусок упал в океан и поднял цунами, смывшую несколько прибрежных городов. Второй разрушился в плотных слоях и рухнул на какой-то мегаполис огненным дождем. Раскуроченные небоскребы сложились как карточные домики, уцелевшие горели словно факелы, улицы устилали обожженные, изуродованные тела и груды металлолома, небо почернело от дыма.

На орбите висели сотни, если не тысячи погибших кораблей. Рано или поздно они тоже свалятся на головы мирных жителей, если таковые к тому времени останутся. Потому что перед вербовочными пунктами выстроились очереди длиннее, чем в мавзолей Ленина первого мая. Мужчины, женщины и даже дети шипели и размахивали руками, требуя выдать форму и плазмеры.

Хотя, быть может они протестовали против бездеятельности военных, прозевавших налет, хрен знает. Но землянин растолковал буйное поведение как жажду мести. А мстить было за что.