Паутина любви... (СИ) - "Anyuta"

– Ты решила меня отравить? – усмехнулся я.

– Нет, усыпить, – съязвила она.

– Неплохо, я согласен, если это будет тут, – продолжал я радоваться.

– Зачем ты сейчас-то принес его, не мог как-то сделать это тихо? – Милана смочила вату непонятной жидкостью из бутылочки и приблизилась ко мне, вставая между моих расставленных ног, поднимая мой подбородок пальцем и рассматривая рану. Я должен был ответить, но замер, вглядываясь в ее хмурое лицо, и даже сейчас мне было хорошо.

– Нет, не мог, потому… – Я не договорил, как губа загорелась, а потом ее защипало так, что я скривился.

– Больно? – тихо спросила она. Кивнул. Да, я раненый тюлень, пусть меня пожалеют. Легкая прохладная струя воздуха была направлена на мою рану, Милана дула на губы и обтирала своим чудосредством. Все, меня по голове долбанул зеленый эльф. Мои руки сами легли на ее талию и придвинули ближе. Моя. Всегда была моей.

– Клешни свои убери, – возмутилась она.

– Нет, – ответил я и уже перевернул ее спиной на постель, а сам лег сверху.

– Антон, сними свое тело с меня.  – Она попыталась оттолкнуть меня, упираясь руками.

– Я вернулся, чтобы пригласить тебя пообедать или поужинать со мной, попросить прощения за то, что я опять вел себя, как урод, – сразу начал я наступление. На секунду ее глаза приобрели теплый зеленый оттенок, а затем снова стали холодной лазурью. Не поверила.

– Я ужинаю с Александром, – сухо ответила она. «Так, ревность, постой в сторонке. Сейчас мне нужна не ты. Так, да-да, фигня под названием «нежность», иди ко мне».

– Пригласи его к нам, – предложил я и даже попытался улыбнуться.

– Антон. – Милана закатила глаза и затем недовольно уперлась в меня взглядом.

– Да, малышка Милана, – протянул я и провел пальцем по ее щеке.

– Прекрати ко мне приставать! – возмутилась она и отбросила мою руку.

– Малышка, – нежность, да ты мастерица по соблазнению, – посмотри на меня.

– Не хочу, – упрямо заявила Милана и отвернулась. – Ты снимешь с меня свое тело или решил все мои кости переломать?

– Я сказал, посмотри на меня, – уже суровей повторил я и повернул сам ее голову двумя пальцами за подбородок. – А теперь слушай. Мудак, я это знаю. Но время прошло, ты меня простила, верно? Девушка подозрительно посмотрела на меня и медленно кивнула. – Хорошо, – улыбнулся я. – Поэтому я… в общем… я решил, что ты мне нравишься.

– Чего? – выдохнула она, и ее зрачки расширились. Добро пожаловать, сестрица по несчастью.

– Да, и сейчас я хочу тебя поцеловать, а потом мы спустимся, закажем еду на дом и поужинаем, идет? – каждое слово проговаривал медленно и четко. – Завтра мы поедем на свидание, а сегодня позволю твоему Александру в последний раз посмотреть на тебя. Все, я признался. Но и это не помогло, Милана вырвала подбородок из моей руки и произнесла:

– А теперь послушай меня. Да, ты меня привлекаешь как сексуальный партнер, но не более того. Поэтому я согласна поужинать дома, но приедет Александр, потому что он меня в отличие от тебя привлекает полностью. Никаких свиданий, ничего. Закрыли тему. Идет? Ревность начала прорываться, но я закрыл на секунду глаза, чтобы перебороть ее. И уже уверенный, что у меня все получится, сказал:

– Посмотрим, малышка, – успел оставить на ее губах быстрый поцелуй, пока не получил по шее. Ощутил новую боль в нижней губе, Милана ее чуть не откусила. «Еще не все потеряно», – решил я, когда встал с Миланы и потянул ее за собой, а она, поправив волосы, отвернулась и еще раз смочила ватку и протянула мне.

– Прикладывай, пока кровь не остановится, – ее голос был тих.

– Спасибо, доктор,  ваш пациент будет жить. – Я попытался хоть как-то рассмешить ее. И, о боги, спасибо вам, я вознагражден. Я уже развернулся, чтобы уйти, но меня остановил голос, полный муки:

– Антон, веди себя прилично.

– А когда я был другим? – улыбнулся я.

– Сколько тебя знаю. – Милана повернулась ко мне и сложила руки на груди, недовольно сверля меня взглядом. Но я был в эту минуту полноценен. Это ведь не любовь? Разумеется, нет. Тем не менее Милана постепенно занимает все больше и больше места в моей жизни, отвлекая от бизнеса, от друзей. Это уже происходило. А это опасный знак. Отец говорил маме, что любит ее. А все окончилось трагично, он просто бросил своих сына и жену, свалил куда-то с любовницей и умер от СПИДа. Во мне его генов больше, чем маминых, поэтому в моей судьбе по определению не может существовать этого чувства. И нужно быть крайне осторожным. Но это потом, когда она уедет. А пока я хотел позволить себе все. И назову я то, что со мной происходит, Ливирег, мой собственный наркотический препарат.

23.

Милана

– Мил, что случилось? – обеспокоенно спросила Настя в телефонную трубку.

– Не могу больше, – прошептала я.

– Рассказывай, – предложила подруга.

– Только Ире не говори, ладно? Она опять ругаться будет, – предупредила я ее.

– Конечно, детка, а теперь вся во внимании, – послышался ответ.

– В общем, сдаюсь. Он уже миллион раз просил у меня прощения, ревнует, злится, а я разрываюсь внутри. И… хочу его, – выдохнула я последние слова и зажмурилась.

– Так, – протянула Настя. – Дай подумать.

– Дорогая, это невыносимо. Как он может нравиться после всего? Как можно опять в него влюбляться? – панически шептала я.

– Подожди, – остановила мой скулеж девушка. – Он хочет тебя или твое тело?

– Он сказал, что я ему нравлюсь. Но это скорее продиктовано желанием меня трахнуть, – призналась я, хотя грудь неприятно сдавило.

– Да все проще простого, – усмехнулась собеседница. – Переспи с ним, разочаруйся и продолжай свой путь.

– С ума сошла?! – повысила я голос, но затем испуганно повернулась к закрытой двери моей спальни и продолжила тише: – Я не должна.

– Господи, Милана. Ты не девственница, так что одним больше, одним меньше, тем более узнаешь, каков он сейчас.

– Да ну тебя, – нахмурилась я. – Еще он пригласил меня на свидание.

– Что сделал? – недоверчиво переспросила Настя.

– То, что я сказала.

– Вот это уже опасно, Милана. Никаких свиданий, никаких чувств, постарайся вспоминать все плохое, что ты видела от него. Напомнить про его блевотину на тебе? – Подруга уже начала злиться. – Нет, это я помню. – Мне захотелось реветь от прошлой обиды.

– Вот и отлично, секс и ничего лишнего, такой принцип жизни, детка. Поэтому бери себя в руки и вперед только за победой. Я с тобой! – торжественно произнесла она.