Инструкция к сексу (не) прилагается (СИ) - Волкова Ольга

— Что ты здесь делаешь? — с подозрением уставилась на меня, прекрасно говоря по-русски. — Артём с тобой? — вновь обрушивает вопрос, не дожидаясь от меня ответа на первый. А потом начала лихорадочно осматриваться по всей зале, где стояло около дюжины столиков. Кажется, она нашла наш укромный уголок, потому что сжала губы в тонкую полоску и опустила напряженные руки. Все ее тело кричит, что девушка готова к взрыву.

— Какая тебе разница, что я тут делаю или Шацкий? — обращаю на себя внимание, принимая боевую стойку. Чувство ревности делает свое дело – окрыляет меня и сподвигает на напористость. Линда хохотнула, а потом оскалилась.

— Пал на первую попавшуюся дрянь, — с презрением говорит, оценивающе пройдясь по моей внешности. Я сжала руки в кулаки, готовая набросится на нее, но меня что-то останавливает. Точнее, голос Артема, который позвал меня.

— Василиса, — гортанный тембр отрезвляет мгновенно. Как он успел пересечь помещение так быстро, все еще не осмыслила. А потом он притягивает меня к себе – крепко и с нежностью. — Здравствуй, Линда, — без эмоционально произносит, и такой тон греет мое израненное сердце.

— Привет, дорогой, — как ни в чем не бывало воркует Фьюри. — Вот так встреча. Не ожидала, — цинично приподнимает свою идеальную бровь, переводя взгляд с Артема на меня и вновь возвращается к нему. — Ты получил приглашения?

О каких приглашениях идет речь, черт возьми? Искоса посматриваю на своего спутника, руки которого вдруг впились мне в бедра, будто предупреждают, чтобы я помалкивала.

— Конечно, — притворно радостно отвечает Боссыч, и намеренно целует меня в изгиб шеи. Линда побагровела. — Мы с Василисой будем на приеме, да, дорогая, — обращается ко мне, а в глазах паника. Я пару секунд всматривалась в карий взгляд, просящий меня подыграть ему. Делать нечего, значит, все это ради него и только. Вдохнув и вновь ощутив давление комка в горле, я растягиваю губы в «искренней» улыбке, кажется, она коснулась и моих глаз, выдавая за правдоподобие мои бушующие эмоции.

— Конечно, любимый, — слово далось мне тяжело, но в него вложила то, что хотелось бы сказать по-настоящему любимому человеку. Артем замер на мгновение, а потом нахмурился. Искал мой взгляд, но я уже отвернулась от него и уставилась на Фьюри. Девушка почувствовала себя неловко – ох, неужели, мы смутили ее своими нежностями? Это придало мне сил – осознание, что все сработало как надо. Она поверила в наше притяжение.

— Что ж, — прокашлялась Линда, переминаясь с ноги на ногу. — Мне пора. Рада была встретить вас. — Её взгляд цепляется за Артема, словно запоминает его таким, каким он выглядит сейчас, и я сама немного поворачиваю голову. Шацкий холоден к девушке, но стоило глянуть на меня, и он менялся – становился теплым. Нутром чувствовала, что не безразлична, только мужчина боролся сам с собой.

— Всего доброго, — не глядя, отвечает ей, а потом берет меня под локоть и уводит с места стычки с его бывшей.

Я молчала. Долго. Не могла произнести ни слова. Смотрела куда угодно, только не на босса. Официант принес наш ужин: кусочки золотисто-обжаренного мяса привлекали мой аппетит. В желудке заурчало, напоминая мне об инциденте в уборной. Чтобы хоть как-то занять себя, приступила к еде. Артем же не притронулся к своей тарелке. Он буквально гипнотизировал меня, ожидая, когда моя личная спичка вспыхнет пламенем.

— Почему ты не ужинаешь? — задаю вопрос, продолжая насаживать на вилку кусочек мяса со спаржей.

— Это было не специально, — глухим тоном голоса проговаривает, и я поднимаю на него свой взгляд. Убрав локон волос за ухо, я оставила попытки доесть ужин до конца, потому как вновь ощутила тяжесть в желудке. Промокнув рот салфеткой, отставила от себя столовые приборы.

— Не нужно объясняться, — прерываю Артема. Но мужчина взмахивает рукой, чтобы я выслушала его.

— Знаю, не честно с моей стороны, втягивать тебя в свои разборки. Но, Вась, дело даже не в том, что Линда ранила меня, — Артем цыкает, а потом облокачивается о столик, приблизившись ко мне. — Она поступила, как последняя дрянь. Вместо того, чтобы войти в мое положение, Фьюри заменила себе игрушку. Понимаешь?

— В чем-то да, — нехотя соглашаюсь. — И все-таки, — мне неловко отчитывать Шацкого, но я набралась смелости. — Пусть у нас просто секс, Тём, но ты не должен использовать меня, как она тебя. Мне больно, — сглатываю, а на глазах проступают слезы: от обиды, от злости, от того, что я люблю этого нахала, которому все равно до моих чувств. Но я влюбилась, и мне с этим жить. Отворачиваюсь в сторону, чтобы Артем не заметил моего проявления чувств к нему. Не хочу быть уязвимой, вновь обманутой.

Скулы на лице Шацкого заходили ходуном, а потом мужчина взял меня за руку, протянув свою через столик.

— Посмотри мне в глаза, — приказывает, но я не подчиняюсь. — Василиса, прошу по-хорошему, — голос таит угрозу. Все же встречаюсь с карим пламенем. — Не просто секс, — отрицательно качает головой, — по крайней мере не с моей стороны.

Его признание сбивает с толку, и я отдергиваю руку.

— Не играй со мной, Артем, это уже переходит все твои условия, — я срываюсь, и на нас обращают внимание рядом сидящие посетители. — Простите, — мило улыбаюсь, перебарывая в себе рвущийся на свободу крик отчаяния. Безысходности. Но выход только один – сбежать прямо сейчас. Что, собственно, я делаю.

— Василиса! — крикнул Шацкий, бросаясь следом, но к нему подбегает официант, испугавшийся, что клиент не расплатится. Такой поворот только на руку мне, потому как выбежав на улицу, прохладный лондонский ветер ударил в лицо. Я мгновенно промерзла. Спешащие по делам люди не обращали на меня никакого внимание. Они привыкли видеть посетителей этого ресторанчика, ведь с виду я просто вышла подышать. В любую минуту меня нагонит Артем, но мне хотелось немного уединиться. Подумать. Сказать боссу о своих чувствах к нему, или скрыть до приезда домой, а там расставить по полочкам наши недоотношения. Я шла вдоль тротуара, обняв саму себя. И вдыхая глотками свежий воздух, в голове понемногу прояснилось. Я должна сказать! – решила про себя, и резко затормозила, и в эту секунду почувствовала на своей талии теплые мужские ладони, а спиной - твердую грудь. Ни с кем не спутаю – это Артем, прикосновения которого я буду помнить всегда.

— Далеко собралась? — томно спрашивает, целуя мою шею и поднимаясь выше. Закрыв глаза, отдалась мгновению и забвению. — Ждал, когда обернешься, но так даже лучше, — нашептывает, прерываясь в поцелуях.

— Тём, — прочищаю горло. От вспыхнувшего желания, которое возрождается рядом с мужчиной, начинаю вновь уплывать в мир грез и фантазий, но мне нужно признаться, иначе потом струшу. Я оборачиваюсь в его объятиях, и он прижимает меня к себе. — Мне кажется, я влюбилась, — произношу шёпотом, боясь поднять взгляд, но все же поднимаю. Артем непоколебим.    

Глава 24

Я замер. В какой-то момент Василиса лишила меня дара речи, и ее признание выбило мой дух из тела. Я наблюдал со стороны за парой, которая обнималась посреди городской улицы. Все остановилось: идущие по своим делам пешеходы, машины, звуки, даже листья на деревьях прекратили шелестеть. Время словно перестало существовать для меня, и я не знал, что сказать этой девушке. Сколько прошло минут или секунд, но постепенно я снова вернулся в свое тело, и увидел, что Василиса смутилась. Она отвела взгляд в сторону. Черт! Прочистив горло, я поддел указательным пальцем ее подбородок и приподнял лицо на уровне с моими глазами.

— Василиса, — произношу ее имя, лаская каждую букву. Она покраснела, румянец с легкостью выдал ее волнение. — Я ценю твою искренность, — начинаю, а у самого в горле вдруг ком образовался. Ненавижу себя за то, что сейчас скажу этой прекрасной девушке, — знаю, все случилось спонтанно, и мы оба попались в капкан страсти. Но все это мимолетное, понимаешь?

Василиса отпрянула, будто я ей дал пощечину. Девушка посмотрела на меня сокрушительным взглядом. И пусть. Лучше сейчас расставить все по местам, чем после она не сможет собрать свое сердце, как и я. Боюсь, что рана, которая все еще кровоточит из-за предательства Фьюри, не затянется до тех пор, пока в голове будут мысли о мести этой девушке. И обнадеживать Прекрасную на взаимные чувства с моей стороны станет неправильным поступком. Лучше нам обоим спуститься с небес на землю. Наше притяжение сыграло в злую шутку между нами. Даже сейчас, когда она все еще в моих руках, не желаю отпускать, но и продлить это ощущение не в силах, иначе сорвусь и буду умолять об обратном.