Юлия Лихачева - Кисса (СИ)

Все затихло, время как будто остановилось. Ника знал - они там, а они знали что он тут. Узнать их количество казалось невозможным - они не живые. Нельзя посчитать сердца, если они не бьются. Даже музыка совсем перестала пробиваться через щели, хотя представление определенно продолжалось. Рисса тоже что-то почувствовала, замерев у стены и оставив волосы в покое. Дыхание ее участилось, кровь быстрее побежала по венам, от чего запах приникающий из - за двери усилился, а сам Ника еще больше напрягся, ощущая одновременно и голод, желание сделать больно такой пугливой жертве и стремление погрузится во влажную глубину, стиснуть в своих руках хрупкие плечи, остановить дыхание поцелуем.

Боясь лишний раз сдвинуться, что бы не нарушить хлипкое выжидательно равновесие, Ника осторожно повернулся к двери. Поскольку пол был усыпан осколками разбитых банок, пластиковыми чашками, деревянными дощечками и прочим мусором, то подойти ближе ко входу, не создавая шума, было невозможно.

-Бл*дь! Мы так полгода друг друга ждать будем! - Алкоголь и секс бурлившие в его крови, напуганная и возбужденная Рисса в полуметре от него - все это подогревало его желание драки и делало ожидание почти невыносимым. Он прекрасно понимал, что при полном зале людей “гости” не решаться грубо атаковать это помещение, но и так же осознавал что и сам не решиться вынести предстоящую бойню на всеобщее обозрение. Но и время, уходящее в пустую, истощало его терпение, а в преддверии полнолуния это могло быть черевато превращением в огромного кота в центре клуба.

-Кис-кис-кис! Ника, лапушка, выходи! -Странные свистящий шепот, донесшийся из-за двери и гогот последовавший за ним почти вывели оборотня из равновесия. Кожу закололо, а ногти на руках начала удлиняться, превращаясь в острые кошачьи когти. Рисса вздрогнула и ее слабое сердечко бешено заколотилось в груди. - Знаешь, котик, предлагаю тебе обмен…

Ника был готов сорваться с места и выбить эту чертову дверь, настолько все его инстинкты говорили о том что за дверью находится враг, которого жизненно необходимо уничтожить. При слове “обмен” мышцы на его спине мгновенно увеличились в размерах, а кожа на шее покрылась черными волосками. Ника молчал, изо всех сил пытаясь удержать себя от превращения и от последующего нападения на своих врагов. Он мысленно твердил себе что нужно узнать что они хотят, кто их хозяин… Кто такие, кто хозяин, что им нужно… Кто такие, кто хозяин…

-Меняем девушку на машину. -Ника вначале но понял о чем идет речь вообще и как человеческая жизнь может стоить какой-то машины. -Знаешь, прекрасная машина, редкий экземпляр…Твоя Хемикуда просто мечта! Ну так что? Ты согласен? Я знаю как ты любишь свою “красавицу”…

Когда до Ники дошло о чем идет речь, он взревел. Банки, бутылки коробки ломались и лопались под его ногами, когда он двинулся к двери, уже не скрывая своего присутствия. Они! Они! Эти дохлые мудаки посмели к ней прикоснуться! Эти могильные уроды еще и обмен ему предлагали!

Последние остатки здравомыслия покинули Нику. Мышцы сократились, напряглись, острые когти медленно выросли, а глаза застлала кровавая пелена. На задворках сознания он услышал крик Риссы, почувствовал боль в ноге от неудачно лопнувшей банки, но уже ничто не могло его остановить. Эти ублюдки тронули самое святое, а мысль об убитых детях только подогрела его ненависть.

17 глава 2 часть

В голове пульсировала и переливалась кровавыми цветами одна мысль - убить. Ярость клокотала в груди, стремясь вырваться на свободу яркой вспышкой слепого насилия. Испытания прошедших дней, близкая луна, алкголь и точное понимание того, что твари стоящие за дверью перешли все мыслимые границы, заглушали разум, выворачивая сознание наизнанку и воспламеняя самые страшные желания.

Прохлада рук, опустившихся на горячую шею приглушила жжение ненависти, а нежный и тонкий аромат жизни прогнал из головы запах смерти. Ника судорожно дернулся под руками девушки и замер.

-Ника, Ника… Не надо! Там люди. Ты слышишь? - Оборотень встряхнул головой и низко зарычал. Слишком много злобы, слишком много желаний что бы удержаться. -Ника, нельзя так… Что ты собрался сделать? Скажи мне?!

Такой простой вопрос разогнал всю его решимость. Действительно… Что он собрался делать? Выскочить и устроить бойню на глазах у десятков людей, подвергнув их опасности? Или может он собирался впустить гостей и в темноте разобраться с ними, подвергая опасности Риссу?

-Бл*дь! -Ника повернулся к девушке, подняв в воздух осколки и раскидав банки. Внезапная мысль заставила его еще больше напрячься. - А где Дуки? Где этот чертов ублюдок?

-Ника, он же в зале ждет. -Ника чувствовал как напугана Рисса, и как она боится возможного обмена и изо всех сил старается не показать этого. Хитрая сучка. И Дуки в зале нет. Он не мог не почувствовать такую вспышку Никиной агрессии и не ответить на нее. Куда провалился это недотраханный волк?

-Так детка, слушай меня… Сейчас я открою дверь и впущу наших гостей внутрь. Встань у этой стенки и не шевелись. -Ника пихнул Риссу перед собой так, что бы когда деврь откроется она оказалась за ней. Старясь не обращать внимание на хлам под ногами девушка пробралась к двери и затихла, что, впрочем, не имело особого смысла, так как ее сердце колотилось в бешеном темпе и даже простой человек, наверное, мог его услышать.

-Где машина? -Превращение началось и поэтому эти два слова прозвучали приглушенным рыком, наполнившим все небольшое помещение.

-А! Кисса, ты все таки решился! Не волнуйся, твоя красавица стоит у черного входа и ждет своего любимиго хозяина. Отдаешь девушку - получаешь ключи и спокойно уходишь. Уходишь вместе со своим мирно спящим волченком… -Голос, слащавый до тошноты, свистящий и липкий как гнильная слизь просачивался через щели и оплетал своими склизкими щупальцами Нику и Риссу. Оборотень, в начале морщившийся от отвращения, на последних словах застыл, покрывшись холодным потом.

-Детка, стой где стоишь и ничего не делай… - Сделав несколько глубоких вдохов и втянув когти, Ника мелкотрясущимися руками нащупал ручку и надавил на неет. Что бы дверь открылась ему пришлось отступить на шаг назад. С медленным и тихим скрипом защита отворилась прикрыв собой Риссу и открыв оборотню выход в шумный и беспечный зал. Представление шло своим чередом, а охрана стояла у стен как будто не замечая групу странных людей столпившихся у входа в кладовку. Дуки лежал на животе, раскинув руки и не подавая признаков сознательного присутствия. Рядом с ним стоял белобрысый тощий мальчишка с такой бледной кожей и запавшими глазами, что казался мертвецов, коим, по сути, он и был.