Слова (ЛП) - Джейд Эшли

Могу сказать, что Мемфис тоже меняет свое мнение, поскольку больше ничего не говорит.

– Давайте поставим это на голосование, – объявляет Сторм.

Три руки взлетают вверх.

Раньше их было четыре.

Хотя технически на сцене нас по-прежнему четверо, потому что пришлось отправиться в турне спустя пять недель после гибели Джоша и у нас не осталось иного выбора, кроме как нанять сессионного музыканта на замену.

Однако никому из нас не по душе этот придурок.

Потому что он не Джош.

– Тогда решено, – произносит Чендлер. – Я свяжусь со Скай…

– Я сам это сделаю, – выдохнув, отрезает Мемфис.

– Хорошо, но побыстрее. У нас мало времени. – Обратив внимание на меня, Чендлер сжимает переносицу и вздыхает. – Теперь, когда с пресс-агентом разобрались, что будем делать с другой проблемой?

Засунув руку в боксеры, я чешу яйца.

– Какой еще проблемой?

Как по сигналу, из моего номера выходят три девушки. Все они одеты в крошечные платья, а в руках держат по паре туфель на каблуках.

– Пока, Феникс, – мурлычет одна из них, посылая мне воздушный поцелуй.

– Мы прекрасно провели время, – щебечет другая, прежде чем переступить через меня и направиться к лифту.

Думаю, можно вычеркнуть оргию из списка желаний.

В этот момент я замечаю, что одна из девушек медлит.

Черт возьми. Всегда есть прилипала пятой стадии.

– Этой, – Чендлер указывает на девушку с застенчивым выражением лица. – Проблемой.

– Можно поконкретнее?

Лицо Чендлера багровеет от гнева, и Мемфис фыркает.

– Ты понятия не имеешь, кто она такая, да?

Никто.

– Она, – рявкает Чендлер, – должна была стать твоим трезвым компаньоном.

Прищурившись, я оглядываю девушку с головы до ног. Если подумать, она действительно выглядит знакомой.

– Я уволена? – шепчет она.

– Само собой, – кричит Чендлер, и девушка убегает к лифту.

– Пока, Феникс, – бросает она напоследок. – Напиши мне.

Я даже не знаю ее имени.

– Разве это не ее очень рекомендовали? – спрашивает Сторм.

Прищурившись, Чендлер кивает.

– За два месяца тура мы сменили десяток трезвых компаньонов, и ты переспал с каждой.

– Неправда, – защищаюсь я. – Я никогда не трахался с парнем.

За меня это сделали группи.

Таким образом, он перестал следить за мной и получил удовольствие.

И это сработало. Оказалось, что парень слыл чуть ли не большим любителем вечеринок, чем я.

– Неважно, – ворчит Чендлер. – Значение имеет то, что все, кого я нанимаю, позволяют тебе слишком многое.

– Не моя проблема…

– Нет, твоя, – вмешивается Сторм. – Вик в бешенстве. Тебе нужно завязывать с этим, пока он нас не кинул.

Ни за что.

Потому что, когда я пьян и под кайфом, я ни хрена не чувствую.

Например, вину.

Может, Джош и был за рулем, но я в равной степени несу ответственность.

И всем присутствующим это известно.

– Тебе лишь придется продолжить поиски и нанять кого-нибудь получше, – заключает Мемфис, вставая на мою защиту, хотя он последний человек, кто должен это делать.

Потому что я убил его брата.

– Я пытался, – заявляет Чендлер. – Но каждый парень хочет стать его лучшим другом, а каждая цыпочка – залезть к нему в постель. – Подойдя ближе, он взирает на меня сверху вниз. – Все вокруг обожают этого придурка. Мне нужно найти того, кто его ненавидит.

– О, есть человек, кто его терпеть не может, – бормочет Сторм себе под нос.

Закрыв глаза, я снова засыпаю.

Да, есть.

Глава 23

Леннон

– Как поживает мой любимый бармен?

Я смотрю на знакомое лицо. Брайан, возможно, не самый большой любитель оставлять чаевые, но он дружелюбный завсегдатай.

– Все хорошо. Что насчет тебя? – Я ставлю пустой бокал на барную стойку. – «Джек» с колой?

Он усмехается.

– Ты так хорошо меня знаешь.

К сожалению, он прав. Большая часть моего общения в эти дни состоит из разговоров с посетителями «Обсидиана».

Наполнив стакан льдом, я тянусь к автомату с газировкой.

– Как продвигается слияние?

Брайан начинает отвечать, но тут к барной стойке подходит мужчина и прерывает его.

– Ты Леннон?

Я всерьез жалею, что не использую псевдоним.

– Зависит от того, кто спрашивает.

– Я.

Я передаю Брайану его напиток.

– Ух ты, это действительно все проясняет.

Он указывает пальцем на незваного гостя в брюках карго и хрустящей белоснежной рубашке.

– Хочешь, я позабочусь об этом парне?

Мужчина в карго выглядит так, будто пытается сдержать смех.

– Не стоит позориться. Я растяну тебя на полу, заставив умолять о пощаде. – Он снова обращает внимание на меня. – Я…

– Лучше закажи выпивку, если собираешься остаться. – Я жестом показываю на табличку позади меня, на которой четко прописано, что минимальная порция – два бокала. – Правила клуба.

Ворча, он выуживает бумажник из кармана.

– Отлично. Я возьму два «Манхэттена».

Немного странный выбор, но этот парень сам кажется слегка чудаковатым, так что, думаю, ему подходит.

Я улыбаюсь Брайану, смешивая первый коктейль.

– Все в порядке. – Затем киваю в сторону сцены, где сейчас танцует Фантазия. – Иди и наслаждайся шоу, милый.

Он кладет пять баксов на стойку.

– Вернусь немного позже, чтобы проверить, как ты.

Я отдаю новому клиенту его напиток.

– Чем могу быть полезна?

– Меня зовут Чендлер Дикки. Я…

– Ого. Какая неудачная фамилия[23].

Теперь я просто насмехаюсь над парнем. Хотя фамилия довольно забавная.

Его раздражение растет.

– Теперь я понимаю, почему вы с Фениксом встречались, вы оба – огромные занозы в заднице.

Я чуть не роняю стакан.

– Прости… Что?

Кто, черт возьми, этот парень? И почему он заговорил о том, что мы с Фениксом встречались?

Игнорируя мой вопрос, он продолжает:

– Я менеджер Sharp Objects.

На мгновение во мне зарождается надежда, что Феникс поступил правильно и признался, но они рушатся, как только я слышу следующие слова Дикки.

– Я здесь, чтобы предложить тебе возможность помочь Фениксу.

Из меня вырывается маниакальный смех.

А затем я бросаю на него взгляд, который ясно дает понять, что он может засунуть эту возможность себе в задницу.

– После того, как он со мной поступил, Феникс может катиться к черту.

Как и этот парень.

Похоже, он доволен моим ответом и потому улыбается.

– И именно из-за этого я здесь. Сторм рассказал мне о ваших шатких отношениях. Или, лучше сказать, о том, как они закончились. – Он делает глоток своего напитка. – Ты идеально подходишь для этой работы.

Парню повезло, что я не швыряю ему в лицо второй «Манхэттен», который сейчас смешиваю.

– О чем, черт возьми, ты говоришь? Какая еще работа?

– Хочу нанять тебя, чтобы ты присматривала за Фениксом на время тура.

– В конце улицы есть детский сад, – сообщаю я ему, потому что – какого хрена?

Дикки мой ответ не кажется смешным.

– То есть мне бы хотелось, чтобы ты стала его трезвым компаньоном и следила за тем, чтобы Феникс не попал в беду. Наш тур начинается через два дня. Я заплачу сто тысяч долларов за восемь недель и выдам премию по завершении тура. При условии, что ты дойдешь до конца. – Он делает еще один глоток. – Что-то мне подсказывает, что так и будет.

Теперь я серьезно жалею, что не попросила Брайана разобраться с этим парнем.

– Не хочу расстраивать, но твой хрустальный шар только что разбился, потому что мне это неинтересно.

Недавно мне довелось услышать, как кто-то в городе упомянул, что Феникс вышел из-под контроля после аварии, в которой три месяца назад погиб его товарищ по группе. Но, получается, все еще хуже, чем я думала, раз этот парень решил приехать сюда и предложить мне такую сумму, дабы я стала личной нянькой.

Не то чтобы это имело значение. Я не сдвинусь с места.