К. А. Линд - Для прессы (ЛП)

Она знала, что бессвязно ответила на простой вопрос, но она не знала, когда остановиться. — Я присоединилась к газете, когда поступила в университет.

— Вы выпускница? — спросила мама Брейди.

— На предпоследнем курсе. Я выпускаюсь в следующем году, — тихо сказала она.

Она взглянула на Брейди, первый раз с начала разговора. Разделенные еще одним годом в университете.

— Не позволяйте Лиз дурачить себя, будто она просто какой-то сотрудник в газете. Она возглавила отдел прессы на предвыборной кампании и станет главным редактором в следующем году, — объяснила Саванна. — Она организовала коллоквиум, на котором вы были сегодня днем.

— Правда? — спросил Брейди.

Никто из них не сводил глаз  друг с друга, и Лиз знала, что обращаться к нему напрямую было опасно.

— Да…правда.

— Это большое достижение, — бодро сказала Эрин.

Лиз взглянула на нее, чтобы посмотреть, была ли у нее какая-то злоба, но естественно, ничего не было.

— Спасибо.

— Как вы получили такую работу? — спросила Эрин.

Лиз прочистила горло.

— Прошлым летом, когда я освещала предвыборную кампанию, я работала со своим преподавателем над улучшением моих письменных работ. Ей настолько понравились изменения, которых я достигла, что она предложила мне работу.

Мышцы на челюсти Брейди напряглись, при упоминании прошлого лета. Она не винила его. Она даже не собиралась упоминать об этом, просто вырвалось.

— Чем ты занимаешься, Эрин? — быстро спросила Лиз, пока остальная часть стола не вмешалась в их разговор.

Она будет делать все что угодно, лишь бы  снова не общаться напрямую с Брейди.

— Я ведущая утренней программы «Утро в Балтиморе» на одиннадцатом канале, — сказала Эрин с улыбкой, по которой было понятно, почему она стала ведущей в таком юном возрасте.

Телевизионные новости. Не то, чтобы Лиз была когда-либо заинтересована в этом. Конечно, «Утро в Балтиморе» больше звучало как утреннее ток-шоу, а не программа новостей.

— На самом деле, так мы и познакомились, — произнесла Эрин, положив руку поверх руки Брейди, переплетая их пальцы вместе.

Лиз сидела прямо пока смотрела, как Брейди повернулся к Эрин и улыбнулся. Лиз не знала, как ей справиться со всем этим. Она была готова просто встать и уйти. Как раз вовремя ей принесли вино. Она сделала большой глоток, чтобы больше ничего не говорить.

Эрин, казалось, так или иначе, хотелось рассказать свою историю.

— Брейди работал с моим отцом  на законодательном собрании в Северной Каролине, именно так я и получила разрешение взять у него интервью на рождество для моего утреннего выпуска.

Улыбка Эрин сияла, пока она рассказывала. А улыбка Лиз меркла.

— Разве я не говорила тебе, что об их истории нечего и писать, — сказала Саванна, подталкивая Лиз.

Лиз даже не поняла, что Саванна обратила внимание. Она без умолку разговаривала с Лукасом.

Брейди приподнял бровь, а Лиз просто открыла и закрыла свой рот, как рыба, выпрыгивающая из воды.

— Определенно такую историю, мы в новостях не хотим! — сказала Эрин, хихикая. — Такое впечатление, что сейчас все в новостях. Я чувствую, что отношения должны быть своего рода без границ. Я не понимаю, почему так важно, что мы с Брейди вместе. Но я не думаю, что это так уж и плохо. А ты?

— Нет, — ответил Брейди.

Его голос звучал легко и уверенно. Еще одна маска.

— Я не думаю, что так уж и плохо быть открытыми в этом плане. В любом случае, я никогда не хотел скрывать отношения.

У Лиз вскипела кровь от этой откровенной лжи. Она хотела ударить его вилкой. Он в первую очередь был тем, кто хотел скрыть их гребенные отношения.

Он, вероятно, видел ее реакцию на этот комментарий, потому что он одарил ее долбанной ухмылкой, впервые с того момента, как они увиделись днем. От этого ей только захотелось броситься через стол. Она бы задушила его, прежде чем этот вечер успеет закончиться. Она не сомневалась в этом.

— Эрин справляется с вниманием общественности как профессионал. Правда, детка?

О, черт, нет! Он нарочно обращаться к ней используя тоже слово, что и для Лиз? В эту игру могут играть двое.

— Я люблю быть в центре внимания, — сказала Эрин, снова улыбаясь. — Думаю, я всегда хотела быть ведущей, как ты всегда хотела стать журналистом, Лиз.

— Замечательно, — сказала Лиз, допивая свой первый бокал вина. — Вы сюда летели на самолете?

— О, да. В Роли, — подтвердила Эрин.

— Как прошел полет? Знаю, что последнее время была плохая погода. Я иногда до смерти боюсь летать в такую погоду, — дерзко сказала Лиз.

Саванна хихикнула.

— Брейди ужасно переносит перелеты. Поэтому я надеюсь, что там не было никаких штормов.

— Ты тяжело переносишь полеты? — спросила Эрин.

Ее брови нахмурились в недоумении.

— Я этого не знала.

— Было тяжело, — быстро поправил Брейди. — У меня больше нет проблем с самолетами. В моей жизни эти времена прошли.

«В моей жизни эти времена прошли». Что значит, что Лиз в его жизни больше не было. Она поняла. Ей бы хотелось, чтобы все было так просто. У нее заняло вечность, чтобы быть готовой начать ходить на свидания…не говоря уже о чем-либо большем с Хайденом. Господи, она не вспоминала о Хайдене с тех пор, как вошла в помещение.

Будучи  расстроенной из-за подстрекания Брейди, ей не хотелось больше продолжать эту болезненную беседу с ним. Она бы лучше снова притворилась, что его не существует, чем чувствовать, как по ее телу проноситься эта боль.

Она позволила Саванне и Эрин дальше вести беседу. Они оба с Брейди сидели относительно тихо, отвечая на вопросы только тогда, когда их спрашивали. Казалось, он задумал тоже, что и Лиз. Они всегда были в гармонии.

Как бы Лиз не хотелось ненавидеть Эрин, женщина казалась действительно хорошей. Помимо работы ведущей, она также помогла запустить благотворительную организацию, которая оказывала помощь городским школам в Балтиморе и в округе Колумбия. Она утверждала, что в душе она была филантропом, а что-то она приобрела в свое время, учась в университете Брауна.

Для всех намерений и целей, Эрин была абсолютно добрым человеком, с которым и должен был встречаться молодой многообещающий политик. Она была умной, общительной, успешной, щедрой, и красивой.

Ужин был дорогим и довольно экстравагантным для такого небольшого места в Чапел-Хилл, но Максвеллы настояли на том, что полностью заплатят за всех. Они по второму кругу заказали вина, прежде чем закончить, но Лиз отказалась пить. Она пообещала себе только один.  Брейди по-прежнему сидел с нетронутым бокалом, а Эрин пила третий или четвертый.