Вечное Лето, Том II: Бессмертные Легенды (СИ) - Macrieve Catherine

– Последняя стадия синдрома Роттердама – кома, – шепчет Мишель. – Без медицинской поддержки она умрёт самое большее через несколько часов.

Снежок лавирует между нашими ногами и касается носом щеки Куинн, словно стараясь её пробудить.

– Я не понимаю, – медленно произносит Шон, – она говорила, что у неё есть ещё около шести месяцев…

– Портал, – сдавленно бормочет Грейс, – мы прошли через портал и потеряли шесть месяцев. Это могло всё ускорить, не так ли?

На периферии моего зрения появляется Укжааль, медленно бредущий в нашу сторону. Увидев, что заставило нас сгрудиться на мосту, он качает головой. Следом за ним идёт Серакса.

– Говорил же я, что увядание коснулось её, – печально произносит Укжааль. – Я скорблю с вами о вашей утрате, Катализирующие.

– Я не знала о её болезни, – вздыхает Серакса, и искреннее сочувствие в её голосе меня неожиданно отрезвляет. – Я так соболезную вам.

– Мы не можем просто так сдаться! – топает ногой Грейс. – Помните то растение с крыши «Небожителя», которое залечило руку Алистеру? Я взяла с собой связку листьев… где же…

Она роется в своём рюкзаке, но Мишель, накрыв её руку своей ладонью, качает головой.

– Листья вылечили рану. Здесь же нет никаких повреждений. Синдром Роттердама – генетическое заболевание.

К нам присоединяется Вэйрин, передвигающийся тихо, как кошка. Диего смотрит на него с надеждой.

– Вэйрин, пожалуйста. Ты можешь помочь нам?

Вэйрин обменивается взглядами с Укжаалем.

– Должно быть что-то, что мы можем сделать, – произносит он.

Укжааль опускает голову.

– Есть одна возможность, но все предыдущие вожди – включая вашу матушку – запретили даже искать этот путь…

Вэйрин проводит ладонью по лицу, и его взгляд обращается вниз, на пляж, где его подданные готовят тело Симаэдры к похоронам.

– Пожалуйста, – это шепчу я, и в наступившей тишине шёпот кажется громким, как крик, – я не могу потерять её. – Слёзы пеленой застилают глаза, мешая видеть выражение лица повернувшего ко мне голову Вэйрина. – Это не… Она слишком много значит для нас.

– Укжааль, – вздыхает Вэйрин, – расскажи всё, что знаешь, – шаман растерянно качает головой, и голос Вэйрина становится жёстким. – Я приказываю тебе, как твой вождь.

Укжааль смиренно склоняет голову, прежде чем заговорить.

– Существуют легенды о кристалле, содержащем в себе колоссальную жизненную энергию. Говорили, что этот кристалл находится где-то в древе Элистель… Наши предки называли его «Сердцем острова». Именно благодаря этому кристаллу древо Элистель столь огромно. Говорили, что прикосновение кристалла возвращает к жизни то, в чём жизнь угасает…

– Так что, мы находим этот супер-кристалл или что там он такое – даём его Куинн, и всё хорошо? – уточняет Крэйг. – Как два пальца…

Серакса печально качает головой.

– Сердце острова слишком сильное, чтобы его использовать. Легенды предостерегают нас от поисков, – тихо говорит Серакса.

– Боюсь, Серакса права, – кивает Укжааль, – сила кристалла чересчур огромна, чтобы кто-то мог её обуздать. Помимо этого… Сердце существует вне этой реальности. Его может найти лишь кто-то, кто путешествует сквозь измерения.

– Да ты издеваешься, – со свистом выдыхает Зара.

– Поскольку вы – Катализирующие, – продолжает шаман, – вы можете войти в другое измерение. Но даже для вас это опасное путешествие.

– Мы не боимся опасностей, – трясёт головой Эстелла.

– Говори за себя, – бормочет себе под нос Диего.

– Я толкую не об опасности смерти, – качает головой Укжааль. – Но вы можете… потеряться в завесе бесконечности.

– Мы должны сделать это ради Куинн, – подаёт голос Лейла, и уж от кого, а от неё я этого меньше всего ожидала. – Это может оказаться её единственным шансом.

– Так хватит тогда уж болтать, – фыркает Крэйг. – Куда нам идти, чтобы найти эту штуковину?

Укжааль морщится.

– Нужно спуститься к корням древа. Путь лежит оттуда.

– Веди нас, Укжааль, – киваю я.

Шаман обречённо двигается в сторону ступеней, и мы все следуем за ним. Напоследок я оборачиваюсь на неподвижную Куинн, и мысль о том, чтобы оставить её вот так пугает сильнее всего, что нам предстоит. Вэйрин ободряюще улыбается мне, и я слышу в своей голове его обещание не оставлять нашу подругу ни на секунду. Я с благодарностью слабо возвращаю улыбку.

Мы следуем за шаманом вниз и у корней дерева ныряем в тёмный туннель. В слабом освещении на стенах чудится что-то потустороннее. Мы идём вперёд по лабиринту коридоров так долго, что Алистер в конце концов не выдерживает:

– Укжааль, долго ещё? Ты вообще уверен в том, что знаешь дорогу?

– Терпение! – откликается шаман. – Мы почти… пришли!

Укжааль указывает своим крючковатым посохом куда-то вперёд. Туннель заканчивается массивным переплетением толстых корней, преграждающим дальнейший путь. Из дерева сочатся какие-то серебристые капельки, стекая вниз и образуя небольшую лужицу прямо под корнями.

– Это выглядит не очень-то весело, – бормочет Крэйг. – У вас дерево подтекает, ребят.

– Напротив, – усмехается Укжааль, – дерево совершенно здорово. Вам нужно испить этого сока, что составляет основу жизни Элистель. Это поможет преодолеть границу миров, увидеть то, что скрыто нашим измерением от глаз…

– Звучит любопытно, – усмехается Радж.

– Так, погоди, я правильно понял? – рука Джейка сжимает мою. – Мы должны выпить какую-то фигню, от которой все, типа, впадём в транс или что-то такое?

– Сердце острова спрятано в междумирье, – терпеливо поясняет Укжааль, – а этот сок позволит вам оказаться именно там. Известны ли тебе другие способы сместить границы между измерениями, Lupus?

Джейк качает головой.

– Нет, но…

Я осторожно провожу пальцем по его запястью, чтобы предотвратить дальнейшие возражения. Что бы там ни было, другого пути спасти Куинн никто пока не предложил, а споры могут украсть у нас драгоценное время.

Снежок подходит к луже и подозрительно принюхивается к её содержимому.

– Укжааль, а ты сам это пил? – отрешённо любопытствую я, наблюдая, как Снежок фыркает и пятится назад.

– Разумеется, но сок не действует на нас так, как должен, – кивает шаман. – Наши предки употребляли его постоянно, и именно это сделало нас такими, какие мы есть сейчас. Что касается вас, Катализирующие, то на вас всё должно сработать… Я надеюсь.

– Он надеется, – бормочет Джейк.

– Мари? Ты готова? – спрашивает Шон, пока остальные обращают ко мне взгляды. Неужели я должна решать за всех, насколько мы готовы к этому?

Я – нет, не готова. Но вслух произношу совсем другое.

– Конечно. Я… Я первая, хорошо?

Укжааль отстёгивает с пояса чашу и наполняет её соком. Я чувствую нервную дрожь, когда он протягивает мне сосуд, но долгие раздумья, я знаю, ни к чему хорошему не приведут – поэтому я делаю небольшой глоток серебристой жидкости и передаю чашу Джейку. И тут же моё горло обжигает послевкусие – горькое, острое и сладкое одновременно. Как будто я выпила водки с молоком, сахаром и перцем – хотя даже это мало было бы похоже на то, что я проглотила.

– Мерзко, да? – сочувственно спрашивает Диего, заметив моё выражение лица.

– Нет, просто… Это как будто всё и сразу, – качаю я головой.

Один за другим, все делают по глотку из чаши.

– Укжааль, разве мы не должны, я не знаю, что-то почувствовать? – в недоумении спрашиваю я.

Шаман мнётся, выражение его лица довольно растерянное.

– Возможно, нужно некоторое время? Легенды дают довольно размытую информацию, должен признать…

– Великолепно! И мы даже не знаем, что за яд только что выпили! – фыркает Мишель.

– Давайте вернёмся на поверхность, – вздыхает Укжааль, – я проверю древние тексты…

Мы выходим тем же путём, что пришли, и мне кажется, что в этот раз дорога занимает существенно меньше времени.

– Мы теряем время, – ворчит Зара, когда мы выбираемся наружу. – Мы нужны Куинн, чтобы…