Василёк для Зверя.

Домой к нам папа никого не приглашает. Думаю, за меня ещё боится пока. Про Барона мы с ним так и не говорили, и хорошо в общем-то. Вот что я ему скажу, если он спросит, как Руслан со мной обращался? Явно не признаюсь, что Долгатов принуждал меня к сексу, но моё лицо расскажет всё за меня, а я этого не хочу. Возможно, папа это тоже понимает и поэтому и не задаёт лишних вопросов.

- Солнышко, нас с тобою пригласили на ужин в эту субботу. Составишь старику компанию?

Отец вошёл в гостиную, где я, поедая панкейки смотрела Американскую комедию

- Пап, ну какой ты старик? Ты, у меня ещё ого-го. – Папа добродушно улыбается. – Конечно же я с тобой пойду. Только мне нечего надеть!

Папина улыбка стала ещё шире. Так съезди и купи себе что-нибудь.

- А… как же?

- Не волнуйся, Долгатов не посмеет навредить тебе, тем более у него дела сейчас идут в гору и он, не станет наводить шумиху. Тем более с тобой поедет охрана.

- Пап, я хочу поговорить с тобой.

Папа становится серьёзным, подходит ближе, опускается на диван рядом со мной.

- Ты хочешь знать убивал ли я родителей Руслана?

Я опускаю глаза, у папы не добрый взгляд и я уже не уверена, что хочу знать.

- Я не убивал их. Но всё же косвенно виновен в их смерти.

Сглатываю подступивший ком к горлу.

- Я знал, что Долгатова старшего заказали, но я не предупредил Ахмеда об этом. Я не знал, что он будет не один в этот день в машине. Эльвира с Русланом должны были ещё гостить какое-то время у родни. Но именно в этот день Ахмед решил их забрать. Мне очень жаль, Эля была удивительная женщина.

- Папа, почему ты не предупредил их, если знал?

- Дочка, — папа качает головой – Прости, но я не расскажу, оно не нужно тебе.

Я снова опускаю голову, чувства такое… тяжело на эту тему говорить, но раз уж начала.

- Но Руслан уверен в том, что именно ты убил их родителей.

- Ему так сказали, и к тому же я написал чистосердечное признание.

- Но зачем? Ты же не делал этого.

Конечно, папа ничего не ответил, он поцеловал меня в макушку и встал с дивана.

- Пойду, поработаю!

- Папа – снова позвала я его – Может тебе начистоту поговорить с Долгатовым, может он всё поймёт… - Ну к чему вам эта вражда?

- Не к чему дочка! – он чуть приподнимает уголок губ в ироничной улыбке и, вздохнув, продолжает

- Не знаю, может и поймёт. Вот только, он не желал говорить со мной тринадцать лет. Значит правда ему не очень-то и нужна. Главное, что бы кто-то понёс наказание, он думает, что так ему станет легче.

Остаток дня я провела за конспектами. Папа обещал всё уладить с универом, но похоже, мне придётся перевестись на заочную форму обучения. Меня это не радует, но, с другой стороны, мне просто нужно закончить, я уже давно поняла, что это не моё, я не хочу быть журналистом. Чего не скажешь о Катьке. Мы созвонились с ней и очень долго болтали. Ей дали практику в издательстве известного журнала, и она возможно даже приедет в Москву. Было бы здорово, конечно. Про Барона я ничего ей так и не объяснила. Сказала, что не по телефону такое обсуждать. Хотя, не думаю, что при встрече смогу рассказать ей всю правду.

На утра, как и запланировала я, решилась выехать в город. Настроение приподнятое. Я уже примерно знаю чего хочу, поэтому еду в конкретное место. Со мною должен был поехать Дима, но у него случился аппендицит и по этой причине меня повёз Антон и Валера. Оба просто огромные шкафы с выбритыми головами и синими наколками - фу мерзость. Но мы немного разговорились, и оказалось, что они вполне себе обычные люди, без пафоса и выпендрежа. Простые люди, что хоть и не говорили, но видно из бывших зеков.

На шопинг у меня ушёл почти весь день. Глаза просто разбегались в разные стороны. Я с трудом смогла определиться. Консультанта магазина просто вымотала, но зато приобрела у них сразу четыре потрясных, дорогущих наряда. Поэтому они не обиделись и раз двадцать напомнили мне, что в конце месяца поступит новая коллекция, и они меня всенепременно ждут.

- Ну что закончила? – ко мне подошёл Антон и забрал из рук пакеты.

- Да, мой отец разорён, так что можем ехать, – с лёгкой улыбкой говорю парню.

Уже через пять минут мы выходим из здания и идём по парковки.

- А Валера где?

- Он уехал! – мне показалось, что парень нервничает — но почему?

- А мы в правильном направлении идём? Мне кажется, машину мы оставили в другой стороне.

- Валера её перегнал, – как-то ещё более нервно говорит Антон, при этом озираясь по сторонам.

Я хмурю брови — тут что-то не так.

- Так ты же сказал, что он…

Договорить я не успеваю, Антон, хватает меня за шею и закрывает мне рот платком. Последнее, что я помню, как открылась дверь чёрного внедорожника.

Сознание возвращается постепенно, сначала я просто чувствую невыносимую пульсирующую головную боль. Глаза открыть пока не получается, из-за дикой боли не сразу понимаю, что я лежу в сыром помещении на голом полу.

Громкие мужские голоса и противный смех. «Я не у Барона» почему-то врезается в моё сознание. Липкий страх прошивает ознобом, я непроизвольно вздрагиваю всем телом, и этим выдаю себя.

- Это кто Ето у нас проснулся? – открываю глаза не без труда, разумеется, от страха во рту моментально пересыхает, — Это что за рыженькая кошечка сейчас приласкает папочку, – при этих словах худощавый омерзительный мужчина с явно гнилыми зубами, похабно берётся за ширинку и, сжимая свой пах, направляется в мою сторону.

Я сидя на попе перебирая ногами, отползаю в сторону.

- Куда, куда? – кис, кис, кис. – мерзкий тип явно забавляется мной. А ещё трое отморозков смеются и бросают на меня такие же похотливые взгляды.

Я мотаю головой и беззвучно прошу «не надо».

Когда эта мерзость уже схватил меня за лодыжку и потянул на себя, один из мужчин, что в этот момент находились в комнате. Громко крикнул.