Александра Соколова - Мы разминулись на целую жизнь.

– Мы не занимаемся сексом только потому, что ТЫ этого не хочешь, – Инна больше не кричала. Её голос звучал тихо и оглушающее, – Претензии о фигуре тоже можешь оставить при себе. Она ТЕБЯ не устраивает, а не меня.

– Потому что я хочу быть красивой!

– Еще раз говорю: не надо было рожать. Говорят, аборты нынче делают за пару часов и совершенно безболезненно.

Пока Лиза ошеломленно хлопала глазами, Инна успела выйти из кухни, аккуратно прикрыть за собой дверь и уйти в гостиную.

В эту ночь они спали раздельно.

Когда Лёка вернулась домой, Женя уже спала. Лежала в кровати, одетая в любимую ночную рубашку и укрытая теплым одеялом. Никогда до этого Лёка не видела, как спят, улыбаясь. Она присела на краешек кровати и аккуратно убрала прядку волос, упавшую на Женину щеку.

– Мелкая-мелкая… – прошептала со вздохом. – Что ж мне теперь с тобой делать-то…

– Может быть, дать мне поспать? – улыбка стала шире, распахнулись глаза, и Лёка чуть с кровати не упала от неожиданности.

– Я думала, ты спишь, – возмутилась она, – Это я тебя разбудила?

– Угу, – Женю снова неудержимо затягивало в сон. Она зевнула и укуталась в одеяло, – Ты собираешься ложиться, или как?

– Давай поговорим, а? – смущенно попросила Лёка. – Кофе попьем, или еще что…

– Лен, я спать хочу. Давай завтра?

– Ну пожалуйста…

Лёка даже сама не знала, почему ей так важно поговорить с Женей именно сегодня. Она чувствовала зачатки собственного унижения, но не могла остановиться.

– Ладно, – Женя со вздохом повиновалась. Она вылезла из-под одеяла, и потянулась за халатом, – Завари чаю тогда, что ли.

Лёку как ветром сдуло. Радуясь и приплясывая, она согрела чайник, вынула из холодильника остатки вчерашнего кекса, и даже блюдца на стол поставила. Женя появилась на кухне, когда чай уже был заварен и разлит по чашкам. Её лицо было влажным, а на халате заметны были мокрые пятна.

– Ты мылась в одежде? – съехидничала Лёка.

– Промахнулась с душем немножко, – Женя зевнула и присела за стол, – Предупреждаю сразу, максимум через час я засну прямо здесь: сидя, стоя или лежа – в любом положении. Поэтому давай рассказывай, что ты хотела рассказать?

– Ну… – Лёка замялась. – Я хотела обсудить нашу дальнейшую жизнь.

– Хочешь сказать, что уже нашла квартиру? – Женя так откровенно обрадовалась, что Лёке стало грустно и тревожно.

– Нет, – медленно ответила она, – Я её… Не ищу.

– Почему?

– Я хочу жить с тобой вместе. Жень, подумай сама – нам же очень хорошо вдвоем! Почему мы должны разъезжаться?

Женя не ответила. Она молча пила чай и лукаво смотрела на Лёку. Пауза затягивалась.

– А… – догадалась, наконец, Лена. – Ты опять будешь говорить, что я сама принимаю решения, и на твое мнение мне плевать? Но я же советуюсь…

– Мне казалось, мы обо всем договорились, – улыбнулась Женя.

– Но мы можем изменить решение, правда? Мелкая, неужели ты не хочешь жить со мной?

– Нет.

Бабах. Лёка вздрогнула, как от удара, судорожно сглотнула и уставилась в стол. Она почувствовала, что по сердцу разливается боль. Надо же, как давно она такого не чувствовала…

– Леночка, я не хочу жить с тобой или с кем-либо еще, – уточнила Женя, – Я хочу жить одна.

– Почему? Я тебя недостойна, да? Или ты… больше меня не любишь?

– Я не умею тебя не любить. Но любить и доверять – это разные вещи. Извини, малыш…

– А эти недели? Мы же жили вместе! – Лёка чувствовала себя так, будто её взяли за макушку и заставляют крутить головой в разные стороны. Её затошнило. – Я гожусь только на то, чтобы со мной спать, да?

– Ты любишь меня? – Женя перестала улыбаться и заглянула прямо в глубокие синие глаза.

Лёка замялась. На секунду ей показалось, что Женя умеет читать мысли.

– Не любишь, – резюмировала та после продолжительного молчания, – Тогда чего ж ты хочешь, милая?

– Я хочу быть с тобой, – упрямо повторила Лёка.

– А кто тебе запрещает? – удивилась Женя. – Мы можем встречаться, можем проводить вместе время, но жить я буду одна.

– Да почему же? – она не понимала. Никак не могла понять.

– Где ты провела сегодняшний вечер? – не ответив, спросила Женя. – Только не ври, скажи правду.

Времени на раздумья не было. Солгать? Но ведь почувствует же… Сказать правду? Не поймет…

– В спорт-баре, – ответила Лёка, – Смотрела футбол.

– Одна?

– Да.

Женя вздохнула, покачала головой и одним глотком допила чай. Её лицо по-прежнему оставалось спокойным и отстраненным.

– Идем спать, Леночка, – устало сказала она, – Я больше не хочу разговаривать.

И она действительно ушла. Лёка не стала её останавливать – проводила взглядом, потерла ладонью неожиданно вспыхнувшую щеку и вдруг почувствовала под пальцами влагу.

Не поверив, кинулась в ванную, к зеркалу. Да, слёзы… Надо же!

Она давным-давно разучилась плакать, а тут – смотри ж ты! – смогла. Ах, если бы сейчас уткнуться в теплое плечо и порыдать – долго, со всхлипами и потоками соленой воды из глаз.

– Сашка, – тихо попросила Лёка, поднимая глаза вверх, – Подскажи, что мне делать? Я не хочу больше быть одна, я боюсь. А Женька меня не хочет… Как мне убедить её? Она мне не верит, и никогда уже не поверит. Но я не могу одна! Мне страшно… И с людьми страшно тоже – вдруг опять сорвусь и натворю что-нибудь? Саш… Поговори там с кем-нибудь главным, а? Попроси, чтобы меня забрали отсюда… Я к тебе хочу, не хочу тут больше.

Слёзы лились уже не прекращаясь. Лёка как ребенок утиралась рукавом рубашки и боялась посмотреть на себя в зеркало. Ей было почему-то тепло и спокойно.

Ну и запах! Наверное, только дети могут чувствовать себя нормально рядом с цветущим Таганрогским заливом. Во всяком случае, Даше специфический воздух никак не мешал – она сосредоточенно ковырялась в песочнице, наполняя маленькое ведерко песком и тут же высыпая его назад.

Кроме Инны вокруг сидело всего две мамаши. Одна вязала, а вторая с кем-то тихо разговаривала по мобильному телефону. Их малыши тоже расползлись по песочнице и что-то активно искали.

Что же случилось? В какой момент всё пошло не так? Инна точно знала, в какой – в тот, когда Елена вернулась в Таганрог. Но почему? Почему?

– Мама, дай коробочку! – закричала Даша из песочницы. Инна встрепенулась и достала из сумки упаковку для готовых обедов – с недавних пор это незамысловатое приспособление стало любимой дочкиной игрушкой.

– Даш, – сказала она, останавливаясь на краю песочницы, – Ты хотя бы головой в песок не лезь, ладно?

Просьба была необычной, но, к сожалению, актуальной: не далее чем недели две назад Даша действительно осуществила номер «ныряние в песочницу», после чего им пришлось посетить ЛОРа для того, чтобы вымыть весь песок из девочкиных ушей.