Волчья любовница (СИ) - Чащина Татьяна

— Мы молодожены, выходить первые сутки не будем, — монотонно говорила я, уставшим голосом. — Еда в номер, нашу одежду в прачечную, и можно заказать покупку новой одежды?

— Мы будем рады вам предоставить такую услугу, — оскалился в улыбке администратор.

Я прислушалась. Там по телефону шли разборки с Давидом.

— А какая тебе разница, куда я уехал? — возмущался Иван.

— Я пришлю к тебе бойцов.

— На кой мне твои бойцы, у меня медовый месяц?! Киса, закажи перекусить.

Я улыбнулась, а молодой человек вытянул длинную шею ко мне, приготовился выслушать заказ.

— В столь ранний час нас накормят? — осведомилась я.

— Конечно, круглосуточное обслуживание, наш отель лучший…

И потекли комплементы в адрес отеля. Я заказала голодному волку побольше мяса, бутылку шампанского и десерт.

Номер назывался «Марина», в сине-белых тонах. Стены обиты тканью на них репродукции Айвазовского. Ковровое покрытие на полу имитировало волны. Кровать королевская, стол для трапезы, диваны с креслами белоснежные у телевизора на дубовом комоде. И окна питерские под четыре метра высотой укрыты тяжёлыми бархатными занавесками, вторящими стенам.

Последние наличные пошли на чаевые. В наш номер вместе с нами вкатили тележку с подарками. Для молодожёнов. Это мы умно поступили, что въехав в ленинградскую область, поспешили расписаться в первой попавшейся администрации. За хорошую сумму, всё было организовано быстро и качественно. Теперь я Василиса Кузьминична Бойкая.

Скинув свой замызганный халат и плавки, я ушла в ванную комнату. Джакузи с окнами по бортам, напоминающие иллюминаторы. Раковина блестела чистотой, душевая кабинка за стеклянными дверцами. Два белых махровых халата, мочалки, шампуни, мыльца. Я даже заныла от удовольствия. Наконец то!

Рана на бедре немного беспокоила, но уже не кровоточила. Под душем я стояла долго, наслаждаясь драгоценной тёплой водой. А когда выдавила вкусно пахнущий гель, то совсем погрузилась в блаженную негу. Вымылась, а выходить не хотела.

Герой мой незабвенный пришёл в ванну, потеряв меня. Разделся и зашёл в душ. Я пустила его вперёд, под лейку. Взяла в руку мягкую мочалку и стала своего мужчину намывать. Иван ловил меня рукой, но я его руку нежно отвела в сторону, продолжила намыливать смуглое тело все в шрамах. Покорился моей воли, и позволил мне себя искупать.

Повернулся ко мне передом. Судя по блаженному лицу, такого с ним ещё никто не проделывал. Это тебе не по палаткам с туристками мяться. Член уже торчал. На губах любимого улыбочка блуждает, глаза чуть приоткрыты, подсматривают за моим сосредоточенным лицом. Я ведь с тщательностью его натирала. И с особой нежностью обращалась с членом. Омыла, ополоснула. Крайнюю плоть натянула и замерла, глядя на орган, который давненько во мне не был.

— Возьми, — шепнул мужчина, проведя пальцем по моим губам.

Я плохо помню, но, кажется, я это уже делала. Опустилась перед ним на колени, обхватив волосатые ноги своими пальцами, и прокатилась языком по члену. Второму мужу, как и первому, я жизнью обязана, люблю безумно, и отдам все свои способности. Принялась за работу.

В комнату принесли ранний завтрак, а Иван рычал от блаженства, сдерживать себя был не намерен. Не кончил, воду выключил и в спальню меня утащил, перекинув через плечо.

— Ая-яй, — возникала я, — рана не зажила!

— Где?! — он повалил меня на мягкую кровать и стал вылизывать бедра снаружи, а потом наглый шершавый язык с раны перешёл на внутреннюю часть бедра и продолжил мне вылизывать промежность.

Я замурчала, замяукала. Официанты, потупив глаза, быстро всё на столике разложили и поспешили убраться. Похоже, мы с Иваном им день сделали.

Противная кошка внутри, устроила секс марафон, просто из гордости, чтобы волка вымотать. Пришлось её останавливать.

Через три часа, когда еда безнадёжно остыла, я, как ни в чём не бывало, выскочила к столу, и в чём мать родила, уселась завтракать.

— Киса, могу тебя попросить? — донеслось с постели.

— Попробуй, — я накинулась на говядину, запивала её шампанским, хотя к мясу лучше брать вино красное.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Давай, ты не будешь выводить волосы с тела.

— И ходить по городу, как хоббит? — рассмеялась я.

— Ладно, только ноги выше колен, — да, это волки, они такие сами волосатые и девок таких же хотят.

— Я подумаю, в обмен на метку. Детей хочу.

Забавный Иван, когда кудри свои не убирает, похож на льва с пушистой гривой, что лично меня не может не радовать. Растрёпанный, удовлетворённый, присоединился к завтраку.

— Вначале кровь сдадим, анализы все проведём, и если безопасно, тогда и решим.

— Ну, пока ты решаешь, можно я на Амазонку слетаю?

— Это зачем? — его вилка с мясом не долетела до рта.

— Моя кошка говорит, там для нас леопард найдётся.

Ой, что сейчас будет!

— Кто? — его голос сошёл на нет. — А человеком, как ты там существовать собралась?

— Ну, леопард всё устроит, я думаю.

— Иди-ка, киса, сюда, — у него глаза потемнели от ревности.

Я с хохотом рванула со стула, запрыгнула на диван, и когда он подошёл ближе, кошкой сиганула к нему в объятия.

— Сейчас я тебе так отлеопардю, полоски твои тигриные пятнами пойдут, — он понёс меня на кровать.

— Поставь метку, — требовала я, не собираясь расцеплять руки и ноги, так и присосалась к нему.

— Ты мне дороже потомства.

В глазах его сине-голубых мелькнула боль. Если представить, как его бедного с юности несло и колбасило, что он на месте усидеть не мог, устроился на такую работу, что волосы дыбом. Кровь так буянила, не мог в клане сидеть, носился по чужим территориям. Бывают такие ребята, экстремалы. Их только пожалеть, подвергают свою жизнь опасности, лишь бы порцию адреналина хапнуть. Но время идёт и расставляет всё на свои места. И сейчас Иван стал успокаиваться, держал меня, как последнюю надежду хоть на какой-то покой. Готов всё бросить ради меня, изменить жизнь. И даже некий дом достроить, а это значит, осесть. И я ему предлагаю рискнуть моей жизнью.

— Доверяй мне, — прошептала я.

Волк наклонился к моей ключице и, выпустив клыки, замер. Не решался.

— Всё в порядке. Я уверена.

Иван прикусил медленно, проткнув кожу. Я, стиснув зубы, терпела боль и закрыла глаза, когда клыки проехались рядом с хрупкой костью. Слёзы потекли сами собой.

— Киса, — жалостливо простонал Иван, зализывая рану. — Ты как?

Я чувствовала, как слюна чужого зверя проникает внутрь по крови, будоражит и бьёт судорогами моё тело. Шипела кошка внутри, не желая тесниться и делить тело с меткой волка. Но это обязательно. Я смогу выносить потомство. А вот кем будут наши с Иваном дети, это даже интересно.

Волчата или котята?

— Василиса?! — видно долго кричал, голос уже охрип.

— Да? — слабо отозвалась я.

Тело ломило, жгло кожу, но всё будет хорошо.

Муж прижал меня к себе, так, что моя голова легла на его плечо. Так делал Данил. И теперь, я вовсе не видела разницы между Убийцей и его Охотником. Они слились воедино. И я, хватая его руки своими ослабленными пальцами, зарыдала от счастья.

— Как хорошо, что ты вернулся. Как хорошо, что ты забрал меня! Любимый мой! Я так ждала тебя!

— Ч-щ-щ, — шипел Иван мне в ушко и продолжал крепко обнимать. — Я с первого взгляда влюбился. Не прошёл бы мимо.

Он отстранил меня, чтобы осмотреть метку.

— Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно с особой заботой спросил он.

— Не плохо. Готова стать матерью, — усмехнулась я и получила десяток колючих поцелуев.

— Одежду принесли. Пойдём, гулять после обеда? — Он водил пальцами по моему лицу. — Есть культурная программа — сексшоп и Эрмитаж.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я залилась смехом. Надо узнать, в каком путеводителе, он такую экскурсию разглядел.

***

— Еще один такой коктейль, — говорил мне когда-то бармен в ночном клубе, — и ваша жизнь измениться до неузнаваемости.

А я не поверила, что такое бывает. Стая Приволжских волков меня не приняла, я занимала самую низшую унизительную ступень «волчья любовница». Но пришло время, когда мой волк освободил меня от всех ярлыков, помог обернуться и подарил новую жизнь. Странные экскурсии по Питеру с любящим мужем и большой надеждой, что скоро я стану многодетной мамой. Сказка, моя личная.