Тупак Юпанки - Я хочу летать

— Что там? — нетерпеливо спрашивает Снейп.

Гарри молча поднимает левую руку, и в его ладони Северус видит пластмассовую крышку от баночки с любрикантом. Крыша раздавлена, и её острый белый край испачкан чем-то красным. Немая сцена длится почти десять секунд. Наконец Гарри быстро забирается на кровать и без лишних слов поворачивает Северуса на бок. Потом тянется за палочкой, лежащей на тумбочке, и начинает бормотать заживляющее заклинание, но Северус быстро перехватывает его руку.

— Нет!

— Что «нет»?

— Что там?

— Осколок от крышки впился тебе в ногу.

— До крови?

— А сам-то как думаешь? Дай мне залечить рану.

— Не вздумай.

Северус подтягивается на руках, чтобы снова перевернуться на спину. Он с удовольствием наблюдает, как под его ногой расплывается красное пятно, пачкая серые простыни. Гарри покорно опускает палочку и разглядывает его колено с каким-то потерянным видом.

— Северус, это ведь…

— Я знаю, — быстро шепчет Снейп, прикрывая глаза. — Знаю.

Гарри машинально кладёт руку на худую ногу и начинает водить по ней ладонью взад и вперёд.

— Что ты чувствуешь?

— Сейчас — ничего. Но я чувствую… Чувствую… — Северус хмурится, стараясь подобрать нужное слово. — Как будто что-то мешается под коленом.

— Там рана глубокая.

— Знаю. Но я её чувствую. Я чувствую. Чувствую…

Северус переводит взгляд на Поттера, и Гарри отмечает, что в его глазах опять появился безумный блеск, который он видел вчера на поляне.

— Значит, это… — начинает Гарри, но Северус его перебивает:

— Достань из тумбочки возле камина серебряный нож.

— Зачем? — хмурится Гарри.

— Делай, что говорю! — рычит Снейп, и Гарри покорно выполняет приказ: поднимается с кровати, подходит к камину, достаёт нож и возвращается к Северусу.

— И что теперь?

— Порежь меня.

— Что?! — Гарри думает, что ослышался. — Ты с ума сошёл?

— Порежь от колена и выше. Быстрее.

— Северус, ты… — Гарри вздыхает и качает головой, а потом произносит обречённым голосом: — Ты в своём уме?

Северус поджимает губы и тоже вздыхает. Он с трудом сдерживает себя, чтобы не сорваться на крик.

— Неужели. Это. Так. Сложно? — цедит он сквозь зубы.

— Да, это совсем легко, — язвит в ответ Гарри. — Но есть же… Есть же другой способ проверить. Если использовать колющее заклинание…

— Ты!.. — начинает Снейп, но вовремя осекается, чуть не выплюнув: «Тупой мальчишка». — Как ты не понимаешь? Я не почувствую укола.

— Но надо хотя бы попробовать…

— Мне надоело пробовать! — кричит Северус так, что Гарри невольно вздрагивает и отшатывается. — Я хочу знать наверняка!

— Да ты ведь…

Северус больше не в состоянии выносить этот тон, полный сомнений, и этот взгляд Гарри, смотрящего на него, как на сумасшедшего. Он рычит: «Дай мне чёртово лезвие!» — и делает резкий рывок вперёд, чтобы выхватить нож. Но реакция ловца срабатывает быстрее. Гарри отклоняется назад и перехватывает свободной рукой жилистое запястье, тянущееся к ножу.

— Да успокойся ты! — кричит Гарри, отталкивая от себя руку Северуса. — Неужели ты думаешь, что… — начинает он уже спокойно, но тут же умолкает, случайно бросив взгляд на ноги Снейпа. Только сейчас, при свете дня, он замечает, что вся кожа от коленей и выше покрыта старыми шрамами, которым, по их виду, уже несколько лет. — Ты уже резал себя? — изумлённо выдыхает Гарри. — Зачем?

— Чтобы проверить, где заканчивается чувствительность, — нехотя отзывается Северус.

— И… И где? — неуверенно спрашивает Гарри.

Северус чётким уверенным движением молча проводит большим пальцем поперёк ног, чуть выше середины бедра, вычерчивая невидимую линию. И выглядит это так, словно он отрезает себе ноги. Гарри невольно вздрагивает.

— Почему ты не свёл шрамы? — удивлённо спрашивает он.

Снейп дёргано пожимает плечами.

— Зачем? Это не имеет значения.

— Да, но…

— Гарри! — перебивает Северус. — Пожалуйста, сделай то, о чём я прошу.

Гарри вздыхает, понимая, что перевести разговор на другую тему всё равно не получится. А измученный голос Снейпа заставляет сердце сжаться от боли. В его голосе столько мольбы и обречённости, что Гарри решает сдаться, полагая, что Северусу это не слишком навредит, а спорить с ним просто бесполезно, раз он так уверен в собственной правоте.

— И всё-таки это не самый лучший способ проверить, — тихо бормочет Гарри.

— Черт побери, ты… — снова начинает заводиться Северус.

— Ладно, ладно. Я сделаю это, — примирительно соглашается Гарри, и Северус сразу успокаивается. Гарри делает очередной тяжёлый вздох. — Как?

— Я же сказал: от колена и выше. До крови, но не очень глубоко.

Гарри поджимает губы и неуверенно подносит нож к ноге Снейпа. Ему вовсе не хочется резать Северуса, но где-то в глубине души он прекрасно понимает, как важно сейчас тому проверить, насколько вернулась чувствительность, пусть даже таким варварским способом. Он ещё раз вздыхает и прижимает лезвие к бледной коже.

— Ну? — торопит Снейп.

Гарри надавливает на рукоять ножа, и клинок плавно входит в кожу, на которой тут же появляются крупные капли крови. Гарри бросает осторожный взгляд на Северуса, но тот не отрываясь смотрит на свою ногу.

— Ничего? — спрашивает Гарри, хотя по напряжённому лицу Снейпа и так всё понятно. Северус качает головой.

Гарри осторожно начинает двигать ножом вверх, удлиняя рану, но лицо Снейпа остаётся каменным. И только когда лезвие доходит до самого нижнего шрама, Северус вздрагивает, и Гарри тут же убирает нож. Он наблюдает, как Северус молча разглядывает свою ногу и задумчиво водит указательным пальцем по небольшому участку кожи.

— Два дюйма, — навскидку определяет Гарри.

Северус молча кивает, и его руки начинают дрожать, а дыхание учащается. Гарри перехватывает напряжённое запястье и переплетает свои пальцы с подрагивающими пальцами Снейпа. А другой рукой сам дотрагивается до заветного участка кожи.

— Чувствуешь?

Северус качает головой, и на его лице появляется измученное выражение.

— А так? — Гарри слегка натягивает кожу, чтобы ущипнуть.

Северус склоняет голову, словно прислушиваясь к ощущениям тела, и хмурится. Гарри повторяет манёвр, только щиплет уже сильнее. Северус шумно выдыхает и блаженно прикрывает глаза. Гарри улыбается.

— Просто под коленом кожа нежнее. Наверное, поэтому чувствительность там возвращается быстрее.