Недотрога для адвоката. Дело о разводе (СИ) - Варшевская Анна

– Неудачная идея, – отрезаю сразу. – Но можешь сначала поговорить со мной, как с её адвокатом! А дальше мы решим.

– Хорошо, я согласна, – Анита всхлипывает в очередной раз. – Приеду, куда скажешь.

Для меня, конечно, тоже риск выходить из больницы. Но… по-другому никак не выйдет. Хотя… кажется, я видел через улицу кафе с большой открытой витриной.

В голове складывается несложный, но в общем-то достаточно эффективный план.

Эх, очень надеюсь, что я об этом не пожалею.

– Я перезвоню через пять минут и скажу, – говорю и, дождавшись согласия, скидываю звонок.

– Ты что, уйдёшь куда-то? – Соня смотрит на меня испуганно.

– Недалеко, – качаю головой. – Мне нужно будет просто убедиться, что твоя мать не приведёт к нам ещё кого-то. Я уже знаю, как поступить, не переживай, мне не придётся уходить отсюда надолго.

– Я боюсь одна, – шепчет она.

– Послушай, я буду здесь же, в больнице, – обещаю ей. – Ты здесь в безопасности, Игнатьев…. ну тот нейрохирург, Даниил, помнишь его? Он говорил, что эта клиника очень хорошо охраняется, здесь следят за безопасностью и приватностью пациентов.

Соня не выглядит убеждённой, но в этот момент в палату, постучавшись, заходит та девушка, которая приносила нам чай и кофе.

– У вас всё в порядке? – спрашивает негромко. – Может быть, что-то нужно?

– Вы знаете, да, вы можете нам помочь? – киваю, переводя взгляд с одной девушки на другую. – Соня нервничает, не хочет оставаться одна, а мне нужно отойти…. на полчаса примерно. Можете побыть с ней? Если, конечно, у вас есть такая возможность.

– Да, разумеется, – спокойно соглашается… я понимаю, что даже не знаю её имени. – Меня, кстати, зовут Агата, – представляется с лёгкой понимающей улыбкой. – А вы как, не против? – смотрит на Соню, и та, помедлив, кивает.

– Вот и отлично! – выдыхаю облегчённо. – Я скоро буду!

Сжав напоследок Соне руку, выхожу из палаты, отхожу подальше и набираю номер, с которого мне звонила Анита.

– Да! – она отвечает сразу же.

– Слушай внимательно, что тебе нужно сделать, – говорю твёрдо.

* * * * *

Объяснив Аните, как именно она должна поступить, осторожно выхожу в холл клиники. Приёмный покой находится сбоку, это другое помещёние, а здесь регистратура, справочное окно, несколько дверей в кабинеты, в том числе процедурную. Но главное, что мне нужно – большое панорамное окно в сторону улицы.

Если встать в угол, за стоящее тут же растение, напоминающее пальму, – вот удивительно, почему во всех клиниках заводят этих монстров? – то можно отчётливо увидеть кафе-булочную, в которой тоже панорамные окна от пола до потолка.

Я бы, может, не стал так рисковать. Ведь понятно же, что по любой логике первое, что мне стоит сделать по мнению того же Дамира, который в курсе, что Соню накачали какой-то дрянью – отвезти девочку в больницу. Мне на руку играет только то, что здесь вокруг сплошь корпуса клиники – целый небольшой квартал в центре. И выяснять, где именно мы находимся, можно долго.

Ну и, честно сказать, я надеюсь, что Анита не приведёт за собой хвост.

Да, глупо и чересчур оптимистично.

Но ради Сони, которая любит мать, мне хочется думать, что с Анитой ещё не всё потеряно. Особенно если учесть, каким говнюком оказался Артур.

Спустя небольшое время наблюдения вижу, как у кафе паркуется автомобиль. Вкривь и вкось, кстати. Надеюсь, Анита не под чем-нибудь.…

Женщина выходит из машины, дёргано оглядывается и заходит в кафе. Что-то там заказывает, садится сбоку, но через окно её можно разглядеть. Слежу за временем, и ровно через пять минут, как я и просил, она встаёт и уходит вглубь помещения.

Минута, пять, четверть часа… В кафе никто не заходит, и я немного расслабляюсь. Значит, хвоста, о котором она могла и не знать, нет. Остаётся риск, что она кого-то предупредила. Но на этот риск придётся пойти.

Вздохнув, отхожу от окна и через приёмный покой выхожу наружу – к счастью, там есть боковая дверь, которую я успел заметить заранее.

Ещё несколько минут немного хаотичных передвижений в темноте, и я встаю за спиной женщины, которая вглядывается в переулок впереди.

– Анита, – говорю негромко, и она вскрикивает, хватаясь за сердце.

– Ч-ч-чёрт, Славин, напугал меня до инфаркта…

– Это вряд ли, – хмыкаю скептически. – С наличием у тебя сердца есть большие сомнения, – сую руки в карманы, поморщившись – на одном запястье по-прежнему болтается браслет наручника, который я не смог пока снять и, чтобы не светить им, максимально сдвинул его назад, а второй браслет спрятал под рукав, благо получилось. – Что ты хотела мне рассказать?

– А с Соней.… я смогу поговорить? – Анита лихорадочно кусает губы, в глаза мне не смотрит, но видно, что ей не по себе.

– А ты ей что-то хорошее можешь сказать? – прищуриваюсь, глядя на неё. – До сих пор от тебя она только дрянь всякую слышала! Она твоя дочь, Анита! Ты априори должна была быть на её стороне! А ты что? Предпочла мужика, который чуть не изнасиловал невинную девочку!

– Не надо мне тут нотации читать! Ты-то не больно способствовал тому, чтобы она невинной осталась, так ведь?! – женщина кидает на меня яростный взгляд, но тут же сдувается, трясущейся рукой поправляет волосы, которые у неё в полном беспорядке. – Я ошиблась! А кто не ошибается, Славин? Скажешь, ты?

– Я тоже ошибаюсь, – слегка качнув головой, пожимаю плечами. – Мы с тобой сюда не собачиться пришли. Ты сказала, что можешь свидетельствовать. О чём? Точнее, о ком?

– Можно.… мы не здесь? Хоть в кафе зайдём… – кивает на соседний переулок.

– Говори, – резко качаю головой. – Времени на кофе с тобой у меня нет.

– Я…. не знала, что он такое делает. Я клянусь! Дамир, он... он же умеет быть обаятельным, понимаешь? Он может часами шутить, покупать подарки, водить в рестораны – а потом вдруг срывается, как будто в нём тумблер переключился.

– Ты знала, что в клубе творится? – смотрю на неё, прищурившись.

– Догадывалась. Но не обо всём, – она судорожно вздыхает, сжимает руки. – Я думала, это просто подпольные вечеринки, какие-то VIP-девичники. Не думала, что он.…

Качаю головой. Каким местом она думала и думала ли вообще – другой вопрос.

– После… после того, что он хотел сделать с Соней, я поняла, – Анита всхлипывает. – Он чудовище.

– Поздно спохватилась, – бормочу себе под нос, но она, кажется, не слышит.

– Я сама не спала этой ночью. Он ударил меня! Он... он в ярости. Орал, что ты всё испортил. Что «девка ушла».

Смотрит на меня, нервно грызёт ноготь.

– Он звонил кому-то. Говорил: «Брат, всё разваливается. Надо, чтобы она исчезла». Я не знаю, кто этот «брат».... Но Дамир как будто боялся его.

Замираю, вспомнив. Я ведь тоже слышал в разговоре.

– Ты слышала имя?

– Нет, – Анита качает головой. – Только «брат». Но он говорит это, как.… ну знаешь, не всерьёз. Как будто в шутку, понимаешь? Это не родной брат...

Киваю. Я и сам в этом уверен.

– Что ещё?

– Есть…. документы. Бумаги. Копии аренды, фиктивные договоры, – женщина сглатывает, – с девушками, которые у них якобы работали «PR-менеджерами». Подписи одни и те же – я однажды сравнила. Всё фальшивка. Ещё фото с камер, где кто-то выводит девчонок через чёрный ход. Он хранил всё на жёстком диске, я…. его забрала, – добавляет еле слышно, дышит тяжело, испуганно.

Глава 20

Андрей

Да уж, за такое её по головке не погладят.

– Он у тебя с собой? – спрашиваю негромко.

Анита кивает, роется в сумке, протягивает мне небольшой чёрный футляр.

– Там проводок есть, – добавляет. – У тебя мобильный….

– Сейчас гляну, – киваю, доставая свой смартфон.

Повезло, у меня разъём подходит. Подключаю жёсткий диск, быстро проглядываю файлы – их там дохрена. Фото, сканы, даже фрагмент переписки, где обсуждают «вот эту блондинку – её за ДПСниками не пришлют?».

– Кажется, те самые, – хмурюсь, вглядываясь в имена и немного смазанные фото сотрудников.