Устранение (ЛП) - Ив Джеймин

— Хм… На самом деле это довольно тревожно, — говорю я. Я стараюсь не смотреть слишком долго на их клювы, поскольку они, похоже, воспринимают меня как большой пакет с кровью.

Роман смеётся, чувствуя себя как дома среди всех этих кровожадных животных. Хотя, по сравнению с демонами в городе, я бы предпочла Дебри.

Как только мы подходим к задней части сарая, Роман ведёт нас через широкую заднюю дверь к обсаженному деревьями загону, который простирается вдаль.

Справа пасутся две лошади, но моё внимание привлекает третья, её серебристо-перламутровая шерсть блестит в лучах послеполуденного солнца. Она ржёт, но не очень приветливо, и, как только видит нас, опускает копыта на землю. Она первая из животных, которая, похоже, хочет оторвать мне голову, — после кровососущих птиц, конечно.

— Она дикий зверь, — говорит Роман, когда мы кладём руки на забор. — Я называю её «Дикарка», потому что никакое другое имя ей не подходит.

Две другие лошади подходят, чтобы их погладить, но Дикарка остаётся в стороне, роет землю копытами и издает фырчащие звуки, словно недовольна жизнью.

— Когда я нашел её, у неё была повреждена нога. Я доставил её сюда в целости и сохранности, и она почти выздоровела, но даже сейчас она пытается забить меня до смерти при каждом удобном случае, — говорит Роман.

— Кто присматривает за всеми этими существами, когда тебе нужно уходить? — спрашиваю я.

Роман указывает на забор, а затем снова на потолок сарая. Проследив за его взглядом, я стараюсь не нарушить равновесия Ингрид, которая, кажется, спит — если судить по тихому, ровному сопению рядом с моей щекой.

Цепочка фиолетовых и малиновых рун украшает ограду загона, а также ту часть потолка сарая, которую я могу видеть со своего нынешнего места. Все руны взаимосвязаны, образуя непрерывный поток магических надписей.

— Я убедился, что это место самодостаточно, — говорит мне Роман, поднимая руку, чтобы провести по линиям ближайшей руны на заборе. — Это комбинация нескольких рун, которые заботятся о температуре, укрытии, безопасности и регулярном кормлении, а также о продолжении общего лечения каждого существа. Мне не обязательно быть здесь, чтобы всё прошло гладко, но мне нужно вернуться и проверить их.

Дикарка топает копытом, привлекая моё внимание к себе. Энергия, мерцающая вокруг неё, напоминает мне о Жнеце — сильной, независимой, но в то же время смертельно опасной.

Роман не упомянул, видел ли он или нет, что Жнец была со мной, когда он прибыл в Запретные Земли, но я уверена, что он не мог её не заметить. Я чувствую, что могу доверять ему настолько, чтобы сейчас попросить больше информации о ней.

— Я встретила там волчицу-демона, — тихо рассказываю я ему. — Она была огромной, намного больше Эйса. У неё был чёрный мех и фиалковые глаза, как у моих волков, но один из её глаз был рассечён тремя когтями. Теперь, когда ты сказал мне, что демоны-волки встречаются редко… Думаю, мне интересно, знаешь ли ты что-нибудь о ней?

Роман рядом со мной кажется спокойным, но внезапно он замирает.

— Жнец, — говорит он. — Я почувствовал её присутствие.

Он делает глубокий вдох, но напряжение в его плечах остаётся, когда он продолжает.

— Мы с Жнецом испытываем здоровое уважение друг к другу, но я бы не доверил твою жизнь ей в Дебрях; ты была бы в большей безопасности с любым другим существом.

— Она спасла меня, — говорю я ему с дрожью в голосе, когда на меня снова накатывают воспоминания о Запретных Землях — не только о летучих мышах, но и о шипах и душах. Ингрид ёрзает у меня на плече, кажется, реагируя на внезапный всплеск адреналина. — Без помощи Жнеца я была бы убита задолго до того, как ты появился.

Роман колеблется, наморщив лоб и сведя брови. Он кажется неуверенным, чего почти никогда не бывает. Однажды он сказал мне, что все создания Ада принадлежат ему, но Жнец, похоже, принадлежит к своей категории.

Я поднимаю руку и показываю ему ладонь, гадая, не сведу ли я его с ума.

— Я думаю, она связала себя со мной.

Мерцание отражает луч света, и я задыхаюсь, когда Роман на сверхскорости хватает меня за руку. Он изучает связь, а затем его взгляд падает на четырёх волков у моих ног.

— Чёрт, — тихо произносит он.

— Что? — спрашиваю я, но напряжение в его глазах, когда он смотрит на моих волков, подтверждает мои подозрения, которые я гнала от себя с тех пор, как встретила Жнеца. Я едва дышу. — Они её. Не так ли?

— Её щенки, — подтверждает он. — Твой отец был единственным демоном, который когда-либо сблизился со Жнецом. Они не были связаны узами дружбы — не такими, как у тебя, — но было известно, что она шла рядом с Джаретом так же, как и я.

Мои глаза расширяются от удивления.

— Ты имеешь в виду, в городе?

— Где-то на окраине и видимой для других демонов. Она ходила рядом с ним и давала понять, что у них был союз, который она не так-то легко отдала бы другому.

Его хватка на моей руке ослабевает, его большой палец проводит по моей ладони и запястью мягкими круговыми движениями.

— Кровь твоего отца привлекла бы её к тебе, но твоя связь с четырьмя демонами-волками настолько чиста, что она бы сразу узнала тебя и приняла за одного из своих щенков.

Я вздрагиваю, вспоминая, как она слизывала кровь с моей окровавленной ладони.

— Как одного из её щенков?

Роман кивает.

— Как дочь, она бы заботилась о ней и умерла бы за неё. Так же, как она умерла бы за них.

Глава 22

Я думала, что ошеломлю Романа, но эта новость потрясла моё сердце.

Темпл тихо скулит, и я опускаюсь на колени, приветствуя энергию, которая течёт между нами, понимая, что мы связаны ещё крепче, чем раньше. Блиц и Лука придвигаются ближе ко мне, прижимаясь к моим ногам и слегка выводя меня из равновесия, но я приветствую этот контакт. Даже Эйс подталкивает меня локтем, и я вспоминаю, как он лизнул меня — такая редкая реакция — когда Роман открыл им дверь.

— Мы можем найти её снова? — спрашиваю я Романа, потому что мне нужно сделать это для моих волков. И для себя.

— Она будет искать тебя, — говорит Роман. — Она, должно быть, уже чувствует энергию своих щенков, но ей нелегко будет вторгнуться на мою территорию. Она опасается подходить ко мне слишком близко. Как и я к ней.

Он рассматривает моих демонов-волков, и улыбка смягчает его губы, проявляя редкую теплоту.

— У меня такое чувство, что она будет готова на всё, чтобы снова увидеть своих щенков, — его взгляд переключается на меня. — Всех.

На сердце у меня стало теплее, чем когда-либо с тех пор, как мы прибыли в Мортем. Всё в этом мире до сих пор было опасным и нежеланным, но возможность того, что мои демоны-волки смогут воссоединиться со своей матерью, стала неожиданным светлым пятном в моем безрадостном будущем.

К тому времени, как мы заканчиваем осмотр больницы для животных Романа, усталость подкатывает к краям моего существа, и я чувствую, что моя голова немного опускается. Целительные руны Романа сработали хорошо, но моё тело всё ещё восстанавливается.

— Пойдём, — хрипло говорит Роман, его взгляд задерживается на моих, вероятно, очень тёмных кругах под глазами. — Тебе нужно отдохнуть перед завтрашней тренировкой.

Я не спорю и, спотыкаясь, следую за ним, возвращаясь через склад в джунгли. Опустились сумерки, свет перемещается, касаясь теперь только верхушек деревьев.

Чтобы не заснуть, я спрашиваю Романа о календаре и системе отсчета времени в Мортеме, и он подтверждает, что в этом мире сутки состоят из двадцати часов, но времена года делятся на три месяца.

Ингрид осталась со мной и сейчас мурлычет, уткнувшись мне в шею, а Роман и не думает возвращать её в клетку.

— Она захочет остаться с тобой, — тихо говорит он. — Их семейные узы нерушимы, и ты — первая привязанность, которая у неё возникла.

— А как насчет тебя? — спрашиваю я. — Конечно, она бы уже привязалась к тебе?

— Ко мне никто не привязывается, — говорит он.