Не отпускай (СИ) - Иванова Ксюша

   - А Дима?

   - Я включил мультики.

    Это - крайняя мера. Применяется только тогда, когда Сережа сильно соскучился по мне. Сейчас, судя по его настойчивым ласкам и тому факту, что он неделю был в командировке и вернулся только ночью, он соскучился сильно. И я  тоже. 

     Ладони скользят по моим бедрам, оголяя, проверяя наличие белья. Его, конечно, нет. 

    Я все еще помешиваю кашу. Но уже не вижу ее. Мне хочется закрыть глаза, откинуться на его плечо и позволить делать с моим телом все, что он хочет. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍    - Выключай! - командует он и я подчиняюсь. Оставляю все, как есть, потому что Сергей целует в шею, прикусывает кожу именно в тех местах, от прикосновения к которым я неизменно покрываюсь мурашками. - В спальню?

    - Нет.

   - Здесь?

   Я киваю. Да-а, до спальни слишком далеко... Он разворачивает меня, подсаживает на обеденный стол (хорошо, что тарелки не успела поставить!) и становится между бесстыже раскинутых ног. Поднимает к самой шее ночную рубашку, оголяя грудь. Несколько секунд просто смотрит. И я с радостью наблюдаю, как темнеют его глаза, как из голубых они становятся темно-синими. Запускаю обе руки в его волосы сразу, как только его губы дотрагиваются до моего соска. Ерзаю в нетерпении по краю стола. Но Сергей не спешит - ласкает грудь, целует шею, медленно подбираясь к губам. И только когда я начинаю судорожно стаскивать с него спортивные штаны, придвигается ближе. Я только немного оттягиваю вниз резинку, чтобы обхватить, чтобы дотронуться до твердого горячего члена. Его губы резко впиваются в мои - покусывают, втягивают язык с таким нетерпением, с такой страстью, что где-то внутри меня, в самой глубине моего тела зарождается пока еще еле заметная дрожь предвкушения, дрожь ожидания его первого толчка. 

     И когда я пытаюсь направить в себя тугую плоть, он отстраняется, чтобы вопросительно взглянуть в глаза:

   - Презерватив?

   - Уже поздно.

   - Как поздно?

   - Потом... - шепчу ему, направляю его, хочу его. 

     И он сдается. Со стоном входит, упершись лбом в мой лоб...

    ***

     Мысль не дает покоя. Пока Марина, прижимаясь всем телом, ласково гладит мои плечи, целует где-то за ухом, я вспоминаю ее странные слова. 

   - Что ты хотела сказать? 

   Она тяжело вздыхает. Чуть отстраняется, чтобы поймать мой взгляд. Смотрит грустно, даже как-то виновато.

  - Так что случилось?

  - Я беременна... снова...

   На глазах слезы. Не понял. Ну, и что? Чего плакать-то? 

  - И почему ты расстроена? 

  - Димка еще маленький. Я уже старая. Снова живот большой вырастет...

   Плачет, уткнувшись в мою грудь. Глажу по голове, по плечам, прижимаю к себе еще ближе, еще плотнее, хотя куда уж ближе, если я все еще в ней?

   - Глупая! Ты не старая! И живот у тебя не был большим! И вообще, я очень дочку хочу! Я буду помогать! А хочешь, няньку наймем? Чтобы тебе легче было потом с двумя? Об аборте даже не думай! 

   Целую мокрые от слез щеки, брови, губы... Она не сразу, но все-таки, отвечает. 

   - Маринка, я люблю тебя. Ты у меня самая лучшая. Только не плачь, пожалуйста! 

Не отпускай

    И не считай минуты - 

Моей судьбы с твоей

     Не разделить.

Я не одна.

     Я счастлива, как будто.

Я не смогла тебя

      Не полюбить...

Я счастлива...

    В окно мое стучится

Твоя рука,  

     Дарящая мечты.

Я счастлива, -

    Плохого не случиться,

Пока со мною ты.

   Вот и подошла к концу эта история. Простая история об обычных людях, таких же, как и мы с вами.  Я не пишу сказки о миллионерах и несчастных золушках, которые одним своим нежным и кротким взглядом способны покорить сильных мира сего. Не пишу не потому, что мне не интересна эта тема, а потому лишь, что я не верю, в то, что это так часто встречается. Может быть... но все-таки вряд ли! Я не знаю, как вы, но я тоже мечтала... И пусть наши с вами "принцы" не имеют миллионов (ну, может быть, у кого-то...), пусть не носят дорогие рубашки и швейцарские часы. Но когда-то мы выбрали их, мы рожали им детей, мы вместе прожили множество хороших... и плохих дней. Чувства притупляются с годами. Любовь? Любовь не исчезает, нет! Не верьте химикам, которые врут нам, что наши чувства - это какие-то там флюиды! Это - проявление души! Наша любовь меняется, трансформируется, но живет... Милые мои, все, кто читал, кто читает мои истории, кто читает эти слова, пусть вас кто-то любит... всегда... что бы ни случилось!

Конец