Упущенная любовь (ЛП) - Роуз Лила

учителя не купаются, только ученики, так зачем мне туда ходить?

— И мои родители?

— Я сделаю из нас идиотов, сказав или сделав что-нибудь. — Я поджала губы. Этот

ублюдок поймал меня на крючок, и я просто заглотила его. — Чтоб тебя. — Я топнула ногой.

Он посмотрел вниз, а затем посмотрел на меня с самодовольной улыбкой на лице.

— Твоей ноге, кажется, уже лучше. Подумать только.

— Ты… Я… — Я вскинула руки вверх и зарычала себе под нос. Я взяла свою туфлю, надела ее и потопала к входной двери. — Прекрасно, ты хочешь, чтобы я пошла – я пойду, но не вини меня, когда твоя мама подумает, что ты совсем выжил из своего ума, впустив

меня в свою жизнь.

Все еще улыбаясь, да так, что мне хотелось выбить улыбку с его лица, он подошел ко

мне. Подняв телефон, бумажник и ключи со стойки у двери, он быстро прикоснулся губами к

моей щеке и сказал:

— Тебе не о чем беспокоиться. Она полюбит тебя.

Я не знала, что сказать. На самом деле, я не могла ничего сказать, потому что все еще

была сконцентрирована на том, как его губы чувствовались на моей коже. Как этот поцелуй

заставил мой живот трепетать, кожу покалывать, а трусики плавиться.

Он вышел из дома и начал спускаться вниз по тропинке, но, оглянувшись, увидел, что я

все еще стою в дверях, на том же самом месте. Закатив глаза, он вернулся, взял меня за руку

и вытащил за дверь, запирая ее, прежде чем проводить к своей машине.

Если извечное «не садись в машину к незнакомцу» сработало, я бы испытала удачу, но

у меня было ощущение, что ничего из того, что я делаю или говорю, не имеет значения.

Картер хотел, чтобы я отправилась на ужин с его родителями, так что я это сделаю. Хотя, полагаю, это было справедливо. Они должны были встретиться с человеком, с которым он

теперь жил.

Задыхаясь, я повернулась к нему, когда он забрался на место водителя.

— Скажи мне, что ты поведал им, что теперь живешь в моем доме.

Он замешкался.

И это все, что мне было нужно.

Расстегнув ремень безопасности, я почти выбралась из машины, когда меня схватили за

рубашку.

Смеясь, он произнес:

— Расслабься. Им все равно. Вообще-то им понравится идея, что я больше не живу в

отеле.

Вздохнув, я откинулась на спинку сиденья и сказала:

— Лучше бы так и было, или ты заплатишь за это.

Я схватилась за ремень безопасности и уставилась на прекрасный дом. Мое тело

трясло, когда Картер внезапно оказался рядом со мной и открыл мою дверь.

Когда он выбрался из машины или даже заглушил ее?

— Пошли. — Он тепло улыбнулся мне.

— Думаю, что мне и здесь хорошо.

— Риган, — ругался он. — Это моя семья. Они такие же, как я, и ты мне нравишься

такой, какая ты есть, так что я знаю, что и им ты понравишься.

Я нравилась ему такой, какой была.

Это было мило.

Если бы я не находилась на грани нервного срыва, то еще бы немного поразмыслила

над этими словами. Картер протянул руку и расстегнул мой ремень безопасности. Я до сих

пор цеплялась за него, как за спасательный трос. Он пытался вырвать его из моих рук, но я

не отпустила.

Он фыркнул.

— Риган, отпусти.

— Нет. Я не могу так поступить с тобой.

— Риган, — сказал он, глубоко вздыхая.

Я покачала головой.

— Хорошо. Ты не оставляешь мне выбора. Просто помни об этом.

— Что… Картер, нет! — закричала я, когда ремень выдернули из моих рук, и в

следующую секунду, меня вытащили из машины, подняли и перебросили через плечо. Он

захлопнул мою дверь и направился к дому. Я ударила его по спине, заерзала и попыталась

выпрямиться, чтобы посмотреть, опустит ли он меня. Не повезло. — Поставь меня на землю, пожалуйста. Обещаю, я не убегу. Обещаю, все будет в порядке, просто опусти меня.

— Нет.

— Картер, я не хочу, чтобы первое, с чем встретится твоя мама, была моя задница.

Он рассмеялся.

— Почему бы и нет, она прекрасна.

Моя борьба прекратилась.

— Что ты сказал?

— Ох, посмотрите-ка, папа и мои братья стоят у переднего окна. — Одна рука

отпустила мое бедро. Должно быть, он помахал им.

— Картер, клянусь Богом, если ты меня не опустишь… — Он поставил меня на

ступеньку крыльца, как раз тогда, когда начала открываться входная дверь. Но прежде, чем

ее отворили полностью, я сильно ударила ладонью по его твердому животу. Он хрюкнул.

— Пэтти, — простонала я. — Рада снова вас видеть.

Его губы дрогнули в легкой улыбке.

— Я тоже, Риган. Похоже, у тебя возникли трудности по пути сюда.

— Ох, нет. — Я невесело рассмеялась, снова ударив Картера в живот. — Просто мои

ноги немного устали от того, что я весь день на них ходила… эмм, преподавая в учебной

группе, и… эм… в общем мне пришлось сегодня много побегать, и Картер просто выразил

обеспокоенность. Я говорила ему, чтобы он не переживал, но ваш сын никогда не слушает.

— Я вновь рассмеялась и собиралась снова ударить Картера, но он перехватил мою руку и

повел меня в дом, как только Пэтти отошел в сторону.

— Привет, Риган, — поздоровался Каспер.

— Как дела, Риган? — Кэлвин ухмыльнулся, в точности, как и его брат Каспер.

— Привет, ребята. Я в порядке. — Я кивнула и осмотрела фойе. Уже чувствовала себя

уютно. Прямо за дверью находилась лестница, ведущая на второй этаж. Слева была

гостиная, в которой стояли братья Картера. Справа был расположен кабинет, где у

фронтального окна находился стол с бумагами и всем прочим, разбросанным по нему.

Больше я ничего не смогла увидеть, так как Картер, все еще держа меня за руку, потащил в гостиную. Заметив, как его братья смотрят на наши руки, я попыталась

освободить свою. Картер отказался отпустить. Он даже окинул меня взглядом.

Я нахмурилась, и он нахмурился в ответ. Мне показалось, что я слышала смешок, но, когда посмотрела на других троих мужчин, они стояли с серьезными лицами. За

исключением их подергивающихся губ.

— Где мама и Корт?

— На кухне с монстрами, — сказал Пэтти. Должно быть, я отреагировала на это, потому что Пэтти добавил: — У Кортни двое детей. Криспину – шесть, а Кейтлин – четыре.

— Звучит довольно мило. — Они все на меня посмотрели.

Картер фыркнул.

— Вот увидишь.

— Кортни самая старшая?

— Не-а, Картер, потом Кэлвин, затем Корт и, наконец, я – самый милый младшенький

братец из всех, — объяснил Каспер.

— Это мой мальчик? — послышался вопрос из коридора.

— Дядя Карт здесь. Дядя Карт, — прокричали прямо перед тем, как та, которая, должно

быть, Кейтлин, побежала по коридору. Картер отпустил мою руку, приготовившись, и когда

Кейтлин подпрыгнула, он поднял ее на руки.

— Как поживает моя любимая племянница?

— Она твоя единственная племянница, дядя Картер, — сказал паренек, войдя в

гостиную, я предположила, что это и есть Криспин, войдя в гостиную. Он был таким

очаровательным. Они оба, на самом деле, с веснушками на носу и щечках. У обоих были

темно-каштановые волосы, только у Кейтлин они были кудрявые и длинные, а еще у нее

были большие глаза цвета карамели.

— И она всегда будет моей любимицей, — ворковал Картер, и мое сердце растаяло.

Криспин закатил глаза, а потом заметил меня.

— Ты девушка дяди Картера?

Я ждала.

И ждала, пока Картер опровергнет эту теорию.

Когда он этого не сделал, я покачала головой и сказала:

— Нет, мы просто друзья.

В это же самое время Картер пробормотал: «Он хотел бы». Но я отмахнулась от этого, уверенная, что неправильно его услышала.