Просто сожители (ЛП) - Феррелл Чарити

Ого. Я ожидал оскорбления, умного замечания, но уж точно не пощечины.

— Нет, но если ты сделаешь это, то и я дам тебе пощечину, — язвительно отвечаю я.

— Теперь я понимаю, почему мой брат влюблен в тебя. — Ее тон удивительно искренен, а на губах появляется намек на улыбку.

Вау. Я тоже не ожидала этого… что бы это ни было…

Я закидываю сумочку на плечо.

— Будут ли там какие-нибудь сучьи пощечины?

Она качает головой.

— Малики больше никогда со мной не заговорит, если я хоть руку на тебя положу.

Я молчу, не понимая, к чему она клонит в этом некомфортном разговоре.

Она поднимает подбородок.

— Ты разводишься с ним?

Я киваю.

— Да.

— Мой брат влюблен в тебя.

Я отступаю на шаг, морщась, и принужденно смеюсь.

— Я не знаю об этом.

Еще один смех.

— Я знаю. Я знаю его, и он влюблен в тебя. Он может не признавать этого, но, когда ты вышла замуж, это чуть не сломило его. Сделай его счастливым. Он заслуживает этого.

— Ты сумасшедшая, — заикаюсь я.

Я не сомневаюсь, что Малики неравнодушен ко мне. Он говорил мне, как сильно он хочет быть вместе, но я все еще не уверена в наших отношениях. Знает ли он вообще, как строить отношения?

— Нет, ты слепа или слишком боишься признать это, как и он. Ты боишься, что он разобьет тебе сердце, как твой бывший, но это не Малики. Если бы ты была другой женщиной, эх, я бы так не говорила, но это ты. Мой брат одержим тобой уже много лет.

Я глотаю, не в силах подобрать нужные слова.

— Что касается других новостей, я продлеваю свой отпуск в баре. Работа бармена в твоем распоряжении на столько, на сколько ты захочешь.

Я слабо улыбаюсь.

— Спасибо… за то, что позволила мне сохранить работу. — Она берет свой планшет.

— Не за что. Он наверху.

Я поднимаюсь в квартиру и застаю Малики в спальне, раздевающегося, его четко очерченная спина обращена ко мне. Я задыхаюсь, когда он натягивает штаны.

Я делаю шаг вперед, обхватывая его руками за талию, и обнимаю его сзади.

— Привет.

После того, что сказала мне Лиз, я должна быть на вершине мира, но я все еще не могу перестать думать о словах Девина.

Я кладу голову ему на плечо, и он поворачивается, чтобы поцеловать меня.

— Привет, как прошел твой день с Элли?

— Мы посидели с детьми. — Я делаю паузу, чтобы поднять палец. — Я сидела с ребенком, пока Элли наблюдала за мной и писала смс.

Он хихикает, хватает свою футболку и стягивает ее через голову, заставляя меня нахмуриться. Теперь, когда я вижу его без одежды, это мое любимое зрелище. Как ребенок, я ненавижу, когда он лишает меня любимого зрелища.

— Кто доверил тебе своего ребенка?

— Эй, я исключительна с детьми, спасибо большое. Это была ее племянница, дочь Джессы. Ты помнишь ее; у вас с ней что-то было.

Он откидывает голову назад и стонет.

— Ты никогда не забываешь вспоминать нескольких женщинах, с которыми у меня были отношения.

— Я уверена, что есть больше, чем несколько, о которых я ничего не знаю.

Малики всегда молчал о своей истории с женщинами. Я знаю только то, что у него никогда не было серьезных отношений.

Он гримасничает.

— Я не разговаривал с Джессой годами. Прошли месяцы с тех пор, как я прикасался к Пенни. Черт, да я вообще ни с кем не спал, кроме тебя. Поверь мне, Сьерра. Пожалуйста. Я не такой, как Девин или твой отец. — Он обхватывает меня руками, его рот встречается с моим, и он улыбается мне в губы. — Ты — все, что я хочу. Все, что мне нужно.

Глава 21

Малики

Я пь юкофе, когда на кухню входит Сьерра, насвистывая, с бодрым шагом.

Я ставлю кружку и поднимаю бровь.

Она всегда была полна желания и восторга, но после измены Девина это немного потускнело, и я это ненавижу.

— Итак… я сделала кое-что, — говорит она, и тон у нее бодрый.

— Да, и что за дело?

— Я встретилась с адвокатом и подала на развод.

Я откинул голову назад. Не то, что я ожидал, но, черт возьми, да.

Волнение захлестнуло меня. Все мои сомнения в том, что Сьерра вернется к Девину и мы будем просто интрижкой, исчезли. Ее подача открыла нам путь к более глубоким отношениям, чем секс.

Черт, кого я обманываю?

Наши отношения всегда были чем-то большим, чем секс.

Мы установили глубокую связь еще до того, как я к ней прикоснулся.

Моя ухмылка настолько велика, что я удивляюсь, как она не сползла с моего лица.

— Давай отпразднуем. Я приглашу тебя куда-нибудь.

— Правда? — Счастье и удивление отражаются на ее лице.

Меня поражает, что мы не так уж много сделали, кроме как провели время в баре и в квартире. Конечно, мы ходили по магазинам и к Коэну, но ничего похожего на свидание. Она заслуживает большего от меня.

Я киваю.

— Правда.

Она обходит остров и целует меня в щеку.

— Я не могу дождаться.

Измена Девина, возможно, разбила ее сердце, но это лучшее, что могло случиться с моим. Я был прав с самого начала. Он не был мужчиной для нее.

А я — да.

***

Я перевел взгляд на Сьерру, сидящую за столом.

— Майки не перестает донимать меня по поводу аренды моей квартиры. Он ездит по тридцать минут туда и обратно на работу и ноет, что ему не хватает сна и денег на бензин.

Сегодняшний вечер был невероятным, а ведь мы только в начале пути. Я привез ее в «Клейтон», пятизвездочный ресторан рядом с Блу Бич. В «Клейтон» предпочитают отмечать юбилеи, предложения, дни рождения и праздники.

И сегодня мы, блять, празднуем.

Сьерра перерезает пуповину Девина, и я не могу дождаться, когда смогу выбросить этого сосунка.

— Лучше скажи Майки, что я разобью бутылку об его голову, если он попытается украсть мое место соседа, — отвечает она.

Черт. Она идет не туда, куда я хотел.

Майки не украдет ее место соседки.

Он переедет.

Мы съедем.

— Мы больше, чем соседи, — поправляю я.

Она поглаживает кончик подбородка.

— Верно… мы… соседи по кровати?

— Больше, чем просто соседи.

Сегодня она выглядит чертовски великолепно. Она не часто наряжается рядом со мной, учитывая, что в баре такая непринужденная обстановка, и мне нравится ее повседневный вид, но она выглядит потрясающе. Я чуть не упал на лицо, когда она вышла из ванной в коротком красном платье, демонстрирующем ее ноги, и черных туфлях на шпильках, а ее волосы уложены в свободные локоны. Ее губы накрашены ярко-красным. Похоже, что помада — это единственный макияж, которым она пользуется.

Я не могу дождаться того дня, когда красная помада окрасит мой член. Я двигаюсь в своем кресле, просто думая об этом.

Я готов объяснить, почему я заговорил о нытье Майки, но как только я открыл рот, она уже заговорила.

— У тебя когда-нибудь были отношения?

— Нет, — отвечаю я без колебаний. — Ну… не до тебя.

Моя откровенность поражает ее, ее яркие губы приподнимаются в дикой ухмылке.

— Ты хочешь сказать…

— Я говорю, что у нас есть отношения? Да. — Я качнул головой в сторону. — Если ты не против?

Она смотрит на меня.

— Мы делаем это по-настоящему?

Я не знаю, кто больше взволнован — она или я. Для меня это серьезный шаг — желание иметь отношения. Я не могу представить себя с кем-то, кроме нее.

— Ты разводишься с Девином, верно? — спрашиваю я.

— Абсолютно, — поспешно отвечает она.

— Значит, все решено.

— Вот дерьмо, — шепчет она. — У меня отношения с Малики Бриджесом. Мои подростковые фантазии сбылись.

Я хихикаю.

— Правда? — Я складываю руки вместе, кладу их на стол и наклоняюсь ближе. — Ты писала обо мне в своем дневнике?

— Да. — Ее голос становится мягким и почти детским. — Дорогой дневник, Малики улыбнулся мне сегодня. — Она кокетливо улыбается. — Дорогой дневник, Малики сказал, что он ненавидит надоедливых подростков, а я — надоедливый подросток.

— Ты должна признать, что ты была надоедливым подростком.