GrayOwl - Звезда Аделаида - 2

- Хотя, думаю я, что суть твоего увлечения в его родстве с тобою по единому народу, единой крови. Верно, у тебя… во времени «твоём» все такие уроды, вот он и пришёлся по нраву тебе. Один лишь ты суть исключение из всех них, твоих соплеменников по изящности облика своего. Может ли быть таковое… Лишь только от того, что в тебе течёт кровь древнего, славного, прекрасного, величественного рода Снепиусов?

- Не думаю. Прошло столько веков… в общем, столько времени, сменилось даже имя самого рода, причём произошло сие дважды. Но… нет, не совсем так. Не сменилось, но корень родового имени просто видоизменялся вместе с произношением моего родного англского языка в веках… одним словом, во времени. Вот и всё, что осталось от Снепиусов - Снеп - Снейп.

- О Квотриус, звезда моя нездешняя, центр мира всего для меня, стержень бытия моего - вот, кто ты есть для меня. Если бы знал только ты, сколько иноземной, не англской даже крови в роде моём. Есть даже иудейская, представь себе, и соседей их и врагов, пока что простых кочевников, арабов, греческая, кочевников чрезвычайно дальних восточных степей - тюрков, о которых боле не улышать тебе, ибо время их ещё, к счастью для восточных ромеев, не пришло.

- Ещё италийская есть, иберийская* , готская, германская, да всех не и перечислишь даже при всём моём старании. Кстати, есть и галльская. Моя покойная мать была родом оттуда. Да и до неё были великое множество иностранок - матерей в роду моём. Так заведено у Снейпов… моей тамошней семьи уже вот, как три века - брать в жёны только иноземных девиц. Или уже женщин, это уж как кому из моих пращуров повезло.

Северус горько усмехнулся, подумав об Адриане.

- Вот видишь, повезло и мне с «девственницею», теперь общеизвестною, прославленную за «добродетели» свои. «Отец» и «матерь» мои узрели кровь «невинности» на ложе моём, ставшей из-за повелеваний Адрианы - ведьмы могучей - в ночь единую супружескою.

- То-то Сабиниус Верелий удивился, сие было заметно даже по лицу его, обычно не выражающему ничего, кроме невежественного, отвратительного высокомерия, но сейчас-то он был пьян и распалён красивою рабынею, однако не сказал, разумеется, ничего. Не ему же - отцу - позорить дщерь свою возлюбленную, единственную, пред свояком и свояченицею.

Да видел бы ты его такую довольную харю! Она так и лоснилась от похабного, низкого, дерьмового, заебательски сильного удовольствия! - снова не удержался и перешёл Снейп на вульгарную латынь.

Но брата опять покоробили грубые слова высокородного Северуа, и это отразилось на его особенно красивом сейчас, расслабленном лице. Он тут же жадно затянулся аж до фильтра и обжёг себе пальцы.

- О, милосердные боги! Да как же мне научиться курить по всем правилам эти ламиевы сигаретумы!

- Просто будь внимательней, когда белый пергамент близок к концу, и туши её вот так.

Северус как раз докурил свою, третью настоящую сигарету - брат расщедрился на сотворение оной - и показал Квотриусу, что нужно делать с бычком, затушив его об земляной пол, а потом произнёс, не вспомнив о волшебной палочке, а лишь механически сделав пасс:

- Evanesco!

- Запомнил пасс, о Квотриус мой? А, впрочем сие тебе вовсе без нужды. Стоит тебе лишь заклинание произнести, даже про себя и даже не взмахнув рукою, как сие соделал я, и остаток сигаретума исчезнет.

- Но ведь и у тебя, о северный, сильномогучий ветер мой, Северус, получилось сотворить заклинание без прибегания к своему излюбленному «костылю» - волшебной палочке. Кстати, прости, что не отдал ранее, вот она. Всё недосуг было отдать, и я оставил её на время семейного пира у себя, здесь, в опочивальне, за запертой на какое-то сложное заклинание дверью. Прости, молю, Северу-ус, что не отдал её ранее, ибо могла она вдруг потребова…

- Хватит тебе уже молить меня, недостойного тебя самого простого мага. Ведь ты есть маг Стихий, а значит, и не тебе надлежит просить проще…

- Знаю, но ты же на самом деле старше, хоть и кажешься юнцом даже в сравнении со мною, ты умнее, ведаешь боле…

- Кстати, Квотриус, переменная звезда моя, орхидея моя превосходнейшая, раскрывшаяся, а как ты узнал Запирающие заклинания? Ты читаешь их без ведома моего в разуме моём же? И на расстоянии? Уже не говорю я о зрительном контакте, ибо ведаю - не нуждаешься ты в нём. Расскажи, прошу, и поверь, вовсе не зол я на тебя за считывание заклинаний из разума моего.

Квотриус поведал старшему брату, что, да, виновен, вельми виновен в заглядывании в его разум. Но не с целью прочитать запретные для него, Квотриуса, например, об отношении Северуса к драгоценному гостю Гарольдусу, ибо уверен, что ничего меж ними не было, а являющиеся законной и непреложной собственностью возлюбленного брата, знания его о многих заклинаниях, и только.

Цель же Квотриуса - как можно меньше беспокоить высокорожденного брата с обучением мага Стихий полезным, как с точки зрения Северуса, так и самого Квотриуса, знаниям и заклятиям разного сорта. Можно же просто узнавать их, словно бы считывая со свитка некоего, а не передавая знания устно.

Вот только свиток сей странен весьма - словно бы аккуратно нарезанные листы толстого пергамента, соединённые чем-то навроде связывающей корочки, и закрывать или открывать сей странный свиток сложно вельми, ибо у него вверху да и внизу намного более толстые и тяжёлые листы склеенного в несколько слоёв очень толстого пергамента, глянцевито поблёскивающие снаружи.

Чтобы читать таковой странный свиток, следует мысленно «переворачивать» листы толстого пергамента и «придерживать» их, дабы свиток сей не закрылся, как уже бывало множество раз. А на следующем листе, странно, исписанного мелким почерком с обеих сторон, Квотриуса ждут всё новые и новые заклинания и даже проклятия, причём тёмные, он чувствует злую силу, от них исходящую.

_______________________________________

* Иберия (лат.) - Испания.

Глава 97.

- Такого рода «свиток» называется книгою. Их будут делать ещё нескоро, лишь через множество столетий. В книге сей в уме моём на разных страницах, то есть, тех самых, исписанных с обеих сторон листах пергамента плотного, хранятся все знания, коими обладаю я, недостойный. А ты уже, верно, понял по толщине книги сей, что множество великое всяческих - и добрых, и злых знаний накопил я за жизнь свою не особо длинную для волшебника.

- Только не читай то, что под запретом - оно помечено красным, насколько я знаю книгу своих заклинаний и сведений по Зельеварению. Это красное суть Тёмные Искусства. Их знать тебе нет никакой надобности, иначе Стихии могут отвернуться от тебя и даже уничтожить, о Квотриус, светоч мой. Ибо должен оставаться ты только светлым магом, не знающим даже черномагического Запирающего заклинания, коим ты воспользовался, знаю я сие, когда создавал свою первую, такую, право же, смешную сигаретум…