Хуже, чем ничего (СИ) - Юдина Екатерина

Вот только, явно чего-то не поняла, ведь, в тот момент, когда я считала, что все еще нахожусь в безопасности, ладонь Дар-Мортера оказалась на моей шее сзади. Я даже вскрикнуть не успела, как он рывком притянул меня к себе.

— С чего ты решила, что меня хоть как-то ебет, что для тебя является слишком? — спросил он, наклоняясь к моему уху. Ощущая его горячее дыхание на своей коже и исходящие от парня запах сигаретного дыма и мяты, я вздрогнула настолько сильно, словно меня ударило разрядом тока. По ощущениям примерно так и было.

— Отойди от меня, — я стиснула зубы с такой силой, что даже челюсти заболели.

Дар-Мортер не прижал меня к себе. Между нами еще оставались сантиметры расстояния и соприкасались мы лишь в том месте, где он положил ладонь на мою шею. Не сжимал ее. Но держал пальцы так, что мне даже пошевелиться было страшно. Но я дернулась. Хотела ладонью упереться в его торс и оттолкнуться. Вот только, в самый последний момент, когда моя рука уже была поднята, я замерла. Даже в таком случае мне не хотелось прикасаться к Этьену.

— Я не буду с тобой встречаться, — сказала, кое-как выворачиваясь и тут же отходя. — Можешь делать все, что хочешь. Все равно, хуже, чем отношения с тобой, ничего не может быть.

Этьен медленно повернул голову и посмотрел на меня так, что я кожей ощутила боль.

— Знаешь, одноклеточное, людям свойственно иногда за себя не бояться. Особенно, таким как ты. У тебя же в голове сахарная вата, — он выглядел расслабленным, но от голоса Дар-Мортера я прямо задыхаться начинала. — И вот у меня два варианта. Показать тебе, что бояться действительно нужно. Или порвать на части тех, кто для тебя близок. За них ты боишься?

Настолько мощной, буквально раздирающей дрожи я еще никогда в жизни не испытывала.

— Ты не посмеешь, — произнесла на судорожном выдохе. Неосознанно показывая, что слова Этьена меня задели. Вернее, не в состоянии этого скрыть.

— Хочешь, проверим? — спросил он так, словно даже желал это сделать, а я поняла, что Дар-Мортер даже хуже, чем я предполагала.

Наверное, когда дело касалось его, мне уже следовало переставать чему-либо удивляться. Лишь воспринимать Этьена как сплошное и глобальное «ужасно», которому не было конца и края. И граней он не имел. Вообще. Никаких.

— Так, что, одноклеточное, ты моя девушка? — спросил Дар-Мортер. — Или я буду развлекаться другими способами? Например, уродуя жизнь тем, кто тебе близок. Увидишь, насколько им может быть больно.

— Ты ненормальный ублюдок, — произнесла, онемевшими губами. Во время этого разговора я слишком часто их кусала. — Как ты вообще можешь быть таким? И зачем тебе все это?

— Потому, что хочу, — у Этьена зазвонил телефон. Он достал его. Прочитал пришедшее сообщение, но, так и не ответив на него, положил телефон обратно в карман: — Отвечай, Бертье. Даю тебе последнюю возможность это сделать.

— Я… Слушай, успокойся, пожалуйста. Давай просто поговорим, мы можем о чем-то договориться.

— Значит, ты выбираешь второй вариант, — безразлично сказал Дар-Мортер. Он уже развернулся и пошел в сторону университета, а мне резко стало настолько страшно, что даже тело задрожало. Забилось словно в судороге. Он же совсем ненормальный. Он… Он…

— Подожди, я согласна, — резко сказала, даже толком не осознавая своих слов, но до дрожи боясь того, что он мог сделать. Не со мной. Мне и правда за себя не было страшно. А вот за своих близких я боялась. Хоть в университете у меня их было не много.

Этьен остановился, после чего обернулся и посмотрел на меня.

— Хорошо, одноклеточное. Теперь ты моя девушка.

После этого он пошел дальше и уже вскоре вошел на территорию университета.

А я все так же стояла на месте. Толком не в состоянии дышать, думать или вообще жить.

На лекцию я так и не пошла. Вместо этого закрылась в библиотеке и там упала на диванчик. Много думала, крутилась, терла лицо ладонями и судорожно дышала. А ведь мне и правда было страшно.

Чего Этьен хотел? Чего добивался? И что в его понимании являлось «отношения»? Во всяком случае, со мной? Насколько мне будет больно? Я после такого потом вообще смогу жить нормально?

Смогу. Плевать на все. Как-нибудь выдержу. И, может, даже отвечу Дар-Мортеру на все его злодеяния.

Кое-как придя в себя, я написала Анри, что в общежитие на этой перемене не приду. Почему-то ответа от него не было и, когда я пошла на следующую лекцию, поняла, что парень в университете так и не появился. Может, решил сегодня прогулять учебу?

Я бы тоже с удовольствием это сделала. Все-таки, как-никак, на лекциях я сосредоточиться не могла. И я постоянно чувствовала себя так, словно сидела на пороховой бочке.

Еще и потеряла счет времени. Пытаясь прятаться от Этьена, я всю следующую перемену опять просидела в библиотеке. Там потеряла счет времени и опоздала на лекцию. Из аудитории меня, под смех нескольких моих одногруппниц, выгнали.

А ведь лекция была важная.

Мысленно чертыхнувшись, я прошла по полностью безлюдному коридору и остановилась около окна. Положила свою сумку на подоконник и опять написала Анри.

В этот момент услышала шаги. Изначально просто не обращала на них внимания, но, чем больше они приближались, тем тревожнее мне почему-то становилось.

В итоге, не выдержав, я подняла голову и тут же замерла, увидев, что по коридору, как раз шел Этьен. Он на меня не смотрел. Что-то читал в телефоне. Или даже с кем-то переписывался, а я тут же вжалась в подоконник. Перестала дышать, надеясь, что он пройдет мимо и даже не заметит меня.

Еще несколько шагов и вот Этьен вообще оказался напротив меня. Но это ведь хорошо. Еще немного и он вообще пройдет мимо.

Вот только, Дар-Мортер внезапно остановился, а, затем, оторвал взгляд от телефона и, повернув голову, посмотрел на меня.

— Что ты тут делаешь одноклеточное? — спросил он.

— Стою, — нервно ответила.

«Пожалуйста, иди куда шел. А лучше гори в аду» — мысленно взвыла и, казалось, вовсе перестала существовать, когда Этьен пошел в мою сторону.

Еще и подошел так близко. Оперся рукой о стену рядом с моей головой, а, когда он наклонился, я резко зажмурилась и сжалась всем телом.

Внезапно ощутила его губы на своей щеке. Это был короткий поцелуй. Длящийся не дольше пары секунд, а меня будто бы разрядом тока пробило. Мощным. Буквально смертельным. На разрыв сердца и вообще всего, чего только возможно.

Словно сквозь паническую пелену я ощутила, что Этьен отстранился и уже вскоре послышались его отдаляющиеся шаги.

Через силу открыв глаза, я увидела, что он пошел дальше по коридору. Вновь с кем-то переписывался, больше не обращая на меня никакого внимания. Даже меньше, чем ноль.

Я резко прикоснулась ладонью к своей щеке и тут же начала ее тереть. Мне слабо верилось в то, что Этьен действительно меня поцеловал, но щека прямо очень сильно горела. Прямо пылала.

— Черт, — я выругалась и, схватив свою сумку, уже собиралась побежать в уборную, чтобы там умыться, но внезапно, на подоконнике рядом с собой увидела закрытую банку с холодным кофе.

Она ведь была в руке у Этьена. Зачем он ее тут оставил?

Глава 36. Забыла

Анри полностью пропал. На учебу он сегодня так и не вернулся, но хуже было то, что он больше не отвечал ни на сообщения, ни на звонки. Я могла бы предположить, что Анри просто заснул, но он являлся ответственным парнем и такое его исчезновение уже начинало пугать, из-за чего я вечером намеревалась сходить к мужской части общежития. А вдруг он заболел?

Находясь в столовой, я сидела в углу. Давилась макаронами, которые сегодня подавали без сыра, но с кучей овощей, и писала всем своим знакомым сообщения с текстом:

«Тебе случайно кот не нужен?», «Просто у меня есть один», «Он прекрасен, как ангел», «Ты такого шикарного кота еще никогда не видела», «Он тихий, послушный и вообще самый лучший».

Но, к сожалению, почему-то никто не хотел брать к себе Пармезана. Тем более, знакомых у меня было не так много. Я уже даже подумала о том, чтобы на выходных отвезти кота к маме, но она много работала и присматривать за животным не могла. А сестре я Пармезана ни за что не доверила бы.