Север (1 книга серии Берсерки)

- Мы следующие… - тихо проговорил Туман, посмотрев на своего близнеца.

Тетушка встрепенулась, сделав то, о чем я могла только мечтать, когда подошла к Янтарю - крепко обняла его, прижимая голову огромного мужчины к своей груди, глядя при этом только на Лютого.

- Только твой народ способен остановить Кадьяков.

Холодные глаза Лютого сверкнули опасно и недобро, когда он приглушенно прорычал:

- У меня нет народа!

- Только Полярные равны по силе Кадьякам и смогут отбросить их назад в свои земли!

- У. МЕНЯ. НЕТ. НАРОДА.

- Приди к ним, и он пойдет за тобой! – не унималась тетушка, когда даже я отступила в испуге назад, видя, как поднялся на ноги Лютый, и его глаза буквально посерели от ярости, а из глотки вырвался рев:

- Мой народ изгнал меня!

- Тебя изгнал не народ!

В тон ему грозно ответила тетушка, совершенно не боясь жуткой всепоглощающей ярости Лютого, от которой, кажется, сейчас должен был покрыться инеем целый лес!

Янтарь и близнецы соскочили со своих мест, напряженно застывая, и не сводили глаз с Лютого.

- Но этот народ спокойно смотрел, как меня унижали и прогоняли прочь с земель!

Впервые я видела эмоции на лице Лютого.

Впервые он не мог удержать себя на месте, отбросив маску холода и безразличия.

И он был воистину ужасен в своем гневе.

Казалось, что он словно демон возмездия, который способен заморозить мир, превратив всех в немые безжизненные скульптуры.

В какую превратилась я в ту самую секунду, когда его пылающие льдом ярости глаза неожиданно остановились на мне, словно именно я была сосредоточением всех его бед, о которых пока даже не могла догадываться.

Сердце тут же продрогло и замерло, а я не могла сдвинуться с места, обуреваемая немым ужасом, когда Лютый шагнул вперед ко мне, прорычав своим низким голосом:

- От тебя и твоего деда не было никакого толка! Ваши земли разорены и уничтожены! Ваши подопечные мертвы и растерзаны!

- Чем могла помочь Берсеркам одна человеческая девушка или ее дед? - тоже вспылила тетя Зои, - Это не война людей, а война таких, как вы! Кадьяков могут остановить только Полярные!

Я не знала, что могу сказать.

Все равно я ничего не понимала и по-прежнему мало что знала о Берсерках.

Только смотрела на то, как ярость захватывает Лютого, и где-то глубоко внутри понимала, что его не смогут остановить ни Янтарь, ни братья Гризли.

- Она не виновата! – тут же подскочил к проходу Янтарь, ощетинившись, и неожиданно зарычал.

- Её в принципе здесь не должно быть! - все сильнее зверел Лютый от каждой фразы, произнесенной в мою защиту, - Среди Беров женщины могут находиться лишь в качестве жен! А она ничья!

- ОНА МОЯ!

От нового рыка, который прокатился под крышей домика с такой силой и мощью, что под моими ногами задрожал пол, я вздрогнула, едва не закрыв уши руками.

Меня трясло так, что я не могла говорить, только видела, как вытянулось лицо Лютого, а за ним и Янтаря.

Берсерки смотрели вперед большими глазами.

- БРАТ! - ту же завопил Янтарь, и я прижималась к стенке, когда его огромное тело пронеслось мимо меня с топотом босых ног.

А за ним пронеслись и близнецы, оставляя на пороге ошарашенного Лютого, который смотрел не моргая вперед, и кажется, на секунду растерял свою ярость и ядовитый лед.

Прижимая дрожащие руки к груди, я растерянно застыла, наблюдая, как троица братьев радостно повисла….на стоящем в проеме между спальней и кухней Севере.

Он встал!

Он очнулся! Он не казался больным и изнеможенным, напротив!

Его красота и мощь поражала теперь еще сильнее.

Она ощущалась буквально на уровне инстинктов.

Но мой рот раскрылся от удивления не поэтому.

И дело было даже не в том, что после всех криков и ярости Лютого, беры сейчас улыбались искренне и счастливо.

А в том, что Север стоял, пригнувшись, и смотрел на меня своими полыхающими синими глазами.

Он был огромным!

И просто до неприличия красивым!

Лишь теперь я смогла оценить масштаб своей трагедии, потому что сердце предательски дрогнуло и заколотилось, пока я ошарашено рассматривала мужчину, рядом с которым провела так много времени.

Я молча наблюдала, как он склоняется, обнимая своих братьев и кивает им, при этом не сводя своих пронзительных глаз с меня. А я чувствовала, как мое сердце снова ускорят свой бег, подрагивая и захлебываясь.

Такой пронзительный жадный взгляд невозможно было не заметить.

Он любовался мной. Изучал. И кажется был доволен увиденным.

Он пугал и завораживал меня с одинаковой силой.

Когда его увидела тетушка Зои, в ее глазах были слезы счастья, и Северу пришлось согнуться почти пополам, потому что она протянула свои руки к нему, обвивая его могучую шею.