Он тебя не отпустит (СИ) - Бонд Юлия

— Что случилось? Тебе что-то наговорил мой бывший муж? — спросила я, когда мы возвращались на машине домой.

— Всё нормально, котёнок, — руку положил на моё колено.

— А если серьёзно?

— Адвоката тебе надо поменять, если серьезно. Вчера было судебное заседание.

— Блин, — стукнула ладонью по лбу. — А у меня даже вылетело из головы спросить, чем же закончился мой брак с Русланом.

— Вы подали на развод. Ну… еще имущество делите, как я понял. Кать, я всё решу, только не волнуйся лишний раз. Ты и так всю беременность на нервах.

— Спасибо, — тепло улыбнулась, любуясь гордым профилем Мурата.

Вернулись домой, поужинали и разошлись по разным комнатам. Мурат закрылся в своём кабинете, а я уединилась в спальне за ноутбуком. Смотрела интерьер для детской комнаты, еще заглянула в парочку интернет-магазинов, чтобы прицениться.

Отложила в сторону ноутбук, накинула халат и вышла из спальни, решив пожелать Мурату спокойной ночи. Еще днём тетя Люся показала мне весь дом, поэтому я без особого труда нашла кабинет. Дверь была слегка приоткрытой и сперва я даже хотела в неё постучать, но услышала голос Шахина и передумала.

— Мама, я не буду просить Катю забрать заявление. Сания виновата, пусть отвечает по закону, — пауза, — нет, мне не плевать на родную сестру. Катю не трогать. Не вздумай просить, поняла? Адвокат будет добиваться наименьшего наказания — это единственное, что мы можем сделать для Сании.

Я дождалась, пока Шахин завершит свой телефонный разговор, а затем вошла в кабинет, предварительно постучав для вежливости. Мурат сидел в кресле, развалившись, о чём-то думал и смотрел в одну точку.

— Я слышала твой разговор с мамой и готова забрать заявление.

— Что? — Шахин будто не услышал, но уже через пару секунд, его чёрные глаза метали молнии: — ты не сделаешь этого.

— Но она же твоя сестра. Девчонка совсем…

— Она виноватая, Катя.

— Она не хотела, просто не сдержала эмоции, — на мою фразу Мурат закатил глаза.

— Бред. Ты не помнишь, но я-то знаю, что она заслуживает наказания по всей строгости закона.

— Её же могут посадить в тюрьму! У девочки тогда вся жизнь сломается, а я не хочу этого допустить. Я заберу заявление из полиции и это не обсуждается.

Мурат посмотрел на меня недоуменным взглядом и сказал, что я совершаю ошибку, оставляя безнаказанным такой поступок.

— Идём спать, — подошла к Шахину и потянула его за руку, а он усадил к себе на колени, как маленькую девочку, зарываясь лицом на моём затылке.

— Я люблю тебя, Катя. Чтобы не случилось, всегда помни про мою любовь.

— Ты хочешь меня о чём-то предупредить?

— Нет, пока нет.

Еще какое-то время мы посидели с Муратом в его кабинете, а затем поднялись в комнату и практически сразу же заснули, стоило лечь на кровать. А утром я увидела в доме и во дворе незнакомых мужчин, одетых во всё черное и с кобурой на поясе. Тетя Люся шепнула, что хозяин решил усилить охрану, а я решила сделать вид, что мне нет до этого никакого дела, хотя внутри всё перевернулось от страха.

Первые дни прошли в адаптации, но уже со второй недели я активно занималась домом. По вечерам готовила ужин, а еще выбрала себе женскую консультацию и записалась на приём к гинекологу.

Мурат вернулся домой после работы немного позже обычного. Уже по привычке я обвила его шею обеими руками и, встав на носочки, чмокнула в щеку. Он потёрся кончиком носа о моё лицо и тоже поцеловал, только в губы.

Мы сидели за ужином за столом, когда Мурат вдруг радостно сказал:

— Забыл поздравить, Катюш. С сегодняшнего дня ты официально разведена с Башаровым. По решению суду квартира осталась тебе, а машина и дача — мужу. Так что, поздравляю, котёнок.

— Разведена? Уже? Так быстро!

— Ты не рада?

— Конечно рада, Мурат. Просто еще пару недель назад всё было в таком подвешенном состоянии, что я пока не верю… Прости.

— Кать… — он подсел ближе, одной рукой обнял за плечи, а второй сжал мои холодные пальцы. — Зачем ты забрала заявление из полиции? Я же просил тебя не делать этого.

— Я хотела помочь, как и ты. — Шахин повёл бровью в недоумении. — Ну ты же помог мне с разводом, с разделом имущества, вот и я помогла.

— Это разные вещи, здесь и сравнивать нечего.

— Послушай. Я хочу, чтобы мы всё начали с чистого листа. Ты, я и наш сын. Пусть тени прошлого не омрачают наше будущее.

Он улыбнулся, за руку взял и поднёс к губам поцеловать.

— Знаешь, Авдеева, а ты ведь впервые говоришь мне такие слова. Я даже обалдел, если честно.

— В смысле? Хочешь сказать, что до падения с лестницы я считала иначе?

— Ты тогда другой была, Кать. Сейчас ты смотришь на меня как пятнадцать лет назад и за этот взгляд я многое готов отдать.

После ужина мы вышли на улицу прогуляться перед сном. Мурат крепко держал меня за руку, а подушкой большого пальца водил по коже. Я слышала его тяжелое дыхание, которое отзывалось тупой болью в моём сердце.

— Что-то случилось, Мурат? — спросила, не выдержав напряженной тишины.

— Нет. Всё нормально.

— Да? А мне кажется, у тебя какие-то проблемы. Ты подозрительно молчишь…

— О работе думаю, Кать, — он крепче сжал мою руку, — ты не бери дурное в голову, хорошо?

— Постараюсь, но не обещаю.

— Моя красивая девочка, — мы остановились. Мурат обхватил моё лицо двумя ладонями и стал водить по скулам подушечками больших пальцев, — я тебя очень сильно люблю.

— Ты накосячил? — хихикнула я, а он решительно качнул головой. — Просто мужчины поют дифирамбы, когда наломали дров.

— А я просто так пою, чтобы ты знала.

Он поцеловал меня в щеку, спустился ниже и встретился с моими губами. Горячий язык нырнул в рот, сплетаясь с моим в страстном танце. Одним поцелуем не обошлись. В дом почти вбежали и это с моим-то животом.

А в спальне всё повторилось с самого начала. Трепетные касания до мурашек по коже… моих и его, наверное, тоже. Нежность в каждом движении, каждом взгляде и вздохе. Его руки такие сильные, крепкие обжигали прикосновениями. Упираясь двумя ладонями в мужскую грудь, я раскачивалась на волнах экстаза. Хотелось еще и ещё… Острее. Быстрее. Чтобы вспыхнуть как фейерверк и разлететься на тысячи мелких частиц.

Он разбудил меня лёгким поцелуем в висок. Нехотя открыла глаза и улыбнулась, увидев нависающего сверху Мурата. Он был уже одетым и выглядел бодрым, в отличие от меня. Я же лениво потянулась и, прикрыв рот ладонью, зевнула.

— Доброе утро. Уже уходишь на работу?

— Привет, милая, — поцеловал в кончик носа и стал гладить моё плечо, касаясь его указательным пальцем сверху вниз. — Да, сегодня поеду пораньше.

— Жаль, — вздохнула, — а я хотела попросить тебя свозить меня по детским магазинам.

— Кать, давай в субботу или поезжай с Мишей.

— Я хочу с тобой, Шахин, а не с твоим водителем.

— Котёнок, — снисходительно улыбнулся. — Сегодня вообще никак, я буду очень сильно занят. А в субботу обещаю, целый день в твоём распоряжении.

— Правда-правда?

— Правда.

Мурат ушел на работу, а я смотрела ему вслед и улыбалась, как ненормальная, приложив к губам палец. Какая я всё-таки счастливая. И как хорошо, что муж ушел к любовнице, иначе я до сих пор ходила с рогами, а не жила бы с любимым мужчиной, ожидая от него ребенка. И когда Мурат успел стать любимым мужчиной? А не важно, в принципе. Главное, что у нас всё взаимно.

Полдня я провела в хандре. Ничего не хотела делать, даже тётя Люся не смогла поднять мне настроение, а она та ещё шутница и болтушка.

— Кать, ну что такое, красавица моя? Грустишь, не улыбаешься, — спросила тетя Люся, продолжая колдовать над кулинарным шедевром.

Я бросила взгляд на женщину, стоящую у кухонной плиты, и попыталась улыбнуться, но вместо улыбки появилась кривая ухмылка.

— Не знаю. Хандра нашла.

— А ты попробуй яблочный пирог и всё пройдет.