Марго (СИ) - Люче Лина

А когда Тома просила шлепать сильнее, трахать жестче и делать с ней все, что ему хочется, Артем чувствовал себя в раю. Он думал, что лучше уже не бывает — до того момента, когда вдруг понял, что она не шутила. Что он действительно может делать с ней все, что хочет, и не увидит на ее лице ничего похожего на обвинение и шок.

А еще его очень позабавила ее реакция, когда она узнала, чем он занимается на работе.

- Ты видел президента? — с любопытством спросила она, раскрывая глаза так широко, что стала похожа на ребенка.

- Его охраняют отдельные люди. Но да, видел, — со снисходительной улыбкой сказал Артем.

- А кого охраняешь ты? — шепотом спросила она.

Он наклонился к ней и заговорщически прошептал прямо в губы:

- А знаешь… это не секрет. Шепотом говорить не обязательно.

Тома смущенно рассмеялась и прижала ладони к щекам:

- Я думала, все, что включает слова «федеральная» «служба» и «безопасность» обязательно засекречено.

- Я не разведчик, — пожал плечами Артем. — Я охраняю разных людей. Министров, например.

- Ты как телохранитель, да? — спросила она.

- Да. Но не личный, а…

- Боже. Как это сексуально, — простонала она, и Артем рассмеялся, потрепав ее по щеке:

- Это ты сексуальная сладкая девочка.

Внезапно она изменилась в лице, словно ее только что осенило.

- Артем, — медленно сказала Тома. — Ты ведь умеешь драться, да? Прям по науке?

Он в замешательстве посмотрел на нее, не понимая, к чему она клонит.

- Разумеется, — сказал он, когда по долгой паузе понял, что это был не риторический вопрос. — А что?

- Можно с тобой подраться? Пожалуйста! — попросила она внезапно охрипшим голосом, и он невольно улыбнулся, наморщив лоб и наклонив голову:

- Что, вот этими тоненькими ручками? Серьезно?

- Да, меня это возбуждает, — подтвердила она с горящим взглядом, часто кивая головой так, словно была ребенком, который услышал, что ему подарят на день рождения велосипед.

Подавив новую улыбку, Артем молча и осторожно взял ее запястья и сложил их в левую ладонь, перехватывая поудобнее.

- Эй…, — слабо возразила Тома и взвизгнула, когда он опрокинул ее на кровать и сел сверху, искренне забавляясь ее нелепым попыткам пнуть его ногой. Полностью обездвижив ее таким образом ровно за две секунды, Артем с любопытством посмотрел на нее сверху:

- Подралась? Возбудилась?

- Очень смешно, — сказала она, но ее губы тоже дрогнули. Он пощекотал ее, и Тома засмеялась заливистым, искренним смехом, который он уже успел полюбить.

- Подеремся как-нибудь. Если хочешь, поучу тебя, — пообещал он снисходительно, почему-то чувствуя себя очень счастливым.

Во вторник, по дороге с полигона, он думал только о ней, как и каждый день каждого часа, начиная с вечера пятницы. Заглянув по дороге в секс-шоп, Артем почувствовал себя настоящим маньяком, но это не помешало ему купить специальный скотч для связывания и анальную пробку. Его тело едва не вышло из-под контроля, стоило ему задуматься о том, как они будут это использовать.

Но, едва войдя в квартиру и глянув на лицо Томы, он понял, что секса не будет. Во всяком случае — не сразу.

- Что-то случилось? — спросил он, хотя она изо всех сил делала вид, что все в порядке — встретила, поцеловала его, спросила, греть ли ужин.

Тома отлично притворялась. И не ее вина, что жизнь с бывшей научила его всегда быть настороже. Артем давно усвоил, что внимательно читать женские лица так же важно, как и инструкции к взрывоопасным механизмам.

- С чего ты взял? — с натянутой улыбкой спросила она.

Молча дойдя до ванной, он снял рубашку, умылся и помыл руки до локтя и повернулся к ней, молча посмотрев в глаза, ни о чем особенном не думая. Он знал, что большинство женщин такой его взгляд здорово пробирает. У женщин прекрасная фантазия — если ничего не говорить, они все придумают сами. И такое надумают, что ни одному нормальному мужику и в голову не придет.

Сработало это и в отношении Томы.

- Ладно, — сказала она резко, сначала отводя взгляд, а потом возвращая — да таким сердитым, что Артем сам напрягся и на всякий случай отвел глаза. — Я хотела обсудить это после ужина, но ты сам виноват!

- В чем? — недоуменно спросил он, снова внимательно глядя на нее.

- Мне звонила Лиза, — отчеканила Тома, раздувая ноздри. — И завалила любопытными вопросами насчет наших отношений. И насчет того, как я буду себя чувствовать на вечеринке у Миши, если там будет присутствовать Ник.

- Упс, — выдавил Артем, сразу сообразив, где капитально дал маху. — Я не подумал об этом.

- Правда? — негромко спросила Тома, снова натянув улыбку, которая сделала ее лицо по-настоящему пугающим.

- Я виноват, ты имеешь полное право злиться, — быстро сказал он, вспомнив волшебную фразу из американских сериалов. Как именно она работает, он до конца не понимал, но это заклинание реально выручало. Главное — произнести его четко и уверенно, стараясь не отводить от Томы взгляда.

Разъяренной женщине также нельзя дать почувствовать слабину — этому его научил уже Макс в благодарность за пару приемов физической обороны. Тогда он не придал его словам большого значения, но с опытом понял, что это был один из лучших советов, которые он когда-либо получал.

После полуминутной игры в гляделки Тома сдалась. Вздохнув, она закрыла глаза и прислонилась к проему двери:

- Я не злюсь. Но я не знаю, что делать. Ник не будет рад мне. И я не готова с ним пока пересекаться. А еще я не готова рассказывать всем о наших отношениях.

Его сердце болезненно сжалось. Но он не подал виду и просто сказал:

- Я понимаю.

- Зачем ты рассказал Максу? И зачем тебе эта вечеринка?

Артем отвернулся, положил полотенце на раковину и глубоко вдохнул:

- Потому что у меня нет опыта, Тома.

Внутренне он сжался, ожидая, что она сейчас начнет убеждать, что ему это не нужно, и от этого он почувствует себя еще более беспомощным. Но в ванной воцарилась тишина, и он услышал ее глубокий вздох, после чего она тихонько подошла сзади и обняла его:

- Я пойду, если для тебя это важно. Но обещай, что будешь защищать меня от Ника.

- Господи, — прошептал он, изумленно глядя перед собой.

- Что? — испуганно спросила она из-за его спины.

- Тома, малыш, — пробормотал он, чувствуя, как что-то сжалось в груди до боли. — Это было самое приятное, что я когда-либо слышал от женщины. Ты вообще умеешь говорить неправильные вещи?

Развернувшись к ней, он крепко обнял ее, не позволяя шевельнуться.

- Если честно, — выдавила она, хихикнув. — Я думаю, что уже сказала все неправильные вещи другим мужчинам. Теперь у меня не осталось других вариантов, кроме правильных.

Артем засмеялся, погладив ее по хрупкой спине. И понял, что еще немного — и он признается ей в любви.

Лори.

Она собиралась сказать ему — действительно собиралась. У нее даже был план: задобрить его романтическим ужином и нежным сексом на день рождения, потом еще дня три-четыре делать все, что ему нравится. И потом рассказать про Тимофея, попросить прощения за долгое молчание, объяснить свои чувства.

Наконец, Лори собиралась признаться своему парню в любви и в том, что она хочет быть с ним до конца жизни. Во время чаепития с Максом она кое-что поняла: ее страх, что он исчезнет, гораздо больше, чем казалось. Как и ее желание оставаться с ним рядом, любить и быть любимой человеком, которого она так хорошо узнала.

Но Дима повел себя так неожиданно, что весь ее план рассыпался за одну ночь. Уверенность Лори в том, что она контролирует ситуацию, исчезла почти полностью. Каждую секунду этой ночи ее раздирали надвое чувство острого страха из-за потери опоры под ногами и чувство такого же острого, почти невыносимого сексуального наслаждения.

До того момента, как он упомянул про ее игру с Максом, Лори почти поверила в то, что Дима знает про Тимофея и наказывает ее. Но потом она поняла, в чем было дело: он ревновал. Это открытие здорово успокаивало — по крайней мере, он не разлюбил ее и не собирался бросать. Хотя с откровениями, конечно, придется подождать.