Цвета солёной карамели (СИ) - Кондр Светлана

Мы зашли в нашу квартиру и закрыли дверь, преграждая путь к отступлению. Я готов заколотить выход из квартиры, лишь бы Самира больше не ушла. Я уже не представляю нашего существования без этой девушки и ни Хлоя, ни какая другая женщина мне не нужна.

- Самира, зачем ты бежишь от нас? Ну пришла наша бывшая, а ты сразу нас и отдала, - сказал я подходя ближе. Она продолжала стоять на пороге, уже не чувствуя себя здесь уютно.

- Я не собираюсь вас удерживать рядом с собой, если вы сами этого не желаете… и уж тем более делить вас с кем-то, - она посмотрела на Ричарда, и опустила глаза в пол.

- Не было у меня ничего с ней. Она появились у меня в кабинете без трусов и порвала на себе блузку, желая соблазнить и надеялась, что я куплюсь на это, - Рич подошёл к ней и зарылся руками в её волосах. - Я знаю, что случайно назвал тебя Хлоей, но только потому, что утром думал о ней, но это не то, о чём следует переживать. Я обдумывал всю ситуации в целом и сразу скажу, что во время поцелуя, я понимал, что к этой девушке ничего не испытываю и не надо надумывать. Я только тебя люблю, - не дожидаясь её ответа Рич поцеловал Самиру.

Я прикрыл глаза и улыбнулся, потирая подбородок. Вот и наступил этот день, когда мы можем прямо об этом сказать.

- И я люблю тебя, Карамелька. Нам никто кроме тебя не нужен, ты лучшая, - я сделал шаг и оказался рядом с ними. – Красивая, нежная, добрая, покорная, никто не сравнится с тобой в этом. Иди ко мне, - взяв её за талию, я потянул Самиру на себя, чтобы тоже вкусить сладость её губ. Но они были солёными от слёз, Самира молчала и плакала, отдавая поцелую всё желание.

- Идём, ты у себя дома и не веди себя так, будто мы не прожили полгода вместе, - Ричард взял её за руку и повёл в нашу комнату. Как не был велик соблазн, не задерживаясь тут, мы прошли в ванную.

- Нужно обработать твои царапины, - я достал аптечку и вытащил оттуда антисептическое средство. Несколько ссадин виднелись на её щеке и руках. Самира стойко, ни разу не поморщившись, выдержала все мои прикосновения, пока я протирал раны, после этого я поцеловал их, чтобы быстрее зажило. После драки Самира была потрёпана, но Хлое досталось больше. Самира оказалась не промах, она так сильно била свою соперницу по лицу, что у той лопнула губа и скулы были все красные, скорее всего появятся синяки.

Ричард стал раздевать Самиру, я тоже скинул с себя одежду и зашёл в душевую. Самира зашла следом, а дальше Ричард. Теплые капли воды, смывали весь груз сегодняшнего дня. Но Самира была всё также закрыта от нас и не смела даже двигаться, хотел бы я знать, что сейчас происходит в её голове. Не хочу, чтобы после сегодняшнего дня она переменилась и перестала нам доверять. Паршивка Хлоя устроила первое испытание на прочность наших отношений, и мы не очень хорошо справились, но всё это от неожиданности её появления и ненормального поведения.

А Самира… она такая хорошая и красивая, но очень неуверенная в себе. Мне всегда казалось это странным, как такая шикарная девушка, может быть такой боязливой и замкнутой, а сегодня она просто взяла и отступилась от нас. Она не стала бороться, а просто решила уйти.

И тут я для себя осознал одну вещь.

Возможно, она не испытывает к нам глубоких чувств, поэтому с такой легкостью собралась и ушла. Она даже не стала устраивать разборок, что-то выяснять и скандалить… А после нашего признания, Самира ничего не ответила, любит ли она меня и Ричарда? Она заботится о нас, проявляет ласку и нежность, делает всё что мы говорим, но это не означает и не подтверждает её влюблённости в нас, это просто в знак принадлежности.

- Самира, не молчи. Скажи хоть что-то, - сказал Ричард, ведь с тех пор как мы пришли она проронила всего пару фраз. Самира села на пол и закрыла лицо руками. Мы посмотрели с Ричардом друг на друга и стали ждать, когда она заговорит:

- Меня уже предавали и это отложило свой отпечаток. И всё что сегодня произошло сделало меня не нужной.

- Девочка моя, - я присел к ней и Ричард вместе со мной. – Ты нам нужна, только ты. Зачем нам кто-то, если ты даёшь нам всё что мы желаем. Тебе не надо сомневаться в нас, мы хотим только тебя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Простите, но теперь я в этом неуверена.

Глава 42

Самира

Да, может я загоняюсь, но после случившегося их слова о любви мало значат для меня. Не так всё должно происходить, не при таких обстоятельствах. Когда мы были счастливы, мне хотелось услышать «я люблю тебя», и я наивно ждала от них эту фразу, ведь у нас для этого было много моментов, а получить желаемое довелось только тогда, когда им пришлось действовать на меня уговорами. Получается, всё произнесённое ими о своих чувствах, сказано под давлением и может быть неискренне.

Возможно, когда я поостыну и смогу мыслить трезво, то по-другому на всё это посмотрю, но не сейчас. И для себя я решила, что не буду признаваться им в ответ и показывать, как мне на самом деле больно от всего того, что произошло.

Как мне быть в сложившейся ситуации? Я не знаю, стоит ли довериться им снова? Я сейчас хочу одного - уехать куда-нибудь далеко-далеко, чтобы побыть одной и дать волю эмоциям, слезам и страданиям.

Для меня это место снова стало чужим, не моим… И пускай здесь повсюду всё напоминает обо мне – это не мой дом, и мне даже идти не куда. У меня ничего нет…

- Мне нужно побыть одной, - тихо произнесла я. На примирительный секс в душе я совершенно не была настроена и не смотря на то, что их обнажённые тела блестящие от потока воды всё так же возбуждали меня, я желала чтобы никто ко мне сейчас не прикасался.

- Хорошо, мы понимаем тебе нужно время, - Ричард вышел и протянув мне руку, помог переступить через порожек. Он накинул на меня полотенце и довёл до спальни Данилы. Я прошла и сбросив полотенце легла. Рич посмотрел на меня долгим взглядом, закрыл дверь и ушёл. Подушка пахла ими и обняв её, я начала безустанно рыдать, прикрывая лицо, чтобы меня не было слышно. Я оплакивала не только то, что произошло сейчас ну и всю свою никчёмную жизнь, в которой я ничего не добилась. Мне следовало бежать следом за Бронсоном, я бы тогда не испытала столько боли и я была бы иной.

Они думают, почему я такая неуверенная в себе, да как после всего что со мной было, я могу быть другой…

Всё что сегодня я перенесла эмоционально - это будто повторение… Когда-то с появлением новой девушки в моих прежних отношениях изменилось всё.  Эльберт привёл себе следующую забаву и сказал, что я ему теперь не нужна и он продал меня самому отвратительному типу у нас на районе, которому задолжал деньги проигранные в карты. Вот так, в традициях старой доброй Англии – накинуть веревку на шею и вести на рынок, кто больше предложит, тому и достанется жёнушка.

- У тебя теперь новый хозяин, а твоё место займёт - Карла, - как сейчас помню его слова. Я не смогла даже вещи собрать, Рон пришёл и увёл меня к себе. Хотела ли я идти? Нет! Ни за что! Но перед этим Эльберт без раздумий вколол мне наркотик и меня увезли. Интересно, он хоть почувствовал немного сожаления, что отдал свою жену?

Тогда моё сознание было будто в тумане, и это было даже хорошо, потому что всю ночь новый хозяин потешался над моим телом. Я не помню подробностей, только вырванные тошнотворные картинки похотливого ублюдка, нависающего надо мной. Когда я очнулась на холодном полу подвального помещения, где он меня бросил как собаку, первое, о чем я подумала, что Эльберт просто в очередной раз за что-то так наказывает меня, вот-вот всё закончится и я вернусь домой. Но реальность раскалённым прутом проникала в сознание, выжигая в нём мою любовь к мужу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мне даже не выделили комнату, я должна была делать только одно - развлекать Рона в этом полусыром помещении со скрипучей железной кроватью. Маленькое немытое окошко, под самым потолком, через которое едва проникал свет, грязные кирпичные стены, кровать и унитаз в углу - вот всё, что окружало мою жизнь в заточении. Это было самое худшее время в моей жизни. У меня очень часто случались панические атаки, я не могла толком есть, да и не давал он мне то, что нужно было организму. Так длилось пока я не забеременела… Рон никогда не предохранялся, заливая своей вонючей спермой моё тело и я очень боялась что это может случиться. Через два месяца он очухался, что у меня нет месячных и вызвал акушерку-коновалку, Она лишила меня не только возможности родить ребёнка, но и иметь детей в будущем. Вот тогда я окончательно сломалась. Если до этого, всё время, проведённое в заточении я строила планы на побег, даже отковыривала от размытого края стены кусок кирпича, в надежде оглушить им Рона, то теперь мне стало все равно на свою дальнейшую судьбу.