Одержимость. Семь ночей с незнакомцем (СИ) - Бетти Алая

Глава 40

Яна

Не верю своим ушам. Записывать песню⁈ Мою⁈ Пучу глаза на Абрамова.

— А ты, я смотрю, в продюсеры заделался? — хмыкает Алексей, — хлеб мой отнять решил?

Влад усмехается.

— Я помогаю Яне раскрутиться, другие меня не интересуют, — невозмутимо заявляет Абрамов.

— Это хорошо! — выдыхает его друг, — Яна, пойдём, всё тебе тут покажу.

Он ведет меня по тёмным узким коридорам. Всюду снуют сотрудники студии. Молодежь, примерно моего возраста многие.

Ассистенты, наверное.

Здесь витает неповторимая творческая атмосфера. Алексей с воодушевлением рассказывает о том, какая студия для чего и кто там работает. Узнаю много нового о труде звукорежиссеров, мастеров сведения и так далее.

— Так что любая песня, которую ты слышишь — результат работы десятков, а то и сотен людей. А вот — сердце нашей студии. Здесь рождается сама песня.

Мы проходим в то самое место, которое я так часто видела в кино и клипах. Но чтобы самой находиться? О таком даже мечтать не смела!

Комната разделена стеклом на две половины. В одной поразительная по своей сложности аппаратура, а в другой микрофон. Сколько раз я представляла себя, стоящей с огромными наушниками и поющей свою собственную песню!

Начинаю шмыгать носом от переполняющих эмоций.

— Ну как тебе? — спрашивает Влад, — нравится?

— Еще бы! — пищу от восторга, — это же студия! Я и помыслить не могла, что когда-нибудь окажусь здесь! Спасибо тебе огромное!

— Рад, что ты довольна, маленькая, — он целует меня в нос, — ну что, пришло время поработать?

Алексей выбирает мою первую песню. Я назвала её «Воин».

Писала в те моменты, когда нас с мамой пинали, словно футбольный мяч, от инстанции к инстанции. Пожалуй, это единственная моя такая воинственная песня…

​

Вихри гремят властные, стихия неистова,

Но сердце не дрогнет, не сломается вновь

Одиночество в молчанье и тишине, воистину

Сплетает венец из стали, несущий скорбь.

​

Тяжелый текст, но именно он не позволила мне сломаться.

И почему-то Алексей среди всех моих песен о любви выбрал именно эту.

— В ней много души, — поясняет продюсер, — она цепляет за самое сердце. Это нам и нужно. Зацепиться. Про любовь ещё напоёшься, это в тренде. Нам нужны их сердца, понимаешь?

— Наверное…

Но кое-что в тексте мне советуют поменять. Как выяснилось, здесь уже какое-то время работают над моим так называемым дебютом. Влад обо всём позаботился.

— Уф! — откидываюсь на стуле в кафе студии, — это было так здорово! Моя песня причесалась, мы с Марьяной долго обсуждали текст.

Марьяна Ильина уже давно пишет песни. Среди её клиентов куча звёзд. Очень приятная женщина. Грамотная.

— Я многому у неё научилась. Оказывается, написать песню — это не просто накалякать свои мысли в рифму. Там есть структура, много нюансов! — с восторгом рассказываю Абрамову о новом опыте.

— Ты прям светишься, — он накрывает мою руку своей.

— Спасибо, — смахиваю слезы, — это много для меня значит, Влад. Ты столько сделал…

— Просто я хочу, чтобы у тебя всё было. Наконец-то мои связи и опыт могут помочь самому дорогому человечку, — улыбается, делает глоток кофе, — говно у них кофе, надо Лёхе сказать.

Мы приступаем к записи. Из студии я выхожу глубоким вечером совершенно другим человеком. Узнав эту «кухню» изнутри, чувствую себя просто волшебно!

— Ну что, в ресторан, потом вернемся в отель? — подмигивает мне Влад.

Не выдерживаю и бросаюсь на шею к своему мужчине. Всем телом прижимаюсь. Я так благодарна!

— Спасибо, — целую Абрамова, — ты открыл для меня целый мир!

— Это твой мир, маленькая, — улыбается он.

— А это правда, что сказал Алексей? — хихикаю, усаживаясь на пассажирское сиденье.

— Что именно? Он много болтал, — смеется Влад.

— Ты теперь мой продюсер?

— А ты этого хочешь? — хитро прищуривается.

— Да, — тихо говорю.

— Это не самая лучшая идея, Ян, — вздыхает Абрамов.

— Почему это? — дую губы.

Перспектива, что мой любимый будет всегда рядом, будоражит. Я не хочу упускать этот шанс.

— Потому что у меня будет постоянно стоять. А ты будешь мокрая… какая работа? — усмехается, вгоняя меня в краску.

— Я об этом не подумала, — хмыкаю, — но всё равно это не причина. Я хочу, чтобы ты стал моим продюсером. Никого другого не хочу…

— У Лёхи есть для тебя варианты.

— НЕ ХОЧУ! — выпаливаю, скрещиваю руки на груди.

— Яна, — хохочет Влад, — давай обсудим это чуть позже. Сейчас у нас, вроде как, медовые выходные.

— Прости. Просто я правда хочу только тебя…

— Знаю, малышка. Я и сам не горю желанием отдавать тебя кому-то другому. Но есть нюансы, которые мы обязательно обсудим. А пока… что ты хочешь покушать? Как насчет ресторана на воде, м?

— Ого! Хочу!

— Отлично. У меня как раз пара билетов завалялась на Редиссон, — усмехается Абрамов.

— Ты знал! — тычу в него пальцем.

— Давно хотел тебя сводить. А потом…

Он притягивает меня к себе, жадно впивается губами. Я тут же возбуждаюсь, сжимаю ноги. От ласки этого зверя с ума схожу…

— Потом я всю ночь буду тебя трахать, звёздочка… готовься…

— Я всегда готова, Владислав Львович, — облизываю губы, беру руку мужчины и запускаю к себе под юбку, — вы же чувствуете?

— Блядь… ты опять вся мокрая, — хрипит он, — кажется, я открыл ящик Пандоры.

Прикусываю его шею, срываю рык с губ мужчины. Люблю дразнить его. Влад ласкает меня, вставляет два пальца. Большим массирует клитор.

Кончаю почти сразу.

Абрамов протягивает мне пачку салфеток.

— Поехали покушаем, полюбуемся на красивый ночной город, а потом вернемся в номер и попробуем кое-что новенькое.

Глава 41

Влад

Утром в понедельник стою на балконе отеля и блаженно курю. Еще совсем рано, около четырех часов. Янка заснула недавно, всю ночь мы с ней занимались любовью. Уделал свою звёздочку.

Такая маленькая девочка, но огня в ней очень и очень много.

Прикрываю глаза, улыбаюсь. Вспоминаю жаркий субботний вечер…

Мы прекрасно провели вечер в Рэдиссон. Я покормил свою уставшую звёздочку, мы насладились прекрасной поездкой по Москве-реке. С пристани решили добраться пешком до отеля.

Целовались на каждом углу.

Это было потрясающе.

Потом вернулись в отель.

— Влад… ах… ммм, — Янка полностью отдаётся моим рукам.

— Иди ко мне, маленькая, — шепчу, сжимая в руках маленькое тельце Яны.

Стягиваю с неё платье…

Терплю, ведь безумно хочу его порвать. Но Янке оно очень нравится. Так что лишь скольжу пальцами вдоль молнии, нащупываю язычок и расстегиваю наряд. Любуюсь худенькой ровной спинкой.

— Ты вся в мурашках, маленькая, — шепчу, проскальзывая к ее животу.

Ощупываю тазовые косточки. Глажу пупочек. Яна очень сексуальная девочка…

— Влад… а что…

— Тшш, — шепчу, — сейчас мы с тобой поиграем, девочка моя. Стой смирно.

Иду к шкафу, куда заранее спрятал кое-что для нашего веселья. Повязку на глаза, длинную тонкую палочку с пёрышком на конце и наручники. Настоящие, у знакомого в органах в своё время позаимствовал.

И ещё одну вещь: анальную пробку.

Взял на всякий случай, но сексуальность моей звёздочки льется через край. И я смогу поиграть с её сладкой попкой. Открыть малышке Яне кое-что новое…

Надеваю на глаза девушки плотную ткань, завязываю. Затем стягиваю с неё трусики. Она стоит, вся такая крошечная, дрожащая. А у меня хер рвёт джинсы.

— Иди сюда, — веду её к постели, укладываю на спинку, — подними руки.

— Что ты делаешь? — она вся сжимается, боится.

— Ты мне доверяешь? — шепчу нежно.

— Да…

— Знаешь, что я тебя не обижу и больно не сделаю?

— Угу, — кивает, облизывает губки.