Расеянство - Братья Швальнеры

ничем валюты в стране. Так что, как ни крути – одни плюсы.

Скажите, а как отнесутся к этому наши западные партнеры? Изменится ли что-либо в макроэкономическом плане?

Еще как изменится. Если раньше основой конвертации рубля был нефтедоллар, то теперь привязки никакой не будет – быр от нефти не зависит, и потому мы сможем поддерживать цены на производимые нами товары на мировом рынке на удобном нам уровне без какой-либо конвертации, поставленной в зависимость от продажи нефти или чугуна. Захотели такую цену – такую и поставили. При этом основным ценообразующим фактором будут именно потребности нашей страны и ее населения.

«Российская газета», № 21.

УКАЗ ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 221

«О мерах по реализации обращения быра внутри Российской Федерации».

В целях сокращения оборота рубля и постепенного перехода для целей расчетов внутри страны и за ее пределами на вновь введенную валюту – эфиопский быр, постановляю:

1.С первого числа следующего месяца признать эфиопский быр валютой – средством платежа – Российской Федерации.

2.Центральному Банку – организовать скупку у населения рублей и пошаговый переход на расчеты в бырах согласно дорожной карты, утвержденной Постановлением Правительства.

3.Министерству финансов – произвести индексацию потребительских цен и сопутствующих им величин сообразно курсу быра к рублю.

4.Государственной Думе Федерального Собрания – привести федеральные нормативные акты, в том числе законы, в соответствие с настоящим указом.

5.Министерству экономического развития – осуществить комплекс мероприятий по обеспечению доступности эфиопского быра для населения страны.

6.Министерству культуры – организовать культурно-массовые мероприятия, посвященные внедрению новой валюты.

7.Контроль за исполнением настоящего указа возложить на советника президента по экономике Шепаревича С.И.

Президент России

В.МИТИН»

Велика Россия. И событие, описанное здесь, столь внезапно свалилось на ее несчастную голову, что не всю территорию страны сразу охватила радостная весть. Кое-где о произошедшем еще не знали.

…-Да ты нормально наливай, краев не видишь, что ли?

–Фуфлюет Иваныч…

–Как ты сказал, фуфлюет?

–А то!

–Да ты гляди хорошенько. Ровно налил!

–Ну, давайте мужики…

Выпили. Очередная пятница – очередной день шофера. Все здесь как один – вот Вася Афанасьев, один из старейших мастеров, вот Иваныч – он хоть и с соседней автобазы, а без него тут не обходится ни одно мероприятие. Вот Паша Маслов – еще живой, не знает еще о радостной новости. А вот – Саня Петров. У него жена сына ждет и он все думает, как бы его назвать.

–Смотри, Санька, как корабль назовешь, так он и поплывет. Так что имя – дело серьезное, ядрен батон.

–Кто бы спорил, дядь Вась. Жена вот предлагает Олегом назвать – в честь ее отца.

–Вот еще! Нашел кого слушать – бабу. Про них знаешь, как русский народ говорит? «Бей бабу молотом – будет баба золотом». А ты ей давай право голоса дай!

–Не говори, Василий, – подхватил Иваныч. – Уж больно мы им прав много далию куда ни плюнь – везде бабы рулят. Нашему брату и головы без согласования поднять невольно.

–Сами виноваты, распустили. Я вот свою бью…

–И что толку? Как она рыпалась на тебя – так и рыпается. Только кулаки зря колотишь!

–Зря – не зря, а все же такое воспитание – лучше, чем никакого.

–А мне кажется, – вступил Паша, – время сейчас такое. Слишком уж мы много всем прав даем.

–А вот тут ты прав! Ты посмотри – пидорасам всяким парады разрешили, браки однополые разрешили. По классам градации – никакой. У меня вот к примеру дед кулаком был, а у Иваныча – крестьянином. Значит, мне и оклад больше положен. Какой там?! Коммунисты, сволочи, всеобщее равенство удумали – всех уравняли, сукины дети, кроме самих себя!

–Вот-вот. А про то, что Россиюшка-то для русских и забыли совсем! Ты посмотри, сколько их понаехало – как будто резиновая страна у нас! И казахи, и таджики, и узбеки, и китайцы…

–Те вообще скоро весь Дальний Восток у нас оттяпают!

–Японцы на Курилы рот разинули!

–Да чего говорить! У меня сын в городе в институте учится – ну ты знаешь. Так вот он давеча сказывал, что к ним в институт негры учиться приехали! Негры! Ты прикинь! А ведь это только так говорится, что учиться. Гляди – и останутся, и квартирку найдут, и семьей обзаведутся, и рабочие места у нашего брата умыкнут! Вот и думай, почем в Одессе рубероид!

–Опять ты прав, дядь Вась! Ну лично я – так прямо не терплю негров, на дух не переношу!

–А кто их переносит?! Думаешь, они со своей-то Родины от хорошей жизни уехали? Нет уж, чай там совсем зажали, де Клерк, все прочее. Мандела-то в могиле лежит, а президент у них опять белый. Вот и стало жить невмоготу. А у нас что – душа нараспашку, заходите люди добрые, берите что хотите!..

–Эх…

–Чего ты?

–Да жалко мне. Нету у нас национальной идеи. Закопали все к чертовой матери, что аж стакан в горло не лезет…

–Ну ты это… Брось… Давай-ка, наливай, а то мы все, на тебя глядя, в черную хандру впадем, а мне еще дома Нинку воспитывать.

Возвращался Василий домой затемно. Ночью, по его здравому разумению, все кошки серы, и велика была вероятность не встретиться с разъяренной его поздним нетрезвым появлением супругой по причине сна последней. Вот только в дороге случилось с ним нечто, что навело его на дурные мысли. Не сказать, чтобы эта была какая-то несчастливая случайность, нет – как если бы кошка дорогу перебежала, но суевериям Василий находил место в своем сердце. Так, встретил он нескольких чернокожих человек. Вернее, встретил сначала одного. Долго смотрел ему вслед, не решаясь окликнуть – как знать, вдруг он не один, так наваляют чего доброго, мать родная не узнает.

И точно – спустя несколько шагов еще пара негров встретилась ему на пути. «Что за черт? Неужели допился? Кажись все, пора завязывать… Да нет, быть не может. Ночь, померещилось. А пить все же надо меньше…»

Дома и того пуще – жена носилась по всей квартире в выходном платье и не скрывала радости.

–Вася, Васенька вернулся! – завидев его, с порога заголосила она.

–Ты чего не спишь?

–Вась, радость-то какая… Ой… Пойдем, выпьем что ли…

«Хм», подумал Василий, но ничего не сказал. Пока она накрывала на стол, только поделился с ней ночным наблюдением:

–Ты знаешь, я сейчас вроде негров видел…

–Ну и что?

–Как это – ну и что?