Недотрога для адвоката. Дело о разводе (СИ) - Варшевская Анна

Сглотнув, мотаю головой, чтобы привести себя в чувство.

Если я её люблю…. а я её люблю, без всяких если. Так вот, я должен сделать так, как будет лучше для неё. И дать ей уйти.

Рывком распахиваю дверь и замираю.

Да, это Соня, но только какая-то… непохожая на себя.

На ней то же самое пальто, которое было днём, а вот волосы выглядят по-другому – не строгий пучок, а распущенная вьющаяся копна. И лицо.… она что, накрасилась?

– И куда ты собралась в таком виде?! – вырывается у меня, и я запоздало прикусываю язык.

Мне бы не выступать. Никакого права на это я не имею.

– Я, кажется, пришла к тебе в квартиру, – она прищуривается. – Может, впустишь даму? Или мне на пороге стоять?

Отхожу от двери, Соня проходит внутрь, но пальто не снимает, как и.… туфли? Да, туфли, на высоченном каблуке – ей в них даже голову не надо задирать, как обычно, чтобы посмотреть мне в лицо.

– Соня.… – начинаю, ещё не зная, что именно и как буду говорить, но она перебивает.

– А Малыш где?

– Вымотался и спит, – хмурюсь.

– Ты с ним что делал? – кидает на меня удивлённый взгляд.

– Гулял, – отвожу глаза.

– Весь вечер? – язвительное.

– Типа того. Сонь…

– Мне почему-то кажется, что я здесь что-то забыла, – она складывает руки на груди, смотрит, наклонив голову, и сердце у меня падает окончательно.

Значит, всё-таки вещи.…

– Ты можешь посмотреть и забрать всё, что нужно, – выдыхаю, стиснув зубы.

– Уверен, что я не возьму ничего из твоего? – слышу скептическое, она проходит в комнату.

Господи, пусть всё забирает. Хоть стены пусть голые оставит…. Потому что главное.… главное.… она сердце моё с собой заберёт. И что я буду делать?...

– Например, вот это?

Поднимаю взгляд и просто…. не верю своим глазам.

На тонком пальчике покачиваются… наручники! Я их так и сунул несколько месяцев назад в ящик стола и забыл про них!

– Что? – выдыхаю, делая шаг вперёд.

– О-о-о, нет-нет, господин Славин, стойте, где стоите, – Соня вскидывает голову, уверенно улыбается. – Я не только это здесь оставила. Одежду, кажется, тоже…

Одной рукой расстёгивает пуговицы пальто, одно движение плечами, и оно оседает у её ног.

В голове у меня начинает шуметь, а ниже пояса всё просто каменеет.

На ней.… только бельё! Кружевное, чёрное, ничего не скрывающее… и чулки на стройных ногах.

– Сонечка…. – кажется, вместо имени выходит только застонать.

– Ну-ну, – она снова наклоняет голову к плечу. – Ты что-то хочешь мне сказать?

Меня хватает только на то, чтобы, шагнув вперёд, прижать её к себе.

Правда, эта упрямица тут же упирается ладонями мне в грудь.

– Я дурак, – шепчу, покрывая ей шею поцелуями. – Я идиот. Прости меня!

– Вот именно! – она уже тяжело дышит, одной рукой вцепляясь мне в волосы и выгибая спину, подставляя под мои губы грудь. – Идиот!

– Не отрицаю….

– И дурак!

– Абсолютный!

– И…. и.…

– И люблю тебя! – выдыхаю в сладкие губы, подталкивая её к спальне.

– Но-но-но! – она всё-таки вырывается, взъерошенная, с вздымающейся от тяжёлого дыхания грудью, прищуривается. – Руки!

– Что руки? – не понимаю.

– Держите при себе, господин адвокат! – мне снова показывают наручники.

– Хочешь поиграть? – усмехаюсь, заставляя себя держаться в рамках. – Так, может быть, мне их всё-таки.… вытянуть?

Одним движением стягиваю с себя футболку, чтобы не мешала, откидываю в сторону и протягиваю вперёд обе руки.

На которых тут же защёлкиваются металлические браслеты.

– Теперь тебя уже не волнует, что мне может быть больно? – хмыкаю, морщась.

– Я на тебя так зла сегодня весь вечер, что нет, не волнует! – получаю ответ. – И вообще, ложись! Хотя нет, подожди….

Соня делает ошибку, подойдя ко мне слишком близко – собиралась брюки с меня снять? – и я, просто подняв закованные руки, опускаю их ей через голову, прижимая к себе.

– Не злись на меня, – шепчу ей. – Ты же знаешь, я сделаю всё, что ты захочешь.…

– Ты меня так обидел сегодня! – она отчаянно кусает губы, и под нанесённым макияжем проглядывает моя Соня, живая, настоящая. – Ты вообще чем думал, когда такое говорил?! Что я хочу прекратить отношения?! Я?! – бьёт меня кулачками в грудь.

– Я кретин, – соглашаюсь с готовностью. – Просто… я тебя приревновал.

– К тому парню с параллельного потока? К Саше? – она качает головой, смотрит на меня. – Ты себя в зеркале видел? Он тебе и в подмётки не годится! Я уж не говорю про мозги... которые вообще-то в мужчине самое сексуальное, Славин!

Закусываю щёку, потому что.… нуу.… глупо чувствовать гордость, когда тебя сравнивают с каким-то сосунком, пусть и в твою пользу.

– Не к нему конкретно, – вздыхаю, утыкаюсь носом в густые волосы, вдыхаю приятный запах. – В целом….

– Что значит «в целом»? – Соня смотрит непонимающе.

– К жизни, – отвечаю тихо. – К твоей жизни… без меня. Ты отдалилась, и я…. – замолкаю, не зная, как объяснить, но она, кажется, понимает без всяких объяснений.

– Какой же ты, – улыбается, качает головой. – Любовь – это ведь не проводить вместе всё свободное время, Андрюш. Это… возвращаться туда, где тебя ждут, даже если вы весь день были не вместе. Да, мы с тобой в последние недели были заняты, оба, между прочим, – выгибает бровь. – Напомнить тебе, сколько судебных заседаний, очных ставок и допросов у тебя было за эти дни?

– Не надо, – вздыхаю, потому что она права.

– И кого ты видел каждый вечер, когда приходил вымотанный домой, только чтобы поесть и упасть в кровать?

– Тебя, – легко прикасаюсь губами к её виску. – Пожалуйста, прости. Я правда дурак…

– Вот и вперёд, – она чуть отстраняется, расстёгивает пуговицу мне на брюках, тянет вниз молнию, потом ткань. – Ложись! И руки подними.

– Кажется, мне сейчас не поздоровится, – смеюсь с облегчением, глядя на неё.

Потому что мы оба знаем, что никогда не сделаем друг другу ничего такого, чего оба не хотим.

– По-моему, тебе пора замолчать, – Соня развратно улыбается, устроившись прямо на моих ногах.

Молчать, прямо скажем, у меня ничерта не выходит. Потому что таких ощущений я не испытывал никогда в жизни, и через четверть часа уже хрипну от собственных стонов, которые нет никаких сил сдерживать.

Потом, правда, с меня всё-таки снимают наручники, и я отыгрываюсь на своей девочке по полной.

И уже когда двигаюсь в ней и на ней, с трудом сдерживаясь, чтобы не прийти к финалу раньше неё, вспоминаю….

– Соня….

– Господи, не останавливайся! – она запрокидывает голову, впивается ногтями мне в спину и пониже.

– Сонь, у тебя сейчас…. безопасный.… период? – выдыхаю кое-как.

– Я тебя убью сейчас, Славин! – она даже всхлипывает. – Это какое-то извращённое желание, заставлять меня заниматься математикой в такой момент?!

– Нет, просто…. я…. люблю тебя, – выдыхаю ей в губы. – Хочу жениться на тебе! И.… сделать тебе ребёнка!

– Так делай уже! – Соня выгибается, сжимается вокруг меня так, что в глазах темнеет, и я, не в силах остановиться, с последним стоном прижимаю её к себе.

Когда мир вокруг перестаёт кружиться в бешеной карусели, приподнимаюсь на руках, чуть сдвигаюсь, чтобы не давить на девушку всем весом, и обнимаю, притягивая к себе.

– И что это сейчас такое было? – выдаёт она слабым голосом.

– Самое дурацкое из всех возможных предложений, – отвечаю немного виновато. – Прости, я.… сделаю всё правильно. С кольцом, и с рестораном, и встану на колени…

– К чёрту! – слабо, но решительно отмахивается Соня, приоткрывает глаза. – К чёрту ресторан, кольцо и колени. Что ты хотел спросить?

– Ты выйдешь за меня замуж? – невольно задерживаю дыхание, напрягаясь.

– Разумеется, выйду, господин адвокат, – она улыбается, притягивая меня к себе. – Вы можете поцеловать будущую невесту.

– Ты невероятна, – улыбаюсь, прижимаясь к нежным губам.

Эпилог

Соня