Клятва любовника (ЛП) - Джексон Бренда

— Да, и главный вопрос в том, как она заполучила этот дубликат.

Кейден откинулся на спинку кресла и задумчиво потер подбородок.

— Если думаете о вероятном романе между ней и Далтоном, и что именно так она сделала дубликат без его ведома, то не заблуждайтесь, Марсель. Далтон сказал, что никогда не состоял в связи с Брэнди, и я ему верю. Поверьте, если у Далтона бывает роман с женщиной, он непременно об этом объявит.

— Я тоже ему верю, — сказал Марсель, — но меня волнует не это. Я хочу, чтобы вы обратили внимание на состояние ключа. Он сильно потертый и совсем не похож на те, которыми вы пользуетесь сейчас. Совершенно другой бренд.

Джейс встал и вытащил связку ключей. Кейден сделал то же самое. Их ключи были бронзовыми и блестящими, а тот, что у Брэнди, — потускневшим и серебряным.

— Верно, и что это значит? — с беспокойством поинтересовался Джейс. — Зачем Брэнди старый ключ от кабинета?

— Который, очевидно, все еще подходит замку, — отметила Шана.

— Да, и который подходит замку. — Марсель посмотрел на Джейса и спросил: — Вы не интересовались, кто из сотрудников занимал кабинет Далтона до него?

Джейс поколебался, прежде чем ответить.

— Да. Согласно предоставленной информации, единственный человек, занимавший конкретно этот кабинет, — наша мама. После ее смерти его закрыли, пока несколько месяцев назад его не занял Далтон.

Марсель приподнял бровь.

— Ваша мама работала в компании?

Джейс вздохнул.

— Да, короткое время. Насколько я помню, она начала жаловаться, что дома ей скучно, и говорила, что сожалеет, что у нее никогда не было возможности воспользоваться своим диплом в области маркетинга.

— Значит, ее привлекли в качестве члена маркетинговой команды? — спросила Шана мужа.

Джейс покачал головой.

— Нет. Однажды я спросил об этом отца, и он сказал, что они с дедушкой решили дать маме должность аналитика по маркетингу, чтобы занять ее и держать подальше от Саттон-Хиллз, когда их там не было.

Кейден нахмурил брови. Он впервые об этом слышал.

— Почему они хотели держать ее подальше от Саттон-Хиллз в свое отсутствие?

— Очевидно, долгое время она имела зуб на Ханну, и Ханна угрожала уволиться, если отношение мамы не улучшится, — объяснил Джейс.

— Кто такая Ханна? — спросил Марсель.

— Наша экономка. На самом деле она для нас больше, чем экономка. Она в нашей семье уже больше пятидесяти лет.

Марсель с минуту ничего не говорил.

— Я поручил нашей следственной группе поработать с вашими ребятами из службы безопасности, и, похоже, этот ключ, — сказал он, указывая на тот, что лежал на столе, — тот же, что открывал кабинет Далтона много лет назад.

Джейс нахмурился.

— Если это правда, то как Брэнди получила старый ключ от кабинета нашей матери?

Глава 20

— Ну, и как Майами?

Джулс продолжала завтракать, отказываясь встречаться взглядом с отцом.

— Мило. Мне это было нужно.

— Очевидно. Изначально ты говорила, что вернешься в субботу, но я получил от тебя сообщение, что ты останешься еще на день.

Еще один день был идеей Далтона, но она никогда не призналась бы в этом отцу. Насколько ей было известно, никто не знал, что они с Далтоном провели эту неделю вместе. И что это была за неделя с мужчиной, у которого хватило смелости сделать цветную татуировку с Кукушкой Сонни, логотипом хлопьев «Шоколадные шарики», на нижней части бедра. Джулс считала это место довольно эротичным для татуировки.

Джулс наслаждалась сексом, а присутствие Далтона, определенно, служило определенной цели. Сегодня она чувствовала себя расслабленной и вновь сконцентрированной. Готовой взяться за все, что попадется ей на пути. И хотя дополнительный день был идеей Далтона, Джулс согласилась на него на все сто процентов. Удивительно, что могут сделать несколько ночей безостановочного секса, и это свидетельствовало о том, насколько она была возбуждена. Далтон был полон решимости превратить ее раздражающую боль в приятную, и справился с этим. Возможно, даже слишком хорошо. И что также удивляло, — насколько лучше они стали ладить, как только вопрос с сексом решился.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Они оба согласились, что произошедшее в Майами, останется в Майами, никакой необходимости продолжать начатое в Шарлоттсвилле нет. В Майами все закончилось. Они выкинули друг друга из головы, и это все, что имело значение.

— Ты уже разговаривала с сестрой? — спросил отец, прерывая ее мысли.

— Нет. Я поздно приехала.

Прошлой ночью все, чего ей хотелось, — принять душ и лечь спать. Это был лучший сон за последние месяцы. В душе Джулс заметила следы страсти на большой части тела. К счастью, в одежде ни одно из этих мест не было видно.

— Значит, ты не слышала о новой информации, обнаруженной Марселем, о той девушке, которая покончила с собой?

Делая глоток кофе, Джулс приподняла бровь. Она вспомнила инцидент, о котором ей рассказала Шана. Самоубийство шокировало всех, и мать жертвы заподозрила что-то неладное, но ничего не было доказано. И еще оставался вопрос о том, была ли погибшая девушка связана со скандалом о разглашении коммерческой тайной, раскрытым Марселем в начале года, тогда арестовали несколько сотрудников «Грейнджер». Запись с камеры видеонаблюдения в «Грейнджер Аэронавтикс» запечатлела, как девушка обыскивала кабинет Далтона после окончания рабочего дня, что и сделало ее подозреваемой.

— Нет, не слышала. Что выяснил Марсель?

— Каким способом она проникла в кабинет младшего Грейнджера, когда тот каждый вечер перед уходом тщательно запирал дверь.

— Каким?

— Похоже, у нее был ключ. Он когда-то принадлежал Сильвии Грейнджер.

— Матери Далтона?

Отец с минуту пристально смотрел на нее, прежде чем сказать:

— Да, матери Джейса, Кейдена и Далтона.

Джулс быстро взяла вилку и принялась за яичницу. Почему она выделила Далтона? Отец был слишком проницателен и, вероятно, задавался тем же вопросом.

— Как эта женщина получила ключ?

— Никто не знает, но всем интересно, что у нее он был.

Джулс ничего не сказала, но эта информация тоже показалась ей интересной.

***

Кейден оглядел брата с головы до ног.

— Рад, что ты вернулся из Флориды целым и невредимым.

Уголок губ Далтона изогнулся в улыбке, он опустился в кресло напротив стола Джейса. Кейден занимал другое кресло. «Ладно, братец, — подумал он, — я сыграю в твою драцкую игру».

— А почему я не должен вернуться целым и невредимым?

Джейс усмехнулся.

— Поскольку и ты, и Джулс были в Майами в одно время, мы беспокоились, что ты можешь вернуться искромсанным. Разорванным на куски.

Слова, «искромсанным» и «разорванным», заставили Далтона вспомнить платье Джулс в тот вечер в клубе. Это положило начало самых приятных шести ночей в его жизни. Ему пришлось подавить хриплое рычание, пытаясь пробиться сквозь воспоминания. Он поерзал в кресле и откашлялся.

— Почему вы думаете, что наши пути вообще пересекались?

— А разве нет? — спросил Кейден, внимательно изучая его.

Далтон покачал головой.

— Что такое? Вы лезете в мои дела?

— Почему нет? Тебе точно нравится влезать в наши, — ответил Кейден.

— Согласен, — добавил Джейс.

Далтон пожал плечами.

— Это было до того, как вы женились. Сейчас лезть в ваши дела нет никакого смысла, потому что у вас унылая жизнь.

Кейден рассмеялся.

— Ты так думаешь?

— Да.

— Не хотелось бы тебя разочаровывать, — сказал Джейс, улыбаясь и вертя ручку между пальцами. — И ты так и не ответил на вопрос о том, пересекались ли ваши пути с Джулс.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Если он откажется отвечать, они воспримут это как «да». Поэтому он решил солгать им. Это будет не в первый раз.

— Извините, что разочаровываю вас, парни, но я не видел Джулс.

— Ни разу? — настаивал Кейден.

Далтон закатил глаза, отказываясь отвечать.