Любовь начинается с брака (СИ) - Ринка Кейт

Когда он встал, сразу стало ясно, что сейчас будет. Да еще с элементами настоящей романтики. Взяв меня на руки, Гавриил понес в спальню. Я чуть не растаяла от умиления. Но потом меня бросили на кровать и сказали:

— Я сейчас.

Черт! Совсем забыла про душ. Но мой мужчина все-таки с работы, ему простительно. За время ожидания я успела раздеться до белья и найти повязку для глаз, которую нацепила пока себе на лоб. Не хотелось сегодня начинать секс со споров. Гавр снова появился во всей красе, в брюках и белой рубашечке. Сложно было не признать, насколько ему шел классический стиль, тем более, когда присутствовала легкая небрежность, как закатанные рукава и расстегнутый ворот. Настоящий доминант, которому хотелось подчиняться и одновременно бунтовать против его правил.

— Подойди, — произнес он, стоя возле кровати.

Я послушалась и подползла ближе. Тогда Гавр протянул руки и опустил повязку с моего лба на глаза, снова лишая зрения. И ведь это все равно будоражило. Я даже начала волноваться, с нетерпением ожидая, что будет дальше. Думала — поцелует. Но, нет, его пальцы коснулись моего плеча и опустили бретельку лифа. Думала — заигрывает. Но, нет, он начал меня раздевать, совсем, пока я не осталась в чем мать родила. Мое волнение в разы подскочило. Такой голой и беззащитной я не чувствовала себя никогда. И в этом тоже было что-то особенное.

«Доверять», — вспомнила я его третье правило, и повторила все еще раз: — «Не смотреть, не трогать, доверять».

В такие моменты без доверия действительно никак. Поэтому я полностью отдалась своему мужчине. И это было потрясающе. Он осыпал меня поцелуями и лаской до опьянения. Как мои руки искусно играли на пианино, так его на моем теле. И когда он оказался во мне, я ощутила настоящую нирвану. Я снова наплевала на его правила и крепко обняла за шею, пока упивалась нашим страстным поцелуем. Только слегка переборщила, вдруг решив невовремя сорвать с себя повязку.

Когда наши глаза встретились, Гавриил замер. А на его напряженном лице отразилось такое недовольство, что я испугалась. Сейчас будет ругаться, или того хуже — встанет и уйдет. Поэтому пришлось срочно отматывать момент. Ведь мужчина все еще находился во мне, и очень уж хотелось динамики, и вообще продолжения, и чтоб не злился.

— Блин, извини, я случайно, — выпалила ему, пытаясь дотянуться до повязки, которую бросила далеко над своей головой.

Воспользовавшись положением, Гавр перевернул меня на живот. Да я не успела опомниться, как он снова заполнил собой, с силой придавливая к кровати.

— Знаешь, что делают с девочками, которые врут? — тихо сказал он мне на ухо. — Их наказывают.

Вот этого я не ожидала. Что Гавр так сорвется, что доведет до оргазма за считанные минуты. А потом продолжит. Сначала медленно, пока я не передохнула и не завелась снова. И ведь честно не знала, что такое бывает — что можно ощутить аж две порции удовольствия за один раз. И все в такой позе, что ни в глаза посмотреть, ни расцарапать наглую морду.

— Я буду жаловаться на тебя в суд по правам человека, — предупредила его, пытаясь выглянуть из копны собственных волос.

— Дерзай, — ответил он, отстраняясь от меня. — Но еще раз снимешь повязку — это будет наш последний секс.

— Серьезно?! — возмутилась я, аж подскакивая на кровати. — Да что в этом такого? В первый раз в бассейне ты об этом даже не вспомнил.

— Первый раз не считается.

— Хорошо, допустим. Просто объясни мне, откуда такой фетиш? Почему для тебя это так важно?

Гавриил встал с кровати и поправил одежду. Несколько минут молча смотрел в мое лицо, прежде чем сказать:

— Потому что.

И все. После этого он развернулся и скрылся в ванной комнате. А я опять осталась одна в полном непонимании. В этом мужчине столько странностей, что им всем сразу сложно найти разумное объяснение. И ведь объяснять не хотел. И что-то менять, видимо, тоже. Стало как-то грустно. Первые познания в сексе, все так потрясающе, и что обещало свести с ума своим однообразием и ограниченностью возможностей. Снова не удивляло, почему у Гавриила не было девушки, никогда, значимой и постоянной уж точно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Часть 50

Он оказался прав. Как бы Гавриил не старался, а Злате было мало того, что он пытался ей дать. Девушка лишилась невинности и теперь желала испробовать в сексе все возможное. Они точно не пара друг другу. Зря только поддался соблазну. Ведь втянулся. Даже не хотел переключаться на Эллу, которую все равно пришлось пригласить хотя бы на ужин.

— Так что случилось? — спросила его любовница, когда они сидели в ее любимом французском ресторане.

— Ничего. Просто сделаем перерыв.

Он так решил. Пока в его постели Злата, Гавр не собирался ей изменять. Для него это слишком гадкие ощущения, которые не желал испытывать. И без того близость с собственной женой, которая постоянно протестует против его правил, дается ему непросто. Но и Элла будто не хотела все упрощать, не в этот раз.

— Это из-за твоей жены?

— А это важно? Я же не говорю, что мы расстаемся. Всего лишь перерыв.

— Прости, дорогой, но мы, женщины, такие — нам нужно знать правду, что именно происходит с мужчиной, даже если эта правда слишком горькая. Я просто хочу знать… ты теперь спишь с ней?

А вот такой допрос ему не нравился. Ведь появилось такое неприятное чувство, будто изменяет собственной любовнице.

— Не волнуйся, в этом нет ничего страшного, — поспешила успокоить его Элла. — Я все понимаю, она все-таки жена, пусть даже фиктивная. Просто скажи, так ли это.

— Да, — сказал правду.

На что Элла улыбнулась так, будто ей сложно далась эта мимика.

— Хорошо, — произнесла, отпивая вино из бокала. — Хотя, не совсем понимаю, как ты после этого собираешься с ней разводиться…

— Как и планировал.

Она снова улыбнулась, но уже более естественно.

— Я буду ждать своего господина столько, сколько захочешь.

Вот чем всегда привлекала его эта девушка — своей покорностью, сговорчивостью и умением удовлетворить любые мужские запросы. С ней всегда просто. Чего не сказать про Златославу, которая каждый раз пыталась сделать все по-своему. Ладно, он смирился с тем, что она может к нему прикасаться. Иногда для него это не так уж и сложно, если говорить о близких ему женщинах. А Злата — да уже почти родная.

Но визуальный контакт во время секса — зона его дискомфорта за красной чертой. Вчера вечером жена ее нарушила. И это был худший момент за последние дни. Ведь это как открыть душу постороннему человеку в тот момент, когда максимально уязвим. Это значит показать себя настоящего, свое второе я, этого вечно голодного демона похоти. Если он когда-нибудь и сможет представить его женщине, то лишь тогда, когда сам кому-то настолько довериться. В остальном же Гавр не видел смысла растрачиваться на посторонних, а тем более временных людей в его жизни. Та же Элла с ним всего лишь из-за денег. И, возможно, из-за каких-то перспектив, которые вполне может дождаться.

— Сегодня без ужина? — произнесла Злата, заходя в квартиру.

Чтобы не терять время, после встречи с Эллой Гавр взял такси и приехал сюда, заранее отправив своего водителя за молодой женой. За время ожидания он успел принять душ и переодеться. Все вполне удобно, как он любит.

— Голодна? Можем что-нибудь заказать. Неподалеку есть хороший ресторан.

— Нет, не надо. Я все равно дома перекусила.

Их вечер снова начался с музыки. И это нечто поистине потрясающее. Слушать живое звучание великих композиторов в исполнении Златы — настоящий дар. Он был готов за это платить, как платит, например, за секс свей любовнице. А Злата делала все это безвозмездно, просто для него. И это по-настоящему бесценно. Возможно, поэтому Гавриил был готов идти на новые уступки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— При условии, что мы оставим повязку, что ты хочешь попробовать сегодня?

Все еще сидя на стуле у пианино, Злата повернулась к нему и хитро улыбнулась, закусывая нижнюю губу.