Холодная (СИ) - Инфинити Инна

Выхожу из кабинета преподши по английскому, одеваюсь, стараясь не смотреть на Максима, прощаюсь с учительницей и выхожу на лестничную площадку. Пока Самойлов пытается справиться со шнурками, нажимаю кнопку вызова лифта. Неожиданно двери тут же открываются. Отлично. Лифт настолько маленький, и мы с Максимом настолько близко друг к другу в нем стоим, что дежавю меня просто душит. Так что это мой шанс хотя бы минуту подышать спокойно.

Быстро проскальзываю в кабинку и нажимаю на кнопку первого этажа. Внизу все-таки задерживаюсь на пару десятков секунд, чтобы Максим не сильно далеко от меня шел. Я знаю, он гордый и догонять не будет. А уже темно и реально стремно идти одной. К тому же именно так не стало моей мамы. С этим репетитором я начала заниматься в мае, когда уже довольно поздно темнело и ходить было не страшно, поэтому даже не думала, что поздней осенью могут возникнуть такие проблемы.

Слышу, что лифт едет вниз и выхожу из подъезда. Спокойно иду по тротуару, затылком чувствуя взгляд Максима. Он довольно близко. Это хорошо.

— Эй, девушка, маме зять не нужен? — Выкрикивает мне какой-то придурок.

Так, Кристина, спокойно. Не обращай внимания.

— Девушка, а ты чего такая молчаливая? Обидел кто? Так ты иди ко мне в объятия, я тебе быстро настроение подниму! — Заржал второй. Кажется, эти идиоты увязались за мной, поэтому слегка ускоряю шаг.

— Слышь, ты, чо, гордая, да? А ну посмотри на меня! — заревел третий из них и дернул меня за рукав куртки.

Я не успеваю отреагировать, потому что к нам тут же подлетает Максим.

— Руки убрал от нее, урод, — Самойлов со всей силы вмазал ему в челюсть.

Адреналин резко подскакивает в крови, я вскрикиваю и отскакиваю в сторону.

Оставшиеся двое набрасываются на Максима, а меня накрывает новое цунами дежавю. Одного из нападавших Максим уложил ногой по голове, а второго ударом в живот. Я наблюдаю за движениями сводного брата и понимаю: я их уже видела. Вживую.

— А ты кто, такой? Женишок этой телки, да? — Взревел один из уродов, доставая нож.

— Убрал нож и свалил отсюда, пока я тебя сам им не прирезал, — Максим буквально выплюнул эти слова, и я заметила, как от ярости у него на скулах заходили желваки.

А в голове лишь одна мысль: я это уже видела.

Урод мерзко засмеялся.

— Ну уж нет, сопляк.

Все происходит, будто в замедленном действии. Я завороженно наблюдаю за Максимом, когда придурок резко меня хватает и притягивает к себе, подставляя к горлу нож.

— Рыпнешься, и я ей глотку перережу, — предупреждает урод.

Мне страшно. Я тяжело дышу. Горло будто парализовало, поэтому я даже не могу закричать. Секунда — и наши взгляды с Максимом встречаются. Я смотрю в его карие глаза и все вспоминаю…

Это он. Мальчик, которого я встретила очень давно в детстве и назвала своим героем.

Я не успеваю погрузиться в воспоминание, потому что Максим налетает на придурка и заламывает ему руку. Нападавший все-таки провел лезвием по моей шее, но меня спас плотный шерстяной шарф. От осознания того, что он действительно был готов меня убить, мне становится дурно. Я сгибаюсь пополам и уже не сдерживаю свои рыдания.

Максим бросается ко мне, обнимает меня за плечи и притягивает к себе.

— Тише, тише, все хорошо, слышишь? — Он берет мое лицо в руки и ловит мой взгляд. — Не бойся, все позади.

— Маааксим, аа что если ты их убил? — от страха и рыданий я заикаюсь.

— Нет, ну ты чего? — Он старается мне улыбнуться, — Я их просто вырубил. Через минут пять очнутся. Пойдем скорее отсюда.

Он тянет меня за руку, но ноги не слушаются, и я спотыкаюсь, издавая всхлип. Максим подхватывает меня на руки и несется через сквер к стоянкам такси. Я обвиваю его шею руками, утыкаюсь в нее лицом и вдыхаю его запах.

Запах моего героя. Он снова меня спас. Как и тогда, очень много лет назад, когда мы с ним случайно встретились. Тогда мы были совсем детьми.

Мои слезы катятся по его шее. Наверное, ему это не очень приятно, и мне следовало бы уткнуться, например, в куртку, но я не могу оторваться. Я вдыхаю его запах все глубже и глубже. Он изменился. Тогда Максим пах совсем по-другому. По-детски.

Он укладывает меня в машину, а я все еще продолжаю дрожать и плакать. Даже не знаю, от чего больше. От того, что меня чуть не убили, или от того, что мой герой ко мне все-таки вернулся. Обещал и сдержал слово.

Максим притянул меня к себе и стал гладить по голове.

— Все хорошо, Кристина, не бойся, уже все позади. Я рядом.

Я поспешно обнимаю его и утыкаюсь лицом в плечо, продолжая всхлипывать. Мой герой рядом со мной. И сейчас это главное.

Он берет в ладони мое лицо и тихо шепчет:

— Кристина, мы уже далеко, все закончилось.

Боже, он думает, что у меня истерика из-за нападения. Глупый, я плачу от встречи с ним.

— Максим… — начинаю я. Ему надо сказать, он тоже должен меня вспомнить. Но слова застревают в горле, и Максим перебивает меня.

— Я здесь, я с тобой, мы в безопасности. Ты мне веришь?

Я быстро киваю головой. Конечно, верю, мой герой. Всегда верила.

— Вот и хорошо, иди ко мне. — Он снова привлекает меня к себе в объятия, и я охотно поддаюсь. Максим гладит меня волосам и утыкается в макушку. Мое тело еще сдерживает шок, а по крови разливается адреналин, но у меня все равно получается прочувствовать наслаждение от близости Максима и от осознания того, кем он на самом деле для меня является.

— Я хочу, чтобы ты знала: с тобой никогда ничего не случится, пока я рядом. Я не допущу, — он шепчет мне в ухо.

Я не отвечаю. Мне не нужны слова. Я знаю, что Максим говорит правду. Прошло десять лет, а я все равно верю ему, как и тогда.

Когда я наконец перестала всхлипывать, Максим уложил меня к себе на грудь и обнял обеими руками. Мы так и ехали до дома, а я поняла, что объятия моего героя — пожалуй, мое самое любимое место в мире после кресла отца.

У ворот в дом Максим внимательно смотрит мне в глаза, проводя ладонью по волосам.

— Успокоилась?

— Да. Давай не будем ничего говорить родителям?

У отца инфаркт случится, если он узнает, что сегодня произошло. Незачем его отвлекать. Все ведь хорошо закончилось. Мой герой оказался со мной.

— Ты уверена? Мне кажется, нам следует сменить репетитора.

— Сменим. Только давай ничего не будем рассказывать. Отец захочет обратиться в полицию, а я все еще боюсь, что ты мог их убить, и тогда мы не докажем, что это была самооборона.

И да, я действительно боюсь, что Максим мог их убить. Я не готова потерять своего героя сразу после того, как снова обрела. Он тихо засмеялся, привлекая меня к себе.

— Глупенькая. Я не убил их. Я бил ровно в те точки, которые позволяют дезориентировать и вырубить человека на несколько минут.

— Максим, спасибо тебе, — поднимаю на него голову и смотрю в глаза, — если бы тебя не было рядом… Я не знаю, что бы они со мной сделали…

— Тшшш, — он провел ладонью по моему лицу. — Не думай об этом. Я был рядом, и это главное. Пойдем в дом.

Да, мой герой. Ты был рядом, и это действительно главное.

К счастью, в холле и гостиной никого нет, поэтому мы тихо поднимаемся на второй этаж. Я ужом проскальзываю в свою дверь и плотно закрываю ее за собой. Не включая света, сползаю по ее обратно стороне.

Ошибки быть не может. Это он. Максим. Мой герой. Мальчик, который уже однажды спас меня, пообещал найти и нашел.

Я закрываю глаза и погружаюсь в воспоминание…

— Кристиночка, мы с папой решили отправить тебя в детский летний лагерь. На реку Волгу, — мама мне широко улыбнулась, поливая малиновым вареньем блинчик в моей тарелке.

— С Викой? — спрашиваю, откусывая кусочек.

— Нет, дочунь, Вика будет у бабушки в деревне. Ты в лагере сама будешь. Но ты не бойся! Там будет много таких же ребят, как ты. Вас там перед школой будут учить читать и писать. Воспитательницы будут водить вас на реку. Ты научишься плавать, — мама снова мне широко улыбнулась.