Фиктивная жена миллиардера (СИ) - Орлан Нари

У меня сегодня рабочий день. А руки трясутся. Как я буду делать массаж? Голова плывет от голода.

— Лизочка, ну расскажи, что случилось? — Катя присела рядом и пытливо заглянула в глаза, протягивая мне кружку горячего чая.

Слезы, оказывается, еще остались. Они задрожали под ресницами, в носу защипало. Грудь снова сдавило отчаяньем. И то, что почти незнакомый мне человек, беспокоился обо мне, тронуло до глубины души.

Мне не кому позвонить, не к кому обратиться. Я совершенно одна. Когда дозвонюсь к брату? В любом случае он не примчится сию секунду с деньгами и, вполне возможно, следующую ночь мне тоже придется ночевать на улице.

Я вчера не подумала, но брат вряд ли мне много даст. У него вечно нет денег, все уходит на жену, которая сидит на шее, и на двоих детей. Будет хорошо, если он хотя бы поможет найти аферистов.

— Можно я какое-то время поночую в салоне? — обратилась к администраторше. — Мне некуда идти...

— Лизочка. Да в чем дело?

Я прикусила губу. Не хотелось лгать ей, будто у меня сгорела квартира или подобное. Правда все равно раскроется. А я не хотела терять это место. Мне в салоне нравилось — приятный интерьер, платили неплохо и коллектив дружелюбный.

И я взахлеб рассказала обо всем Кате. Почти обо всем. Фальшивые документы — табу.

— Так почему ты полицию не хотела дожидаться?

— Потому что меня через полицию бывший найдет, — выкрутилась я.

Катя сощурила густо накрашенные глаза. По-моему, за время рассказа она отстранилась от меня, охладела. Она точно не ожидала услышать такое.

— Вот как. И что теперь будешь делать?

— Я не знаю. Нужно дозвониться до брата. Почему -то трубку не берет.

Она закивала, окидывая меня изучающим взглядом, особенно смотрела на голые коленки, выглядывающие из разреза плаща, и на убитые тапочки.

— Ты сможешь дать свой номер карточки, чтобы брат, если что, на нее денег скинул? — попросила я.

Катя вздохнула и забрала у меня телефон, кому-то позвонила.

— Наташа? Ты сможешь выйти сегодня вместо Лизы? Она приболела. Да. Отлично.

— Я не... — начала было я, но администраторша остановила меня рукой и положила трубку.

— Посмотри на себя. — Она встала и отошла за стойку ресепшена. — Я не хочу, чтобы ты в таком виде принимала клиентов.

— Я. я приведу себя в порядок! — Я поднялась с колотящимся сердцем и машинально разгладила плащ, запахнула его на груди. — В костюме ведь работаю.

— И под костюмом у тебя будут трусы и майка? Бюстгальтера даже нет. Мы приличный салон. — Она посуровела, окончательно отбросив доброжелательность и построив между нами стену. У меня засосало под ложечкой. Но сдаваться я не хотела.

— Может, попросить кого-то из девочек захватить из дома какие-то вещи? — Я кивнула в сторону телефона. — Пожалуйста, я уверена, до вечера дозвонюсь брату.

— Иди договаривайся с хозяином квартиры, — махнула она рукой и сделала вид, что чем -то за стойкой страшно занята.

Теперь эта стена налетела на меня и влупила по лицу.

— Что?

— А почему нет? — пожала Катя плечами. — Объясни ему все. Скажи, что тебя бывший через полицию ищет. Может, поверит.

— Но это правда! — возмутилась я. Жалко. Фальшиво. Голос подводил, подрагивая из-за подступающих горьких слез.

— Конечно. Но нам здесь таких историй не нужно, понимаешь?

У меня все внутри оборвалось и рухнуло. Меня только что уволили? Или просто тонко намекнули не приходить, пока сама не разберусь со своими проблемами?

Надеясь на второй вариант, я прикусила щеки изнутри и заставила себя пойти к выходу. Чем больше я старалась Катю уговорить — тем делала только хуже. Еще испорчу все так, что она прямым текстом пошлет меня лесом.

Когда сбегала с лестницы, в кармане звякнули ключи. Вряд ли полиция торчит под квартирой. Они, может, по настоянию хозяина уже ищут меня. От этой мысли я чуть не споткнулась на последней ступеньке. В салоне лучше вправду не появляться.

Также они думают, я мошенница, у меня есть сообщник и место, куда можно пойти и спрятаться. Никто не ожидает, что я вернусь. По крайней мере я могла бы рискнуть прокрасться в квартиру, забрать что-то из одежды и немного поесть.

Совет Кати договариваться с хозяином особенно после того, как я сбежала, дикий. Разве он поверит, что его подруга отобрала у меня деньги и буквально вытолкнула из окна?

Дорога обратно к дому выжала из меня последние силы. В плаще невыносимо жарко, от голода желудок, казалось, прилип к позвоночнику. Еще страшно мучила жажда.

Может, солнце огрело меня по голове, но, подходя к дому, я все -таки решила рискнуть поговорить с хозяином. Он наверняка написал на меня заявление, и если я не уговорю забрать его, то кроме бывшего меня еще менты подадут в розыск. Тогда можно вообще похоронить надежду на нормальную жизнь.

Что ему скажу? Перегретый на солнце мозг вяло соображал. Увидев дверь подъезда, я горела только одним желанием — скинуть с себя всю одежду и нырнуть под ледяную воду.

Осторожность я не растеряла. Смотрела по сторонам, поднималась по лестнице тихо и, прежде чем позвонить в квартиру, приложила ухо к двери.

Ничего не слышно за бешено стучащим пульсом. Постоять бы и послушать, не раздастся ли шум, но ноги подкашивались, изнуренное тело ожило нервной дрожью. Я постучала, прислонив горячий лоб к прохладному металлу.

Может, я делаю ошибку? Может, нужно попросить у кого -то из прохожих телефон и попробовать снова позвонить брату? Снова, третий раз за последний час... А если с Игнатом что-то случилось и поэтому он не отвечает? Тревога стиснула легкие.

Я постучала громче. Похоже, дома никого нет. Торчать под дверью, пока хозяин не вернется? А если он придет аж вечером? Нет, нет, нет, так долго ждать я с ума сойду.

Подрагивающими пальцами я вставила ключ в замок, открыла и прошмыгнула в квартиру. На секунду замерла, будто ожидая, что меня сейчас снесет ураганом. Никого. Странно. В прихожей все точно так, как было вчера вечером. Пиджак Демида на крючке, его чемодан у комода. Пол из матовой плитки немного запачканный, будто по нему потоптались в грязной обуви.

Я расстегнула пыльный пропотевший плащ, переобулась в запасные тапочки и прошла в комнату. Даже простынь до сих пор на батарее висит, комод приоткрыт, гладильная доска криво стоит и дверь болтается на петле. Наличник треснут. Демид все -таки выбил дверь. а потом плюнул на все и ушел с Марго на празднование?

Фух, скорее всего, он отменил вызов полиции. Облегчение омыло нервы прохладной волной. Никто меня не ищет. Я прошла в ту комнату, где разбито окно, и заметила на кровати свой телефон! Даже про душ забыла. Снова набрала брата. и теперь он был вообще вне зоны. Да что ж такое. Зароились беспокойные мысли, что с Игнатом могло действительно плохое случиться. Он ведь нехорошим делом подрабатывает.

Где-то стукнуло, и я подскочила, как ужаленная. Сердце мощно забилось о ребра. Хозяин ведь в любой момент может вернуться. Но пока, видимо, звук исходил от соседей.

Я наконец -то напилась воды и поела, сходила в душ и оделась в свежую одежду. Ожила, пришла в себя. Написала брату сообщение, хотя он и был в сети вчера. Может, мой бывший догадался, что брат помог мне скрыться, и избил его? Или чего хуже?

Чтобы не впасть в панику, я решила себя чем -то занять. Убрала осколки, закинула простыни в стиралку, вымыла пол. И так, опираясь на швабру, застыла перед пиджаком Демида, висевшим на крючке. Находясь с ним рядом, я испытывала странные чувства, словно на ткани осталась энергетика хозяина. Она притягивала, как тянет на краю пропасти в свои смертельные объятья бездна. Тянула так, что ей невозможно противостоять. Я почувствовала себя легкой и внезапно охмелевшей, завороженно протянула руку к пиджаку и провела подушечками пальцев по ткани глубокого синего цвета. Мелкие импульсы защекотали мою кожу, и я отдернула руку, ощущая приятное фантомное прикосновение к чужому миру роскоши.

Кто он такой? Может, зная что-то о нем, я буду лучше понимать, как к нему достучаться?