Мама поневоле (СИ) - Доронина Слава

– Это мысли и поступки уверенного в себе человека, который имеет за плечами багаж опыта и знает, что за принятыми решениями последует бремя ответственности. То есть, тебе не за что переживать. И если я причиню боль или допущу ошибку, то сполна за это отвечу в первую очередь перед собой. Нет никаких масок.

– Мы едем к твоей любовнице? Чтобы ты поставил точку с ней в отношениях при мне? Я заметила, что ты с претензией на высокий моральный облик… – с горечью отозвалась я, понимая, что мне не пробиться сквозь его броню.

– Чушь, – он покачал головой и выдохнул клубы дыма в окно. – У меня нет любовницы. Хотя тут спорный вопрос, потому как невестой себя назвать ты не даешь, женой стать сопротивляешься, а регулярный секс с тобой в моих планах все же есть...

Я поперхнулась сладостью и закашлялась, чем вызвала улыбку на лице Глеба. В этот момент на его телефон поступил звонок, и он ответил на него, отвернувшись от меня.

– Да, Павел. Подходит. Отлично! Через полчаса будем в аэропорту. За детей и Марию Гавриловну отвечаешь головой. Утром обязательно загляни к ним.

– Бабушке позвонишь сама или оставишь мне эту миссию?

– Сама, – кивнула я. 

– Ну что, подкрепилась? Завтра днем уже будем снова в Питере. А пока у нас по плану перелет, горячая ночь и утренний визит к моей матери.

– Так это все ради знакомства с родителями? – удивилась я.

– Не совсем, но многое для тебя станет понятно на мой счет именно в доме родителей. Ты, Ксения, неправильно расставляешь ориентиры. Главным было в моих словах горячая ночь…

Он снова улыбнулся, и на этот раз его улыбка была мягкой и чарующей, а я подумала о том, что он снова одержал надо мной победу, подключив свое сильное мужское обаяние.

– Чего-то такого и следовало от тебя ждать, – я ухмыльнулась в ответ.

Мужчина вдруг положил свою руку мне на колено и повёл ладонью наверх, а мое сердце забилось, как мячик.

– Да, я серьезный человек, но однажды и с такими людьми происходят странные вещи, а железной выдержке наступает конец. Если бы не наше ограничение по времени, то прелюдия перед тем, что ждет тебя ночью началась бы прямо здесь... в машине…

Жаркая волна прокатилась по телу, захлестывая мое сознание от низкого хриплого голоса и мужских слов. Я едва не опрокинула на себя стаканчик, когда он прошептал эти слова, а затем впился в мой рот чувственным и влажным поцелуем, раздвинул мои губы языком и властно принялся подчинять своим движениям. Между ног сделалось очень горячо, на секунду мне даже показалось, что я все же плеснула себе кофе именно туда. Поцелуй прекратился так же резко, как и начался, Глеб отстранился и положил руки на руль, шумно выдыхая. Машина плавно тронулась с места, а я поняла, что уже голодна совсем в другом смысле этого слова.

– Может быть, это твоя уловка выкрасть меня из дома на одну ночь? – предположила я.

Мои пальцы все еще дрожали, и я боялась, что кофе прольется мне на платье.

– Планы на этот вечер и ночь у меня имелись и без спонтанной поездки в Москву.

Он мельком взглянул на меня и хищно улыбнулся. Спустя полчаса мы проходили регистрацию на посадку. Глеб все время сосредоточенно смотрел в телефон, и я сделала вывод, что он работал и не стала его отвлекать. Перелет был недолгим, но я успела немного вздремнуть, положив голову на мужское плечо. Проснулась я от того, что кто-то настойчиво гладил меня пальцами по лицу. Я открыла глаза, не совсем понимая где нахожусь. Глеб ласково улыбнулся и отнял свою руку от моего лица.

– Мы прилетели. Сейчас сядем в такси и поедем домой, – услышала насмешливый голос прямо над ухом.

– К твоей матери? – спросила я.

Я сделала попытку выпрямиться, но Глеб прижал меня к себе.

– Я уже давно не маленький мальчик, чтобы жить с родителями, – прошептал он, ласково смотря мне в лицо. – У меня свое жилье в Москве и Питере. Я одинаково люблю эти два города, но больше предпочитаю проводить время в столице. Поэтому квартира в центре Москвы и загородный дом в живописном месте недалеко от Питера достанутся тебе вместе с мужем.

– Я все равно ничего не понимаю… Эта поездка вызывает много недоумения. Поэтому я даже не стану пытаться спрогнозировать, что меня ждет в Москве. Но хочу напомнить, что у меня двое детей и старая бабушка. В случае чего у них, кроме меня, никого нет...

– Я уверен, что от ночи секса еще никто не умирал, – он поднял мою голову за подбородок и легко поцеловал в губы. – Насколько я знаю, у нас проблемы с контрацепцией, или все же есть проблемы и с сердцем? – спросил он, прервав поцелуй и поглядел на меня прямым взглядом. 

Как у него только получалось говорить о серьезных вещах с такой иронией и вызывать улыбку на моих губах. 

– Я чувствую, что мои проблемы в скором времени приумножатся. Кажется, ты намерен идти до конца?

– До победного, – подтвердил он.

33. Глеб

Ксения спала почти весь перелет. Я решил, что мы доберемся до моей квартиры самостоятельно и вызвал такси бизнес-класса, как только мы покинули самолет. Не знаю, летала ли девушка раньше, но, судя по тому, как мирно посапывала на моем плече, то, скорее всего, да. 

– Ты летала раньше? – поинтересовался у нее, хотя следовало задаться этим вопросом немного раньше.

– Да, – отозвалась она. – Глеб, я переживаю за детей, – тихо сказала Ксюша и схватилась за мой пиджак, поскользнувшись на ровном месте. – Эта спонтанная поездка меня сильно тревожит...

– Аккуратно, на улице очень скользко. Не хочу, чтобы ты упала.

У меня и в самом деле в груди екнуло, когда она едва не распласталась на выходе из аэропорта. Я прижал ее к себе и ощутил что-то сродни эйфории, оттого, что она была рядом со мной и останется на всю ночь.

– С такой поддержкой – это исключено, – рассмеялась она. – Но думаю, если и упаду, то ты тут же навалишься сверху и быстро реанимируешь меня.

Я расплылся в ответной улыбке.

– Обязательно так и будет, когда приведу тебя домой. Поставлю у кровати и сделаю подножку. Ксения… – я остановился и поглядел ей в лицо. – Уверен, что с детьми все хорошо, а Мария Гавриловна о них позаботится. Не стоит переживать.

Я провел пальцем по ее щеке, но она смущенно отвела взгляд.

Мы подошли к машине, я открыл заднюю дверцу и подождал, когда Ксюша заберется внутрь. Сел рядом на сиденье и назвал водителю адрес, а затем повернулся к девушке и опустил свою руку ей на колено, другой обхватил затылок и толкнул ее лицо к своему. Птичка Ксения попала в мою ловушку, и теперь я не отпущу ее до самого утра. А там, я надеялся, она примет правильное и окончательное решение остаться со мной и отбросит наконец все сомнения и страхи. Я не хотел ничего рассказывать заранее об истинных причинах своего появления в ее жизни для ее же спокойствия, но лучше раскрыть правду сейчас, чем потом вновь заставлять испытывать ко мне недоверие. Время станет нашим союзником. Я верил, что мы встретились в тот раз в клубе неслучайно.

– Глеб… – только и успела она прошептать, но я запечатал ее рот поцелуем. 

Ни черта я не скромник! Какой вечер подряд стояк в моих штанах доставлял дискомфорт такой силы, что я готов был вызывать пожарную машину и пробираться к девушке в спальню через окно. Только почему-то был уверен, что она с двух сторон была окружена надежными защитниками, и мне бы там места не нашлось.

– Ты… Это все нечестно, ты выкрал меня и теперь...

– Все честно, – тихо проговорил я, целуя ее. – Это ты просила время подумать, а мне оно не нужно. Я и так знаю, чего хочу. Тебя…

Ксения бросила неуверенный взгляд в сторону водителя, а я поднял уголки губ. Кажется, моей скромнице не по себе от наличия зрителей? А я хочу её до помутнения моего рассудка. Я так мечтал задрать подол ее легкого, воздушного платья и усадить девушку на свои бедра, но судя по ее реакции на поцелуи при постороннем человеке, от таких решительных действий с моей стороны она преждевременно сгорит от стыда. Хотя она и так от него скоро сгорит. И спрашивается, к чему оттягивать неизбежное?