Пять мужей для ведьмы

Внизу было душно, пахло травой и хвоей, всюду порхали и стрекотали насекомые, прыгали и шуршали грызуны. Королевские конюшни были недалеко от крепости, затаившись в густом пролеске и отгородившись невысоким заборчиком.

— Ваше величество, — поприветствовал меня Рэмис, ожидая у раскрытых ворот. — Рад, что вы не отклонили мое приглашение. — Он сделал поклон и, подобно Джарду, поцеловал мою руку.

— Не устояла, — улыбнулась я.

Рэмис подставил мне локоть, я взялась за него, и конюх ввел нас внутрь.

Королевские конюшни имели круглую форму — наиболее практичную для крупного конновладельца. В самом центре располагался наполненный водой бассейн, вокруг которого извивался двусторонний манеж для прогулок животных в ненастную погоду, а также для выгула больных лошадей. Стойла и денники, вмещающие в себе до сорока голов, в четырех углах перемежались отделениями для сбруй, седел, рабочего инвентаря и кормовыми амбарами. В конюшне было два парадных входа и один запасной, чаще используемый как служебный для придворных конюхов, стражей и прочих слуг.

Войдя в освещаемые через узкие оконца конюшни, я ощутила запах сена и лошадей — теплый и совсем не отталкивающий. Идя к центральным денникам, где ржали, кивая головами, крупные животные, я обратила внимание, что бассейн соединен с крышей водосточными трубами.

«Хитро», — подумалось мне, и я признала, что в этих конюшнях мне комфортней и интересней, чем в королевских покоях.

— Я принесу упряжь, ваше величество. — Сопровождающий нас конюх сделал поклон и свернул влево.

— Как вам этот красавец, ваше величество? — спросил Рэмис, подойдя к деннику с возвышающимся над перегородкой жеребцом.

— Красивый! — ответила я с видом ценителя коняшек. — Мы же договорились перейти на «ты».

— Я волнуюсь, — с улыбкой признался Рэмис, зачерпнул из стоящего рядом ведра горсть ягод и протянул коню. — Мне сказали, у него нет клички. Я назвал его Афесом. Ты не против?

— Я? — откликнулась я, с интересом наблюдая за тем, как он кормит коня. — Ой, нет. Не против. Прекрасное имя.

Жеребец, будто догадавшись, что речь о нем, закивал головой, а его большие глаза, обрамленные густыми ресницами, заблестели.

Подошедший к нам конюх помог Рэмису вывести Афеса из стойла и снарядить упряжью. Потом он спросил, готовить ли мою лошадку, на что я ответила:

— Я еще слаба. Боюсь, не удержусь в седле, поэтому надеюсь, что Рэмис прокатит меня на Афесе.

От необычайного волнения у меня закололо подушечки пальцев. Покусывая нижнюю губу, я вышла во двор, где Рэмис на мгновенье замер и осмотрелся. Развернув Афеса головой в сторону леса, он взглянул на меня.

— Ты доверяешь мне?

— Да! — кивнула я.

Рэмис передал поводья конюху и протянул мне свою ладонь. Поглубже вздохнув, я положила свои пальцы в его горячую руку. Ахнув, я не успела опомниться, как была подхвачена крепкими мужскими руками и усажена на спину Афеса. Рэмис убедился, что я крепко сижу, поднялся сам и умостился позади меня. В отличие от меня, он сел по-ковбойски, ногами врозь. Афес покивал головой, я пошатнулась от нахлынувшего страха, но моя спина плотно прижималась к твердой груди Рэмиса, что гарантировало мне безопасность. Он запустил свои руки вперед на уровне моей талии, и от смущения у меня участилось дыхание. Конюх подал Рэмису поводья, и он любезно сказал прямо над самым моим ухом:

— Ты можешь держаться за ремни или за мои руки. Как тебе будет угодно.

Я молча покивала, стесняясь даже пискнуть, и вцепилась в поводья. Афес подпрыгнул, выгнулся и попятился назад.

— Не так резко, — засмеялся Рэмис. — Тише-тише, Афес.

— Извини, — пробормотала я, убрав руки от ремней.

Рэмис слегка потянул на себя поводья, и конь пошел вперед. Сначала медленно, потом все быстрее, но по-прежнему размеренно. Я схватилась за запястья Рэмиса, несмотря на то, что езда верхом не была такой уж кошмарной.

— Вчера я не видела тебя на балу, — заговорила я, когда мы вошли в лес, а сопровождающие нас стражники отстали. — Надеюсь, ты не приболел?

— Нет, я в порядке, — ответил Рэмис. — Мне неуютно под взглядами Матиаса и Джарда. Не думал, что тебе будет не хватать меня. Тебя словно подменили.

— Почему тебе так кажется? — занервничала я.

— Ты изменилась за этот месяц.

— Месяц — срок долгий. Я повзрослела.

Рэмис опять рассмеялся — легко и искренне.

— Ты тоже изменился, — добавила я, медленно расслабляясь.

— Да? А каким я был?

«Да откуда же мне знать?! Я с тобой вчера познакомилась!»

— Юный, неуверенный, замкнутый, — пролепетала я первое, что пришло в голову.

— А сейчас какой? — полюбопытствовал Рэмис.

«Не будем ходить вокруг да около, скажем скромно — мужчина моей мечты!»

Я чуть повернула голову и робко взглянула ему в глаза. Покраснев до кончиков ушей, я не смогла вымолвить ни слова. Рэмис улыбнулся.

«Твою ж бабушку! — мысленно выругалась я. — Какой же ты очаровашка!»

Сглотнув, я перевела взгляд на протоптанную лесную дорожку.

— Похоже, я не изменился, — вздохнул Рэмис.

— Мы плохо знали друг друга, — ответила я. — Богини Шейсауда дали нам второй шанс. Глупо его упускать.

— Я признателен тебе за этот шанс. Спасибо, что веришь мне.

Меня обуяло какое-то странное чувство. Рэмис напоминал мне нашкодившего кота, ожидавшего оплеухи, но получившего легкий выговор и вкусняшку. Неужели Джард, Матиас и Душенька правы? Рэмис являлся тем, кого я не хотела в нем видеть? Но зачем ему травить Альвиру? Из ревности? Если он ее не любил, то о какой ревности речь? Из-за вероятной измены? Слишком мало страха в его глазах и голосе для того, кого могут казнить.

— Прокатимся галопом? — заговорщицки спросил Рэмис.

У меня и так костяшки пальцев побелели от того, как я в его руки вцепилась, а он еще галоп предлагает! Естественно, я согласилась! Развернувшись, я обняла Рэмиса и лицом уткнулась в его грудь. От него шло щадящее умиротворение, а гипнотически исцеляющий запах помог мне выкинуть из головы Джарда и его выходку. Этот день я хотела провести только с Рэмисом.