Ванесса Фульгарис - Сексуальное Рождество

— Сейчас я тебя трахну, — сказал старый мужчина хриплым голосом; его член по-прежнему был твёрдый. Он протянул руку в мокрые лобковые волосы трепещущей влажной киски Яны, и было очевидно, что её возбудил мужской член в собственном рте.

— Будет немного больно, — прошептал Йонас позади неё, — но потом чудесно.

Мастер вплотную подошёл к Яне и обхватил одной рукой её зад, толкнув вперёд. А потом он одним движением проник в неё.

Мокрое влагалище Яны раскрылось, принимая в себя старый, твёрдый как камень член, и плотно его окружило. Он двигался внутри неё, и в животе девушки становился всё горячее, пока в жарких движениях возрастало её желание. Она больше не могла дальше скрывать своё возбуждение.

— Да! — кричала она, и ягодицы Яны выгибались навстречу твёрдому члену, и её тело содрогалось от жёстких ударов.

Йонас держал свой пенис сомкнутой рукой и быстро двигал крайнюю плоть вперёд и назад. Другой рукой он двигал по раздвинутым бёдрам Яны, и по её промежности, чувствуя проникающий во влагалище настойчивый член своего учителя. Впрочем, он больше не мог ждать, его рука двинулась назад и немного вверх по направлению к анусу молодой девушки. Между ягодицами мужчина почувствовал маленькое тесное анальное отверстие, которое растянулось под его прикосновением. Влажными пальцами он смочил круглое отверстие соком из её киски, шагнул ещё ближе и скользнул внутрь.

Его член мягко и настойчиво толкнулся в притягательное отверстие. В нём всё больше поднималось возбуждение, и когда он почувствовал, что Яна полностью расслабилась, и услышал беспрерывные радостные крики, с которыми она реагировала на удары старика, Йонас не мог больше сдерживаться.

Короткий крик боли вырвался у Яны, когда второй член проник в её задний проход, растягивая и наполняя девушку. Йонас мягко и осторожно двигался в её попке, пока мастер снова и снова безжалостно наносил удары спереди. Яна находилась в подвешенном состоянии между ними, её лицо было покрыто потом, глаза затуманенные, рот искажён тихими криками желания.

Йонас стонал и трахал её, наслаждаясь теснотой и слушая хлюпающий стук своих яичек об её упругие ягодицы, вдыхая запах секса, и почувствовал липкое тепло расплывающегося в удовольствии тела перед ним. Его руки скользнули к бёдрам Яны, и он почувствовал одну из рук своего Учителя на своей.

— Я... я сейчас кончу, — выдавил старик сквозь сжатые зубы. Его удары становились всё жёстче, потом ещё быстрее. Йонас почувствовал содрогание тела Яны и поддержал её, когда старик, наконец, проник в неё последним сильным ударом своего члена, откинул голову назад и громко закричал, в то время как орошал тесное влагалище Яны спермой.

Яна охала и стонала, когда он отходил назад. "Я хочу кончить в ее киску", — мелькнуло в голове у Йонаса. Он медленно вытащил свой член из узости её заднего прохода, пока просовывал руку вперёд к клитору Яны. Мужчина почувствовал запах тела своего учителя и оплодотворяющей влаги на теле девушки, и пока он нежно её ласкал, то проник сзади в киску Яны. Тело девушки дрожало, когда Йонас медленно её трахал, и когда она под его движениями и соприкосновениями, наконец, громко закричала, он тоже кончил и излил свою сперму в неё.

Последнее заклинание освободило ноги Яны от невидимых оков, она стояла изнуренная, но очень расслабленная, пока горячая сперма стекала по её бёдрам.

— Спасибо за твою помощь, — сказал Маг, который между тем оделся, и выражение его лица снова стало сдержанным и торжественным. Йонас подошёл к ней, обнял и горячо поцеловал.

— Теперь всё будет хорошо! Я получил достаточно волшебной силы, чтобы окончательно устранить капитана.

На следующий день капитан загадочным образом исчез; никто по нему не скучал.

А бывшая юная нищенка продолжала жить в покое и счастье вместе с Йонасом и его старым магом. И если они не умерли, то продолжают жить и по сей день.

Горячий Рождественский подарок

— Так, милашки – хороших снов! Завтра сочельник!

Дорис выключила в детской свет и закрыла за собой дверь, зная, что обе её девочки, наверное, совсем бы не сомкнули ночью глаз. Хорошо спрятанные подарки всё ещё стояли в заднем углу спальни Дорис, но мысли о красиво упакованных игрушках, сладостях и аппетитном праздничном ужине вряд ли позволили бы детям успокоиться.

"И мне тоже нет", — Дорис вздохнула; теперь, когда маленькие ураганы были в постели, стресс действительно отступил. Печенье выпечено, лакомства оформлены на разноцветных тарелках, ясли установлены под рождественской ёлкой, и подарки искусно драпированы на столе. Даже подготовка к завтрашнему рождественскому ужину потребует некоторого времени для завершения, потому что заявятся родители Дорис и её мужа, и свекровь, которая почти каждый раз с язвительным удовольствием перемывала ей косточки по каждой мелочи.

"А кто, собственно, вспомнит обо мне?" — неоднократно думала она этим вечером, когда тремя часами позже сидела на краю кровати в своей спальне, изнурённая и грустная. Её взгляд упал на фотографию в белой рамке на столике рядом с двуспальной кроватью – на ней была изображена Дорис со своим мужем Карлом. Оба смеялись в камеру, холодный морской ветер растрепал их волосы и окрасил носы в красный цвет. Это был прекрасный отпуск, три года назад, когда Карл ещё не работал дальнобойщиком. С тех пор много изменилось – не только график работы, но и, в сущности, сам мужчина, которого, как полагала Дорис, она знала раньше.

Карл только завтра вернётся из своего LKW-Тура (прим.пер.: автомобильного грузового тура) и Дорис ужаснулась собственным чувствам, когда должна была признать, что она в действительности не может радоваться. Всё чаще он казался ей чужим, изредка показывая понимание того, что Дорис чувствовала себя одинокой и не любимой.

— О, глупости, мой зайчик, — смеялся он тогда, — я же тебя люблю!

Но верно ли это? Он всё реже и реже бывал дома, и если бывал, то был слишком уставший, чтобы захотеть большего, чем просто спать рядом с Дорис.

Дорис встала с кровати и посмотрела на себя в настенном зеркале. Она видела измотанную привлекательную женщину с усталыми глазами, соломенными волосами и бросающимися в глаза морщинами вокруг рта и глаз. Она сняла белую сатиновую ночную сорочку и стала крутиться туда-сюда. Женщина осмотрела свои полные груди с тёмными сосками, которые без сомнений, всё ещё были прекрасные. Она нежно провела кончиками пальцев между грудями вниз, мягко покружила вокруг пупка и переместилась дальше к ластовице её белых мягких сатиновых трусиков. Дорис почувствовала, как руки и живот покрываются "гусиной кожей", пока продолжала нежно кружить руками вокруг талии и бёдер и затем просунула руку в свои трусики. Она мягко надавила на мягкий клитор, там, где раскрывались её половые губы, помассировала его и одновременно обхватила одну из своих грудей. Женщина посмотрела в зеркало и поняла, что, несмотря на усталость и постоянные отказы Карла, многие мужчины охотно бы оказались на месте её мужа – нет – её любовника.