Лоуренс Сандерс - Желания Элен

– Я люблю тебя, малыш.

– Скажи еще раз.

– Я люблю тебя, – повторил Гарри Теннант.

Она задохнулась от восторга и прижалась к нему, обняв за плечи.

– Это звучит так здорово. Так здорово и так искренне.

– Это здорово, Элен, и это правда.

Она села на кровати, взяла его лицо в свои ладони и заглянула в его удивленные глаза. Она так приблизилась к нему, что они чуть не соприкоснулись носами; он ощущал ее дыхание на своих губах.

– Послушай, – сказала она, – на счет этой пижамы… Я правда не помню кто такой МГ. Тебя это волнует?

– Нет, – ответил он, сам поражаясь тому, что это так. – Меня это совершенно не волнует. Меня не волнует, что ты делала до того, как я тебя встретил.

Она вздохнула, отпустила его и снова упала на кровать.

– Не могу сказать, что у меня было много мужчин, но и не могу сказать, что мало. Но все это было в прошлом, а я никогда не забочусь о том, что прошло.

– Ага, – кивнул он, – я сам сторонник того, чтобы жить сегодняшним днем.

– Я люблю завтрашний, – тихо сказала Элен.

– А чего ты ждешь от завтрашнего дня?

– Жду? – переспросила она таким тоном, словно он спросил что-то очень неприличное. – Чего я хочу?

Она зевнула и раскинула руки. Не отрывая глаз, он смотрел на ее маленькую грудь.

– Мне не много нужно. Наверное, больше всего я хочу таких пробуждений как сегодня – когда видишь рядом с собой парня, с которым легла спать накануне… и знаешь, как его зовут.

Она положила свою голову ему на спину и вытянула руки. Размаха ее рук не хватало, чтобы обхватить его от шеи до пят. Ее голова поднималась и опускалась с каждым его вздохом.

– О, боже, как хорошо… – она вздохнула. – Плохо спать одной; совсем плохо, но знаешь, милый, ты должен любить того, с кем спишь, даже если это всего на одну ночь. Если ты любишь его, то все в порядке. А если это просто так, забавы ради, тогда это самое худшее, что может быть. Или если это просто спьяну. Тогда это просто грязь. Ах, милый, милый. Это слишком важно…

– Я люблю тебя, Элен.

– Конечно, милый, конечно. Знаешь, что мне в этом нравится? Это заставляет меня думать, что парень хочет меня, что я нужна ему. Это единственное, что имеет для меня значение. Все остальное в этом мире просто дерьмо.

– Я хочу тебя, – пробормотал он, поворачиваясь чтобы поцеловать ее пальцы. – Ты нужна мне.

– Это здорово, милый. Мне нравится это слышать. Поцелуй меня.

Он повернул голову, она поцеловала его в губы. Затем она вновь прижалась к его спине.

– Ну, отпусти меня, малыш, – сказал он. – Я приготовлю нам завтрак.

– Нет, – сонно сказала она. – Я не отпущу тебя.

– Я принесу тебе завтрак в постель, – предложил он. – Я сделаю омлет. У нас есть грибы и сыр.

– Я не отпущу тебя, – возразила она еще крепче прижимаясь к нему. – Ты будешь моим пленником.

– Я сделаю крепкий кофе, – взмолился он. – Мы будем есть песочный торт из «Хорна и Хардарта».

– Я не хочу, чтобы ты вставал, – настаивала она. – И я не пущу тебя, не пущу.

– Вечно я забываю, что мужчины сильнее, – сказала она, наблюдая за тем, как он ходит по комнате, собирая свою одежду. – Я всегда думаю, что я сильная, пока мужчина не пустит в ход силу, и тут выясняется, что я не так сильна, как думала. Ты очень сильный, милый.

– Конечно, – подмигнул он ей. – Сила есть, ума не надо.

– Но для меня ты достаточно умен, – сообщила она ему. – Слушай, Гарри, а ты уверен, что сумеешь приготовить омлет?

– Предоставь все мне, – заверил он ее. – Это будет такой омлет, которого ты никогда не пробовала. Тебе он понравится.

Он прошел в ванную и быстро принял душ. Там висело три полотенца. Два было в цветочек, третье – белое с голубой полосой. На нем было напечатано: «ВОЕННО-МОРСКОЙ ФЛОТ США». Он вытерся флотским полотенцем, почистил зубы одной из ее зубных щеток. Расчески он найти не смог, поэтому пригладил волосы руками. Он пристально вгляделся в свое отражение. Он пригнулся к нему так близко, что едва не коснулся зеркала носом.

– Белый человек с черным лицом, – прошептал он. – Что ты делаешь?

Омлет получился хорошим; он добавил туда грибов, и они съели его весь. Кофе был крепким и горячим. Элен выпила две чашки. Песочный торт их «Хорна и Хардарта» тоже пришелся им по вкусу.

Элен оказалась противницей завтраков в постели. Она встала, накинула халат, и они поели за маленьким столом на кухне. За едой они почти не разговаривали. За кофе они закурили сигареты. Гарри взял в рот сразу две сигареты, прикурив их от одной спички.

– Я видел, как Хамфри Богарт делает так в кино, – сказал он ей.

Элен наблюдала за ним с улыбкой. Он подошел к ней сзади и поцеловал ее в волосы. Она потянулась к его лицу и потерлась щекой о его губы.

– Я так счастлива, милый, – прошептала она. – Так хорошо. Какое замечательное утро.

Он поколебался и спросил:

– Ты сказала мне, будто я не понимаю, что происходит. Так скажи мне, о чем ты?

– О нас с тобой, милый, – промурлыкала она. – О нас с тобой.

17

Ее клонило в сон.

– Меня клонит в сон, – сказала Элен Майли Ричарду Фэю.

– Меня клонит в сон, – сказал Ричард Фэй Элен Майли.

Они курили гашиш, и их разговор протекал довольно вяло. У них не очень-то получалось курить гашиш. Но они старались…

– Слушай, – сказал он, начиная слегка чувствовать действие наркотика,

– я считал много книг с сексуальными сценами. Они всегда такие восхитительные.

– Кто восхитительные? Книги?

– Нет. Сексуальные сцены. И женщина всегда кричит, задыхаясь от страсти – так пишут: «Она кричала, задыхаясь от страсти… И она стонала: „Сейчас, сейчас, сейчас“. Как так получается, что ты никогда не стонешь: „Сейчас, сейчас, сейчас“?

– Сейчас, сейчас, сейчас, – простонала она.

– Нет, – печально сказал он, – это не то.

– Сукин сын, – печально проговорила она.

Так они веселились, обнимая друг друга, покуривая свои сигареты…

– Юк, ты знаешь, что с водит меня с ума?

– Я?

– Ну… – сказала Элен. – Да. Иногда… Но что меня действительно бесит, так это моя прачечная.

– Прачечная?

– Ну… да. Я складываю грязное белье в корзину, которая в ванной, и раз в неделю завязываю все это в наволочку и отвожу чинку note 19 на углу Второй авеню. У него есть маленькая девочка – ее зовут Сьюзен – и она сидит за прилавком и смеется. Боже, до чего она милая. Прямо съесть хочется. Иногда я покупаю ей конфеты. Каждое Рождество он дарит мне календарик и коробочку орехов. Ну, не мило ли? Ну вот, туда я каждую неделю отношу свое грязное белье. И химчистка у меня в том же квартале…

– Ну и?..

– Ну… Еще у меня есть замечательный зубной врач на Пятьдесят седьмой улице. Он почти никогда не делает мне больно. Я хожу к нему раз в год – на проверку, понимаешь?