Понты и пуанты (СИ) - Кондр Светлана

- Козлы.

Мы зашли следом и закрыли дверь. Ну вот, безразличие сменилось ненавистью, а от этого один шаг…

- Лисичка. Мы очень скучали, выслушай нас.

- Мне все равно, и вам собственно зачем? – она оторвала лист бумажного полотенца и вытерла лицо. – Это все равно ничего не изменит. Забудьте уже обо мне. Если хотите хорошо провести время, я могу вас познакомить с парочкой балерин, они не дадут вам скучать.

- Нам кроме тебя никто не нужен.

- Неужели! Интересно после которой по счету, вы это поняли? – она намекала, что все эти месяцы мы развлекались с другими, и лучше я промолчу на этот счет. Лисичка вздохнула и сняла резинку с волос, будто специально делая свой образ еще более сексуальным. - Егор, Гордей. У меня сейчас итак непростой период в жизни, - грустно проговорила она. - Так не делайте его еще хуже, - Амелия сняла куртку и повесив её, подошла к нам. - Я знаю, какими настойчивыми вы можете быть, - и отводя глаза в сторону, вспоминая или решив для себя что-то, сделала неожиданный ход. - Можете не утруждаться в объяснениях, мечтаете о тройничке, - она провела по нашим торсам ладонями и потянулась к джинсам. И пиздец как я пожалел, что на мне сейчас одежда. – Наверно единственный выход, чтобы вы не докучали мне и не портили жизнь своим присутствием, заняться этим прямо сейчас, - она сняла с себя тонкую водолазку, оставаясь в сексуальном лифчике. Через прозрачную сеточку проглядывали соски и мое дыхание участилось. Я готов был поднять её и прижав к стене, как следует оттрахать, потому что соскучился, потому что изголодался и не могу больше ждать. Я желаю свою девочку! Любовью займемся позже, а сейчас я хочу, чтобы нас поглотила безумная страсть, срывающая крышу. Я провел пальцем по её нижней губе, и Егор придвинулся к Амелии ближе, чтобы тоже получить долю любви, но тут Лисичка, сказала, то, что в миг опустило моего дружка, заставив его чуть ли не втянуться в пах: - Вы обожаете когда я вам отказываю, это вызывает в вас азарт, - она перешла на шёпот. - Но сейчас, чтобы скорее все это прекратить, чтобы больше вас не видеть, давайте сделаем это. Я сразу стану для вас шлюхой и вам не придется за мной бегать, а дальше вы найдете себе новую жертву, новую добычу, - Лисичка завела руки за спину и расстегнув бюстгальтер сняла его. - Я не буду препятствовать, только прошу – побыстрее, у меня еще выступление.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Но разве теперь, после того, что она сказала, мы хотели этого? Нет. Я хочу, чтобы она была уверенна в нас и отдавалась от чувства желания, а не из-за того, что хочет от нас избавиться.

Мы переглянулись с братом, бешеное желание, которое она вызывала потушилось об её холодность и обиду. И ведь даже назло не воспользуешься шикарным предложением, кругом виноваты получаемся именно мы.

Она прошла к дивану, скидывая с себя джинсы и трусики. Мы стояли и не понимали, как действовать в такой ситуации. Лисичка своими действиями и словами нас обезоружила. Выставив свою очаровательную попку, она опустилась коленями на сидение дивана, и оперлась руками о спинку.

Этот развязный поступок никак не соответствовал её характеру и убеждениям. Нет, я не стал любить её меньше, после того как сейчас она себя повела, я понял, что Амелия доведена до отчаяния, что сейчас ей легче избавиться от нас, сдаться, чем держать оборону.

- Что, снова отступите как в прошлый раз? Моя доступность вас совсем не возбуждает? Я так и знала, что спугнула вас своими просьбами взять меня. 

- Амелия все не так.

- А как? Докажите. Возьмите меня. Оттрахайте. Куда ты Гордей хотел? В мою задницу? Я даже не буду против. Давайте, пользуйтесь, - она всхлипнула, и я закрыл глаза. Ну зачем она так? Но тут услышал грохот и снова их открыл. Егор уже был практически с Амелией, которая упала на пол и замерла в неестественной позе…

Глава 37

Амелия

- Любимая, очнись, - я почувствовала прикосновение пальцев к своей щеке, и меня аккуратно подняли. - Она холодная.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Конечно я холодная, попала под дождь, это я помнила, но где я сейчас и кто говорит?

Меня положили на мягкую поверхность и поцеловали мои губы. Странный сон. Я не знала проснуться окончательно или побыть на грани бодрствования, понаблюдать за причудами моей фантазии.

- Скорая уже едет. Вот, сейчас, - на мое тело опустилось одеяло и я стала согреваться, в тоже время у меня очень сильно болела голова и мне хотелось спать дальше. Я поняла кого слышала - взволнованные голоса ребят. Чувствовала прикосновения их ладоней.

- Смотри, у нее шишка.

- Это точно сотрясение, как бы не хуже. Ей срочно надо в больницу.

Больницу? Нет, просто поспать.

- Амелия говорила про выступление. Надо позвонить, предупредить.

При слове «выступление», во мне что-то щелкнуло, и я подскочила, с мыслью о том, что не могу пропустить концерт. Но как резко поднялась, так же быстро и опустилась, потому что голову пронзила сильная боль. Я притронулась к вискам и зажмурила глаза.

- Больно?

Я едва кивнула.

- Тебе не следует сейчас двигаться, врач скоро приедет, и мы поедем в больницу.

- Вы с ума сошли? Я не могу ехать в больницу. Сколько времени?

- Два часа.

- Концерт в семь. Я немного посплю, выпью таблетку и поеду. Все нормально, - стала я оправдываться, но вовремя вспомнила о том, что произошло. - Вы можете идти, свой шанс на секс вы прозевали.

 - Ага. Хренушки, это все может быть очень серьезно. К тому же, милая, не хочу тебя пугать, - близнец наклонился надо мной и прошептал: - Но с такой шишкой на лбу, ты сможешь играть на сцене только единорога, - и поцеловал меня в нос.

- Придурок, - проговорила я.

- Гора, не смешно, - сказал Егор. Он сидел возле моей головы и гладил мои волосы.

- Я просто хотел немного её отвлечь, - повел тот плечами.

- Это вы во всем виноваты. Свалились на мою голову, - я снова закрыла глаза. Как я могу пропустить сегодня концерт? Люди рассчитывают на меня.

- Мы не заставляли тебя бежать от нас.

- А вы думали я горю желанием вас увидеть?

- Любимая, тебе сейчас нельзя волноваться, - ласково сказал Егор. – Тебе надо отдохнуть.

- Егор, как ты мастерски умеешь быть милым, жаль, что это все притворство. Не надо тут передо мной распинаться и строить из себя хорошего парня, я не верю тебе.

- Ты имеешь полное право на меня сердиться, - он снова постарался быть милым.

- Вы можете помолчать, ничего не хочу слышать. От вас моя голова болит еще сильнее.

Гордей пошел в мою спальню и когда он вернулся, я разглядела в его руках мои трусики и топ.

- Амелия, тебе надо надеть хотя бы белье, - сказал он. – Я могу тебе помочь.

- Отдай, я сама.

Бригада скорой помощи приехала через десять минут и к моему величайшему сожалению, мне констатировали сотрясение мозга. И чтобы отбросить серьезные травмы, мне пришлось согласиться на стационар.

- Кто-то из вас едет?  - спросил доктор у близнецов.

- Я, - хором ответили они.

- Нет, доктор. Я одна поеду, это мои соседи и им уже пора.

Парням не понравились мои слова, это было написано на их лицах.

- Мы все равно приедем к тебе…

Я никак не ожидала от себя, но в ответ показала средний палец.

Пока мы ехали в больницу, я позвонила худруку и объяснила всю ситуацию. Безусловно, он был расстроен, и мне было не по себе. Я в жизни не пропустила ни одного концерта и мне было неудобно перед ним. Он пожелал мне скорейшего выздоровления и напомнил, что контракт включает и медицинскую страховку. Как бы ему не было жаль, но его слова, о том, что я должна беречь себя, потому что балет не может лишиться такой балерины, подействовали на меня лучшим образом. Мне надо скорее поправиться и встать к станку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Если бы близнецы не приехали, всего бы этого не было. Зачем они вообще появились снова в моей жизни? Неужели они не понимают, что того, что было уже не вернуть. Я больше не поверю им и не смогу довериться. Мне не нужны их глупые объяснения, ведь то, что я к ним испытывала, уже прошло, исчезло и я даже не хочу попытаться понять их. Я им не поверю, и каждый раз буду ждать от них подвоха. Каждый раз буду знать, что в любой момент они могут исчезнуть без объяснений.