Донасьен Альфонс Франсуа де Сад - Жюльетта

Почти в ту же самую минуту на столе появился великолепный обед.

– Вы обещали нам назавтра хорошее развлечение, – сказала Клервиль, когда мы приступили к десерту. – А как насчет сегодняшнего дня? Мне кажется, среди ваших лакеев есть три-четыре сильных жеребчика.

– Вы хотите испытать их на выносливость?

– Почему бы и нет? А что ты скажешь, Жюльетта?

– Нет, – покачала я головой, озабоченная неясной ещё мыслью, которая не выходила у меня из головы и которая была чём-то вроде предостережения, – нет, я, пожалуй, выпью рюмку вина и побеседую с мадам Дюран. Кроме того, у меня менструация, и я чувствую себя не совсем хорошо.

– Раньше я что-то не замечала, чтобы ты отказалась от мужского органа, – сказала Клервиль, и на краткий миг в ее лице промелькнула тень озабоченности, причину которой я тогда не поняла. – Ну пойдем, мой ангел, – продолжала она, снова посветлев, – если не сможешь совокупляться спереди, подставишь задницу. Пойдем, составь мне компанию: ты же знаешь, что я могу вкусить настоящее удовольствие только вместе с тобой.

– Нет, – повторила я, все ещё оставаясь во власти нехорошего предчувствия, – у меня нет никакого настроения... Я просто хочу посидеть и поболтать.

Клервиль направилась к двери, которую ей указала Дюран, и перед тем, как открыть ее – я это отчетливо увидела через зеркало, – она сделала колдунье предостерегающий знак, который я истолковала как призыв к молчанию. Дверь за ней закрылась, и мы остались вдвоем с Дюран.

– Ах, Жюльетта, – начала эта женщина, как только Клервиль ушла, – благодари свою счастливую звезду за те чувства, которые ты мне внушаешь. Обещаю тебе, моя прелесть, – продолжала она, обнимая меня, – что ты не будешь жертвой этого чудовища... Ты лучше ее во всех отношениях, ты будешь вовремя предупреждена и спасешь свою жизнь.

– Что такое вы говорите, сударыня! Так вы напугаете меня до смерти.

– Слушай меня внимательно, Жюльетта, а выслушав, держи при себе. Этот остров в Далмации... Эта принцесса Кристина и эта поездка – все это подстроено для того, милая девочка, чтобы погубить тебя. Эту ловушку приготовила тебе женщина, которую ты считаешь своей лучшей подругой.

– Клервиль!

– Она замыслила убить тебя. Она жаждет получить твоё богатство; у неё в кармане лежит бумага, документ, в котором вы называете друг друга единственной наследницей. И ты будешь убита, как только вступишь в права наследства...

– Ах, исчадие ада! – только и сумела вымолвить я, задыхаясь от бешенства и страха.

– Спокойно, Жюльетта, любое неосторожное слово – и участь твоя решена; сиди тихо и слушай меня. Корабль, на котором мы должны отплыть, утонет, мы спасемся, а ты погибнешь... Но пока не поздно, ты можешь отомстить; возьми этот пакетик, в нем мгновенный яд, самый сильный из моих запасов. Проглотив хоть каплю, она тут же замёртво упадет к твоим ногам, будто пораженная молнией. За эту услугу я ничего от тебя не потребую, так как мною движет сильная любовь к тебе.

– О, благодетельница! – растрогалась я, и слезы брызнули из моих глаз. – Вы спасаете меня от самой страшной опасности! Но во всем этом ещё много непонятного. Как вы оказались в Анконе? Как нашла вас Клервиль?

– Я следовала за вами по пятам с момента вашего отъезда из Неаполя, где я покупала яды. Там и встретила меня Клервиль и изложила свой план; в Лоретто я опередила вас и приехала в Анкону раньше, чтобы подготовить почву для этого предприятия; но я согласилась лишь потому, что страстно хотела спасти тебе жизнь. Если бы я отказалась, Клервиль нашла бы другой способ, и мы бы с тобой сейчас не беседовали.

– Но если Клервиль задумала от меня избавиться, почему она так долго ждала?

– Главный документ ещё не был готов, твои деньги ещё не попали в банк, и до отъезда из Рима она ничего не могла предпринять; кроме того, она знала, что следующая ваша остановка по пути из столицы будет только в Лоретто. Поэтому она велела мне подготовить все к послезавтрашнему дню.

– Бесчестная предательница! А я так искренне любила ее, так доверчиво отдала свою судьбу в ее руки!

– Она самая коварная и жестокая из людей, – согласилась Дюран, – не доверяй ей ни при каких обстоятельствах. Именно в тот момент, когда ты меньше всего опасаешься ее, она бывает всего опаснее. Но, чу! Я слышу шаги. Кажется, она возвращается; учти, что эта наша беседа очень не понравится ей. А сейчас соберись и будь начеку. И дай Бог тебе удачи.

Клервиль и вправду вернулась расстроенная; настоящего удовольствия она так и не получила: у обоих предложенных ей лакеев эрекции хватило ненадолго. Помимо того, она привыкла наслаждаться только при активном участии любимой Жюльетты.

– Я бы наверняка испытала хороший оргазм, если бы ты была рядом, – с упреком добавила она, – даже если бы ты только мастурбировала.

– Мы сделаем это нынче вечером, – сказала я, постаравшись как можно лучше скрыть свои истинные чувства. – Непременно нынче вечером. А сейчас, дорогая, меня не соблазнил бы сам Адонис.

– Ну хорошо, – согласилась она, – пойдем в гостиницу. Мне тоже что-то не по себе, и я не прочь лечь пораньше. До свидания, Дюран, увидимся завтра. Не забудь приготовить музыкантов, добрую пищу, а главное – надежных самцов: без этого наше плавание по морю будет невыносимо скучным.

– Странная всё-таки эта Дюран, – начала Клервиль, когда мы пришли к себе, – с ней надо быть очень осторожной, моя драгоценная. Если бы я не была так тебе предана... Поверишь ли, Жюльетта, когда ты отлучилась на несколько минут в туалет, злодейка предложила мне отравить тебя за две тысячи луидоров?

Это громоподобное известие не вывело меня из равновесия: я увидела в нем коварную игру Клервиль. Тем не менее я сделала удивленное и встревоженное лицо.

– Великий Боже, – сказала я, – это не женщина, а чудовище! Теперь я понимаю, почему она внушала мне какое-то беспокойство, пока мы с ней разговаривали.

– Твой инстинкт тебя не подвел. Да, она решила убить тебя, Жюльетта. Просто так, потому что ее забавляла мысль о твоей смерти.

– Но послушай-ка, – я в упор посмотрела на Клервиль, – может быть, она решила нанести удар во время поездки на остров...

– Нет, – ответила, не моргнув глазом, моя подруга, – она собиралась это сделать сегодня вечером, за ужином, вот почему я так рано утащила тебя домой.

– И всё-таки меня тревожит эта поездка. Ты уверена, что там не произойдет ничего страшного?

– Абсолютно ничего: я ее переубедила и ручаюсь, что она уже забыла об этом. Однако пора бы поужинать.

Слуги накрыли стол, и я приняла решение. Россказням Клервиль верить невозможно, думала я, к тому же признания Дюран показались мне такими искренними, исполненными самого живого участия... В первое же блюдо Клервиль я незаметно высыпала порошок, который заранее спрятала между пальцев; она взяла в рот кусочек, проглотила его, сползла со стула и, испустив один-единственный стон, свалилась на пол.