Я тебя не помню (СИ) - Асхадова Амина

Данияр, разумеется, соглашается. Когда Владимир отправляет за нами своих людей, Данияр понемногу начинает раздражаться. Перед уходом я забегаю к Мире, чтобы удостовериться, что она во мне не нуждается, и только после этого ухожу с Данияром.

– Разве я когда-то делал тебе плохо? – недовольно уточняет и берет меня за руку сразу, как только мы покидаем квартиру.

– Не уверена, что ты хочешь слышать ответ, – я вздохнула, испытывая противоречивые чувства, когда крепкая ладонь Данияра соприкасается с моей.

На улице весна.

Год назад мы были счастливы с Данияром, за моей спиной не было влиятельного отца и я, кажется, идеально подходила на роль жены по запросам Данияра. Но теперь мы круто поменялись, как и наша жизнь.

– Что с Алиной? – задаю интересующий вопрос, нарушая тишину.

– Жива, это главное.

Данияр был скуп на эмоции, и я поняла, что поступок Алины навсегда испортил отношения между ним и сестрой. Вспомнив хладнокровного и занятого друга Эльмана, я поежилась. Несмотря на ее поступок, в душе возникла жалость к ней, Алине точно требовалась помощь.

– Алина просила Эльмана спрятать ее от Назара, – вспоминаю я.

– Это было глупо. В первую очередь Назар искал там, – пояснил Дан, и я кивнула. – Я знаю про ее влюбленность. Давай закроем тему Алины.

– Как скажешь.

– Мне хватило безучастного отца, который преклонялся перед Назаром, и хватило безропотной матери, чтобы еще терпеть поступки сестры, – гневается Данияр, ускоряя шаг. Я едва поспеваю за ним, Дан это замечает и сбавляет шаг.

Мы довольно быстро добрались до ресторана, здесь были укромные столики и ничего не мешало нам хорошо и разумно провести время. Нас уже ждали, поэтому сразу проводили к одному из лучших мест, здесь было тихо, а столик был закрыт от чужих глаз ширмой.

– Ты одиночка, – заметила я, задавая волнующий вопрос. – Почему твой отец так равнодушен к тебе?

Было видно: для мужа это больная тема.

Муж… пока еще.

– Отец не хотел вставать во главе семьи, не хотел заменять Назара и полностью потерял право голоса. И тогда. как видишь, надежды Назара обрушились на любимого внука. Поэтому он избавился от старшего. От Саши.

Я кивнула, а Данияр не спускал с меня глаз.

Следил за реакцией, я сразу поняла.

Вот только при имени Саши у меня не возникло никаких эмоций, кроме горечи. Горечи из-за крупного обмана. Возможно, появись Владимир в моей жизни раньше, я бы устроила Назара в роли невесты Данияра, и той весны просто бы не было. Не было бы боли, горечных воспоминаний и измен, и Данияру не пришлось бы собирать нас по кусочкам, переступая через себя.

– Я ничего к нему не чувствую, – сказала я. – Все ушло, потому что этого не существовало. Мне заменили воспоминания, но не создали их.

Данияр ничего не ответил, но огонек удовлетворенности в его взгляде промелькнул. Кажется, он целую вечность, не меньше, будет ревновать меня к Саше…

Это было неприятно. Мне бы хотелось выбросить из памяти нашу с Сашей короткую жизнь.

Я заказала себе освежающий лимонад с гранатом и базиликом и пасту с курицей, Данияр заказал то же самое.

– Считаю, мы идеально подходим друг другу, – заявил Данияр, отдавая меню официанту и смотря лишь на меня.

– А мне кажется, что сейчас мы чужие друг другу люди с общим ребенком на руках, которым надо решить, что делать дальше.

– Я так не считаю.

Я делаю глубокий вдох и отвожу взгляд в сторону.

Невозможно. И я ведь помнила, какой он бывает упертый.

– Мой отец сделал такое с Назаром, что это невозможно забыть, – цепляюсь за предлог, пытаясь возвести стену между мной и Данияром.

– Это будет касаться только меня и Владимира. Не ты положила взрывчатку в дом Назара, – безапелляционно отвечает Данияр.

– Ты будешь ему мстить?

– Не жди теплых отношений между нами, родная, – прямо ответил Дан.

Мои пальцы мелко подрагивают, когда его тяжелая рука опускается на мою. Палец Данияра медленно скользит по моему обручальному кольцу.

Немного задержав дыхание, уточняю:

– Я так понимаю, что о разводе говорить бессмысленно?

– Абсолютно.

– Тяжело, – выдыхаю, пряча ладони со стола и, тем самым, пряча их от Данияра. – Такая мясорубка была, Данияр, что забыть невозможно.

Прикусываю себе язык. Вообще-то возможно, только разве это сделало меня более счастливой?

Очень вовремя приходит официант и приносит нам напитки, чуть позже – еду. Я большими глотками пью лимонад со льдом и чувствую приятный холодок, гуляющий по телу. Владимир был прав – это действительно вкусный ресторан.

С удовольствием пообедав, я допиваю лимонад и прошу счет.

Выглядит абсурдным, но мне удается заплатить за себя самостоятельно. У Данияра сверкают глаза, ему это, разумеется, не нравится, но я оперативно прикладываю карту к аппарату. Надеюсь, что скоро я также буду расплачиваться своими деньгами, а не деньгами Владимира. Иначе быть не должно.

– Говори, что хочешь. Я уступлю. Ты тоже.

Данияр не спрашивает – утверждает. Он уступит немного, я – много. Вот его идеал семьи.

– Я хочу побыть с тобой в формате нечастых свиданий, – говорю, совсем не раздумывая и наблюдая за реакцией Данияра.

– Чего? – Данияр хмурится, сжимает челюсти. Но прислушивается. Не факт, что одобрит, но идет на контакт.

– Я поживу в квартире Владимира. В это время мы с тобой будем ходить на свидания, если ты хочешь. Примерно два раза в неделю, не чаще. В эти дни ты как раз будешь приезжать и видеть Миру, а в остальные я смогу побыть одна и обо всем хорошо подумать.

Данияра выносит, я это вижу. А я говорю уверенно и не раздумывая, потому что думала об этом все последние ночи. Знала, что Данияр не отступит и искала точки обхода.

– Две недели, – жестко бросает Дан. – Не больше.

– Два месяца, – произношу на выдохе.

Вообще-то в своих планах я рисовала месяц, но нарочно беру срок больше, чтобы в итоге сошлись на задуманном. Это как выпрашивать скидку у продавца, у меня были точно такие ассоциации.

– Месяц – край, – хрипло заявляет Данияр.

– Хорошо, – соглашаюсь, делая театральный вздох. – И я хочу работать. Постоянно. Я чувствую, что мне это необходимо.

– Нет.

– Владимир предложил командировочную работу, для этого нужно переехать в Москву, – продолжила я, несмотря на жесткое «нет». – Но я сообщу ему, что не буду уезжать из Петербурга, если ты уступишь мне в целом.

Данияр молча поднимается, берет меня за руку, и мы выходим из ресторана. Погода располагала, и мы двинулись по аллейке, возле которой находилось заведение.

– Прошлое показало мне, что я должна устойчиво стоять на ногах.

– Мире всего несколько месяцев, – недоволен Данияр.

– Да, поэтому в ближайшее время я буду лишь восстанавливать свои знания и погружаться в бизнес Владимира. Он хочет выйти на международную арену в конце года, у меня есть время для Миры.

Данияр соглашается не сразу. Отводит меня домой, поглядывает на часы. У него больше нет бизнеса, Данияр его продал и начинает свой путь с нуля. Но я была уверена, что людям с такой хваткой, как у Данияра все по плечу, и он быстро встанет на ноги.

– Два раза в неделю я забираю тебя из дома, – выносит вердикт Багров. – Вся эта ерунда длится ровно месяц. Из Санкт-Петербурга ты не уезжаешь.

С трудом, но я киваю. Месяц – уже неплохо, дальше посмотрим. Это были не все условия, но такому, как Данияр, лучше выдавать их дозировано, иначе такой мужчина не даст совсем ни капли свободы.

– Я поехал работать, – сообщает Дан.

– Хорошего дня, – киваю коротко, а затем замираю от его объятий. Данияр неторопливо сократил между нами дистанцию и оставил горячий след от поцелуя на щеке.

– Условия не трогать тебя не было, – произносит он на ухо. – Следующая встреча в пятницу, место выбираю я.

Сердце бешено стучало, когда я кивнула. Этот пункт нашего договора я, по своей глупости, упустила.

Я знала, что четыре недели пролетят очень быстро, и надеялась, что за этот короткий промежуток времени не возникнет никаких проблем...