Дар ледяного огня (СИ) - Майер Кристина

Их эта новость не обрадовала. Они приосанились, но не сдались: дверь все так же была закрыта, и открывать ее они не спешили.

– Нам тут на ушко сообщили, что ты, горячая штучка, любишь зажигать сразу с двумя парнями, тебе нравится грубый и жесткий секс.

Если про себя я и кричала от возмущения, то вслух пока ничего не произнесла: так оторопела от данного заявления. Мои глаза ползли все выше.

Если я сейчас открою рот, то кроме слюны и нечленораздельного бормотания выдать ничего не смогу. Возмущению моему не было предел! Момент, когда эти гады подошли совсем близко, я пропустила.

Они стали тянули свои руки ко мне. Меня накрыла волна ужаса.

– Ну не робей, мы будем достаточно жесткими. Тебе понравится, обещаем, – ехидно засмеялся оборотень, обнажая ряд ровных белых зубов. Затем он опустил руку к поясу и стал расстегивать ремень. Отступать мне было некуда, я еще сильнее вжалась в дверь.

– Не стесняйся, Таяла, раздевайся. Сделаем это по-быстрому, тебя в накладе тоже не оставим, – неприятно захихикал второй, который стоял уже по пояс голым.

– Стойте! – Выставила вперед руку. – Вы меня с кем-то спутали!

Нельзя паниковать. Думай, думай! А то они меня тогда точно отсюда не выпустят! Особенно этот здоровый оборотень – почувствует во мне свою добычу.

– Что ты перед нами ломаешься? Думаешь, нас природа хуже наделила, чем всех тех мужиков, с которыми ты по ночам встречаешься?! Так ты зря сомневаешься, сейчас мы тебя удивим!

Что за бред?! Я не хочу этого видеть! Штаны с трусами оборотня стали спускаться вниз, я зажмурилась и отвернулась.

– Надень штаны! – истерично закричала я. Мою просьбу проигнорировали. Полностью обнаженный маг подскочил ко мне и зло проговорил мне в лицо:

– Раздевайся сама или мы тебе поможем!

Ну нет, страх страхом, но так просто я вам не сдамся.

– Запрячь своего дохлого лысого крысеныша обратно в трусы и не пугай меня! Кто-то вас очень подставил, вы идиоты…

Тут я начинаю падать назад, но попадаю в чьи-то руки, которые надежно меня держат. Кто-то с той стороны открыл дверь. Я подняла взгляд на спасителя – это был профессор Гераст.

Штаны мои обидчики успели быстро надеть, но по злому взгляду Гераста понятно, что он успел достаточно увидеть.

– Что здесь происходит?! – От его голоса исходили такие вибрации… – Вы что, решили закрыть от меня мою же аудиторию?! – Поставив меня и убедившись, что падать в обморок я не собираюсь, он направился в сторону этих идиотов. – Затащить сюда девчонку и напугать ее до смерти – это поведение настоящих мужчин?! – крикнул он. Вздрогнули все.

– Ты хотела остаться с ними наедине? – спросил профессор, поворачиваясь ко мне.

Мой голос опять пропал в самый неподходящий момент, и я замотала головой, восполняя активной невербальной коммуникацией свою немоту.

– В ректорат, бегом! А ты, – уже спокойнее, – на занятия иди… И запомни: если я вызываю к себе, то передаю записку, внизу которой стоит моя подпись.

Откуда он узнал?

Как выяснилось позже, его встретили Диана и Саяна в коридоре, когда Гераст направлялся совсем в другую от аудитории сторону. Подумав, что профессор отправился на мои поиски, они поспешили его успокоить и доложить, что я его уже жду в кабинете. Он им ничего не объяснил, вопросы не задавал – сразу развернулся и, как выяснилось, поспешил ко мне на помощь.

Позже стало известно, что за всем этим стояла Шула. План полностью придумала она, вовлекая в эту ловушку и парней, которые были не в курсе обмана и поверили всему тому бреду, что девушка наговорила им про меня. Парней ожидает месяц жестких тренировок. Если они отделались на этот раз строгим выговором, а при повторном нарушении им грозит вылететь из академии без права на восстановление, то девушку отчислили сразу. Она может пойти учиться в другую академию, но в личном деле ей сделали запись о непристойном поведении. Как правило, таких студентов другое учебное заведение, дорожащее своей репутацией, принимать не хочет.

Наши попытки все скрыть, успехом не увенчались: к вечеру об этом происшествии говорили все. Свита Шулы обвиняла меня в ее исключении. Кто-то не стал выяснять правду и просто поверил девчонкам. Но большинство студентов старались во всем разобраться, они подходили к моим друзьям и спрашивали о том, что сегодня произошло. К вечеру почти не осталось тех, кто считал меня виноватой.

В этот день ни на чем сосредоточиться не получалось, эта история не выходила у меня из головы. Вот о чем меня предупреждал Хигир – только сейчас я вспомнила наш с ним разговор.

Осознание того, что могло сегодня произойти, не вмешайся профессор Гераст, пришло позднее. Мне захотелось спрятаться, выпить чая и спокойно все обсудить с подругами. Когда поблизости куча студентов, крутящаяся специально вокруг тебя, пытается поймать каждое твое слово, говорить не хочется.

Сидя на диване с подругами с кружкой чая, я успокаивалась, пересказывая события тех минут. Безоговорочная поддержка девушек, возможность все это выговорить, целебный чай и объятия Саяны помогли мне прийти в себя.

Саяна ментально рассказала о случившемся Айрону. Он был не доволен принятым решением, но оспаривать его не станет, чтобы не подрывать авторитет ректора. О слишком мягком наказании он лично переговорит с ректором: малейший намек на подобное поведение студентов, должно как минимум караться ссылкой в Вард.

К нам постучала Рузанна и передала, что внизу меня ждет Касан. Девочки напряглись: после сегодняшнего доверять они никому не собирались. Лина отправилась проверить, действительно ли это он. Следом за ней мы и даже Рузана, которая еще стояла у дверей. На улице меня ждал Касан.

– Можно с тобой поговорить? – Его голос был глух, парень был расстроен – это заметили все.

Девочки хоть и знали его, вели себя настороженно и заходить не спешили.

– Со мной она в безопасности, я лучше себе руку отрежу, чем обижу ее. – Говорил он спокойно и уверенно. – Не стойте на крыльце. Мы в саду посидим.

Девочки ему поверили и оставили нас.

– Как ты? – поворачиваясь ко мне лицом, спросил парень.

– Уже нормально, хотя и плохо мне не было. Просто испытала шок.

– Мы с ребятами особо тугоухим объясним, как себя вести, не переживай. – Похоже, что парень воспринял это слишком близко к сердцу. Не переживу, если его отчислят из-за меня.

– Не хочу, чтобы у тебя были неприятности, – произнесла я, усаживаясь на лавочку. Он ничего не ответил. Касан ведет себя сдержанно, говорит мало – просто не сводит с меня глаз, заставляя смущаться.

– Оставьте их. Думаю, они усвоили урок, что не стоит верить обиженным, ревнивым, злым женщинам.

– Я чувствую себя виноватым, – тихо произнес парень, опуская глаза.

– Из-за чего? В чем ты виноват? В том, что не отвечал на ее чувства? Ей надо было кого-то возненавидеть и выплеснуть свою обиду. Люди разные, ты не мог знать, на что она способна, поэтому не вини себя. Если по природе своей человек злой и способен на подлость, ему и повод не нужен, чтобы эту подлость продемонстрировать.

– Я видел тебя с тем парнем. Ты в него влюблена? – неожиданно перевел он тему. Я сначала подумала, что он видел меня с Эдвардом и растерялась, не зная, что ответить. Нет, он не про Эдварда говорит. Он имеет виду Тима.

– С чего ты взял, что я в него влюблена? – Мой голос звучит возмущенно.

– Не обязательно в него. Но я чувствую, когда девушка не отвечает на мой поцелуй. Ты меня не оттолкнула, но и не приняла, а потом я увидел вас вместе, сделал выводы. В любом случае, я не прав, ведь ты мне ничего не обещала…

– Касан. – Я взяла его за руку. – Ты замечательный парень и сам прекрасно знаешь, что красив. Ты мне правда нравишься. Но есть в моей жизни мужчина, который давно поселился в моем сердце – тут ты прав. Но это не Тим – парень, которого ты видел, – он из городка, откуда я родом.

– С тем парнем у вас серьезно? – с надеждой спросил Касан. Мне бы хотелось ее дать, но… – Ты всегда одна, где он?