Однажды на реалити-шоу (СИ) - Салах Алайна

Цепкий взгляд женщины проходится по мне, заставляя тело слегка напрячься. Неприятная она, эта Инга, и на людей смотрит как на мясо.

-- Как ты изменилась… -- Она морщит лоб, который отчего-то не морщится. – В общем, слушай. Через пять минут здесь будет лимузин, который отвезет тебя в особняк. Там тебя встретит Котов…

-- Меня одну? – ляпаю я.

-- Ты сценарий вообще читала? Там будут все участницы. Жених встречает каждую по отдельности. Твоя задача – играть на камеру. Так как ты вылетаешь в первом круге, сильно можешь не напрягаться. Улыбнись, какую-нибудь глупость скажи. Вроде «Я всегда мечтала с вами познакомиться и вот это день настал».

-- Может, «Я хочу от тебя детей»? -- фыркаю я.

-- Можно и так. Зато зрители посмеются.

Сказав это, она утыкается в телефон, оставляя меня от скуки разглядывать маникюр. Надо признать, что бригада местных стилистов знает свое дело. Мои ногти и волосы еще никогда не выглядели настолько безупречными.

Только одно непонятно: если моя роль настолько мизерная, почему бы не оставить мне мою одежду? Чем костюмершу не устроили мои драные бойфренды и папина футболка, косящая под модный оверсайз?

Долго размышлять на эту тему не приходится, так как в воротах появляется лимузин. Его идеально чистый капот блестит даже сильнее, чем мое лицо.

-- Удачи, -- безразлично произносит Инга, поправив динамик в ухе. – Жень,встречай. Номер три выезжает к вам.

4

-- Вы как будто трупы перевозите, -- вжавшись в обивку дивана, я растираю покрывшиеся гусиной кожей предплечья. Костюмерше стоило бы накинуть к костюму женщины-кошки что-то теплое, чтобы я не успела окочуриться до того, как скажу Котову «привет».

– Чего так холодно-то?

-- Температуру прибавил, -- кротко отзывается водитель. – В мини-баре есть шампанское. Можешь выпить для храбрости.

-- Сейчас восемь утра, -- я с сомнением кошусь за горлышко бутылки, торчащее из ведра со льдом. –- Так что, пожалуй, я пас.

Глаза в зеркале заднего вида вспыхивают любопытством.

-- Ты первая, кто отказался.

-- То есть, Котов не в курсе, что ему подсунули невест-алкоголичек? – ухмыляюсь я.

Мужчина ничего не отвечает. Возможно, он тоже подписал бумагу о неразглашении.

После первой поездки на лимузине могу с уверенностью заявить, что его крутизна сильно преувеличена. Возможно дело в боковой посадке, но меня начинает мутить.

-- Можно окно открыть, а? – Прикрыв глаза, я глубоко дышу. – А то что-то нехорошо.

-- Укачало, -- понимающе заявляет водитель. – Могу конфетку дать.

Конфеткой оказывается ярко-розовая карамель в форме шара, насаженного на палочку. Решив не задаваться вопросом, какого черта взрослый дядя на большой черной машине возит такое в бардачке, я запихиваю ее в рот. Все лучше, чем продемонстрировать содержимое желудка перед камерами.

Спустя пару минут тошнота ослабевает и вовремя, ибо впереди показываются здоровенные кованные ворота, а за ними – тот самый особняк с картинок. Прибежище гламура и место съемок «Звездного жениха».

-- Никуда не выходи, пока я не дам сигнал, -- инструктирует меня водитель. -- Пойдешь, когда участницу номер два закончат снимать.

Вытянув тяжеленные говнодавы, которые костюмерша окрестила ботинками-милитари, я смотрю в тонированное стекло. За ним белокурая фея в розовом платье вовсю знакомится с женихом. Старательно скалит иссиня-белые зубы, когда Котов, нарядившийся так, словно готов хоть сейчас шагнуть под венец, целует ей руку, и фальшиво прикусывает губу, имитируя стеснение, когда он что-то говорит. Короче, бу-э-э.

Почувствовав новый приступ дурноты, я старательно обгладывать карамель и чуть не роняю ее на колени от неожиданно раздавшегося гарканья:

- Все, пошла, пошла, пошла!

Я резко вскакиваю, отчего едва не ударяюсь головой о потолок. Дверь распахивается, в уши врезается шум голосов, в глаза - слепящие лучи света. Зажмурившись, я машинально спускаю на глаза очки и мысленно благодарю костюмершу за своевременный подгон.

Сияющее улыбкой лицо футбольной звезды находится прямо передо мной.

Напрочь забыв о торчащем изо рта чупа-чупсе и окончательно растерявшись от вида камер и десятков устремленных на меня глаз, я ляпаю первое, что приходит в голову:

- Сначала возьми благословение у моего папы, а потом поговорим, красавчик.

Лицо звездного жениха становится растерянным, протянутая ладонь медленно опускается.

Я беззвучно вою. Да что ж я за неудачница такая? Даже и не заметила, что он собирался помочь мне выйти.

Мужественно вернув на лицо улыбку, Котов медленно наклоняется ко мне и целует в щеку. Его дыхание со вкусом мятной жвачки задевает мою ушную раковину одновременно с шепотом:

-- Ты у меня отхватишь по полной, коза.

5

Когда второй продюсер шоу, представившийся то ли Игорем, то ли Егором, объявляет, что мы всем расфуфыренным стадом можем переместиться в дом, я с благодарностью возвожу глаза к небу.

Два с лишним часа мы торчим под палящим солнцем в ожидании, пока звездный жених обласкает своим вниманием каждую из участниц, которых здесь без малого двадцать человек. От количества фальшивых улыбок и запахов парфюмерии меня воротит настолько, что не справится и кило чупа-чупсов, а чертова кожаная юбка, к тому же, превратилась в самый настоящий парник. Не удивлюсь, если у меня из задницы торчит пучок свежей петрушки и где-то по соседству наливаются огурцы.

-- Так, девочки, не толпимся, в дом заходим согласно присвоенному номеру! – раздается предупредительный окрик.

Красотки, настойчиво пробивавшихся к двери, замедляют шаг, нехотя пропуская вперед меня и еще двоих девчонок. Их неприязненные взгляды открыто транслируют: какого хрена я должна плестить позади той, кто в разы хуже меня?

Потому что мой номер три, а твой -- надцатый, -- мысленно усмехаюсь я, огибая недовольную гламурную каланчу, лицо которой кажется смутно знакомым. – Такая вот жиза, сестренка.

К женской конкуренции я привыкла со времен спортивной школы, и она меня не слишком заботит. Непонятно другое. Какого черта они так спешат зайти в дом? Многим предстоит торчать в нем несколько месяцев без связи с внешним миром. Не лучше ли впрок надышаться свободой?

Ладно, признаю, внутри есть на что поглазеть. Белоснежные стены, сверкающие люстры, длинный мраморный коридор, уходящий в неизвестность, стойка, уставленная закусками и бокалами с шампанским, к которой стаей оголодавших чаек моментально налетает десяток участниц.

Я смотрю, как они жадно вливают в себя пузырьки, и думаю, что Котову стоит быть поосторожнее с выбором невесты. Слишком высок риск оставить все футбольные гонорары в рехабе.

-- Шампанское стоит для всех, так что не стесняйтесь разбирать бокалы, -- командует то ли Игорь, то ли Егор. – Через десять минут продолжаем съемку.

Я хмурюсь. Здесь и так собралась целая толпа потенциальных алкоголичек. Для чего спаивать остальных?

Устав маяться от безделья, решаюсь немного размять ноги и пройтись. Кажется, многие из девушек были знакомы еще до шоу, ибо легко разбились на парочки и оживленно болтают.

-- Бедняжка не в курсе, что милитари уже два сезона подряд вышел из моды, -- доносится позади вместе с язвительным смешком.

Я оборачиваюсь. Не потому, что замечание ранит мой утонченный вкус, а потому что не люблю, когда хихикают в спину. Хочешь что-то сказать – скажи, глядя в глаза.

Автор реплики – экзотичная брюнетка в белоснежном платье, выгодно подчеркивающим ее насыщенный загар. Остается только недоумевать, почему настолько красивой девушке потребовалось зубоскалить в мой адрес.