Одержимость. Семь ночей с незнакомцем (СИ) - Бетти Алая

Обвиваю руками тело Яны, прижимаю её к себе. Нахожу клитор и быстро-быстро тереблю его, жестко вдалбливаясь в киску.

— АХ! — она вскрикивает, чувствую давление в члене, резко выхожу и моя звездочка сквиртит.

Затем снова толкаюсь в сокращающуюся киску.

В голове набатом бьет мысль: хочу кончить в неё, хочу оплодотворить. Чтобы моей была без вопросов. Но я гоню порочные мыслишки прочь. Резко выхожу и кончаю на круглую попку.

Янка довольно улыбается, обнимает меня. Трётся словно кошечка. Горячая, удовлетворенная.

— Я люблю тебя… так сильно люблю, — шепчет, и в этот момент я готов умереть за неё.

— Я тоже… люблю тебя, — целую девочку за ушком, — пора в постельку.

Там мы снова занимаемся любовью.

— Ах! Влааад! — Яна кричит, извивается в финальном оргазме, падает на меня сверху.

— Ты ненасытная, — хриплю, — я так инфаркт раньше времени словлю.

— Ничего подобного! У тебя как часы всё работает, — хихикает, — а у некоторых уже в тридцать ничего не стоит.

— Ну и познания, — ржу, — интересно, откуда?

— Не смейся надо мной! — шипит, как кошка.

— АЙ! — получаю подушкой по лицу, — что творишь, хулиганьё?

— Получи, дедуля!

Мы начинаем играть, как маленькие. Но блядь, как же мне это нравится! Валю Янку, сгребаю под себя. Смотрю в её синие глазищи. Целую в губы.

— Я так счастлива, — улыбается, — хочу так всегда!

— Посмотрим, маленькая. Думаю, ничего не помешает нам съехаться через какое-то время…

— Кстати, — она расслабляется, прикрывает глаза, — а это какая ночь у нас с тобой?

— Хм… четвертая? Или пятая? Те в отеле будем за две считать.

— Это ещё почему? — возмущается.

— Потому что в первую ночь я тебя трахнул, а во вторую мы попробовали игрушки и наручники. В моих планах это было на две ночи.

— А сегодня тогда не считается! — язык показывает.

— Откушу!

Засыпаем мы утром. С этой девчонкой никакой режим соблюдать не получается. Но я доволен. Когда открываю глаза, малышка уже порхает по кухне, готовит завтрак.

— Тебе вообще спать не нужно? — зеваю.

— Садись завтракать, Влад, — хихикает Яна, — я сварила кашу! Мама говорит, нужно каждый день на завтрак есть кашку. Тогда тебе не грозит никакой инфаркт.

Дзынь!

Раздаётся звонок в дверь. Яна замирает.

— Опять… — шепчет.

— Я сейчас, — иду к сейфу, достаю оружие, выхожу на лестничную площадку.

Всё осматриваю, но нет ни следов, ничего. И никаких посланий. Что за пиздец? Блядь!

Возвращаюсь, сую оружие за пояс. Янка с опаской смотрит на пистолет.

— Так, малышка. Слушай. Я не знаю, кто в какие игры со мной играет, но сегодня ты снова поедешь ночевать ко мне. И в университете общайся лишь со своей подружкой, поняла? Больше ни с кем. Никуда не ходи, если позовут. Одна не оставайся ни на секунду.

— Это из-за папы? — всхлипывает.

— Подозреваю, что да. Сегодня я узнаю у следаков, куда твой папаша вляпался. Но, пока я не рядом, будь начеку, хорошо?

— Ладно, — кивает.

Мы едем в универ. Яна молчит. Весь флёр любви спадает, оголяя тревожность. Я лишь держу свою звездочку за руку, давая понять, что она в безопасности. И безумно не хочу её отпускать, ведь меня не покидает дурное предчувствие…

Глава 47

Яна

Тревога Влада передаётся мне. Юлька опаздывает на занятие и всю лекцию молчит. Вырубила мобильный. У неё с Русланом что-то случилось?

— Юль… — спрашиваю у неё после занятия.

— Что?

— Что с тобой? — с участием спрашиваю, — ты с утра сама не своя.

— Забей, Ян. Просто я… боже… идиотка я, понимаешь?

И тут до меня доходит. Молодая девушка может так хандрить лишь по одной причине.

— Руслан? — вздыхаю.

— ДА! — гаркает она, затем складывает руки на груди, — ну, посмейся. Типа ты же говорила, что он дерьмо и бабник!

— Эээ, я не хочу смеяться, — беру её за руки, — Юль, что он сделал? Хочешь, скажу Владу, и он ему нос сломает?

Юлька горько улыбается. Мы присаживаемся на наш любимый подоконник с видом на университетский двор. Я молчу, смотрю на подругу. Обычно живая и яркая, она сейчас совсем погасла.

— Не нужно. Просто понимаешь, — Юля смотрит на гуляющих студентов, — мне никогда не нравились ровесники. И тогда в клубе, когда я встретила Руса, внутри всё прям перевернулось.

— Понимаю, — сжимаю её ладонь.

— И в постели мы идеально совместимы… мне с ним так хорошо было! Словно частички одного целого наконец-то друг друга нашли и соединились. Он чувствовал меня на самом глубоком уровне, я так никогда не кончала… прости за подробности.

Теперь я понимаю, о чём она.

— Но что случилось-то вчера?

— Он мне позвонил. Сказал, что я в опасности и он всё мне объяснит позже. Я подумала сначала, что это подкат такой. Обрадовалась, что позвал к себе. А в итоге Рус привёз меня в квартиру, всё показал и свинтил… на свиданку.

— ЧЕГО⁈ — вскрикиваю, — совсем что ли озверел⁈

— Не знаю. Но я просто не могу… по-моему, я влюбилась в него. После одной одной ночи. Не стоило мне с ним уходить из клуба и к нему ехать. Чувствую себя идиоткой, а сердце болит, понимаешь?

— Да, — крепко обнимаю подругу, — и что ты решила?

— Раз такая опасность, я возьму у знакомого врача больничный на пару недель и уеду к родственникам в Питер. Буду лечить своё сердечко. А тут Абрамов о тебе позаботится.

— Мне так жаль, Юль, — опускаю взгляд, — как он мог так поступить?

— Ну, мы ничего друг другу не должны. Только секс, — горько вздыхает она, — и я на это согласилась.

— Лесбухи! — проходящие мимо парни ржут, — О! Юдина… а как ты, и по тем и по тем?

— Валите отсюда! — рычит Юлька, — а то по роже схлопочете!

— Боимся, боимся! Юдина, каково получать пятерки за отсос, а? — не унимаются парни.

— Вы что несете? — в ужасе прижимаюсь к окну.

— Так все знают, что ты с Абрамовым трахаешься! А нам дашь? Ну, по дружбе.

Перед глазами темнеет.

— Это пиздец, подруга, — Юлька хватает меня за руку, — думаю, нам нужно получить у твоего мужика некоторые разъяснения.

— Это не он… — бормочу, с трудом удерживая себя в руках.

Меня словно окатили ледяной водой. Откуда все знают? Кто им рассказал? И тут я понимаю: Борункова или Пашка. Кто-то из них…

Мы подходим к кабинету Влада. Дверь приоткрыта. И слышим вопль ректора.

— И что ты мне делать предлагаешь⁈ Вы нарушили правила! Нет бы трахаться тихо после занятий, но вы решили всем показать, что можно плевать на устав⁈

— Не ори! — рычит Абрамов, — мы с Яной не палились ни разу. Это видео — гребаная нейросеть. И я это докажу.

— Сколько нужно на проверку?

— Пара дней. Но остаётся вопрос Рябых. Он этот фейк всем разослал и мне нужны гарантии. Иначе ваш университет ждут очень плохие времена, — жестко говорит Влад, — потому что ладно я. Мне похуй. А Яна слишком много работает, старается. За больной матерью ухаживает. Вы мало того, что нихуя ей не помогаете, так ещё и с дерьмом смешиваете⁈

— Влад, это сложная ситуация! Мне-то что делать?

— Плакал твой конкурс, кроме Яны его никто не вытянет! Вот и постарайся! Ради должности хотя бы. У тебя пара дней, придумай что-нибудь. Иначе я забираю Яну из этого гадюшника. Она отличница, так что уверен, такой студентке будет рад любой ВУЗ. Особенно с моими рекомендациями.

Юлька тянет меня за угол. Ректор вылетает, как ошпаренный. А мы заходим в кабинет Влада. Он очень зол.

— Уже знаешь? — вздыхает, садится за стол.

— Да… меня уже обозвали, — усмехаюсь.

— Кто? Фамилии! — рычит он.

— Не нужно, — подхожу и накрываю его горячую ладонь.

— Вы тут справитесь? Мне в больницу нужно, у меня поезд вечером, — мнётся Юлька.

— А ты куда собралась? — хмыкает Абрамов.

— Долгая история, Владислав Львович. Оставляю Яну вам. Берегите её, — моя подруга уходит.

— Что у них там случилось? Рус ей звонит, что-то объяснить порывается… достал меня уже. Скучает, говорит, накосячил, идиот…