Вечное Лето, Том IV: Звёздная Пыль (СИ) - Macrieve Catherine

– Всё хорошо, – с уверенностью, которой на самом деле не чувствует, произносит он. – Мы сейчас приедем домой и обо всём поговорим, хорошо?

– Домой? – шипит Марикета, внезапно подтягивая колени к груди и обхватывая их руками, словно пытается защититься. – О каком доме ты толкуешь? Я вас вообще не знаю! Отвезите меня к Диего!

Шон на мгновение теряется, бросая на жену обеспокоенный взгляд через зеркало заднего вида. Мишель смотрит на него в неподдельном ужасе и едва заметно качает головой.

– Марикета, – твёрдо говорит Шон, – сейчас мы приедем домой, и там ты встретишься с Диего.

Мари фыркает.

– Я выпрыгну из машины.

– Я в этом не сомневаюсь, – шепчет Мишель, и Шон блокирует двери в автомобиле.

– Это похищение! – восклицает Мари.

– Какой сейчас год, Марикета? – как бы невзначай спрашивает Шон.

– Две тысячи семнадцатый, – огрызается Мари. – Тридцать первое мая.

– Нет, – возражает Шон. – Сегодня шестнадцатое мая две тысячи двадцать второго. Впрочем, уже почти семнадцатое.

– Да конечно, так я тебе и…

– Это правда, – бормочет Мишель. – Мари, ты… Случилось что-то странное, и ты многое пропустила…

– Пропустила что? – резко спрашивает Мари, до боли знакомым жестом откидывая с лица волосы. – Ну давайте, у вас должна быть хорошая легенда для этого розыгрыша!

– Никакого розыгрыша, – настаивает Мишель. – Сейчас, секунду.

Она достаёт из сумочки телефон и набирает Диего.

– Да? Что там? – он отвечает ещё до того, как звучит второй гудок.

– Она с нами, – говорит Мишель и явно слышит, как у Диего перехватывает дыхание. – И ничерта не помнит, по-моему. Я сейчас дам ей трубку. Она хочет выпрыгнуть из машины и отказывается нам верить.

– Что вы уже успели ей рассказать?

– Ничего.

– Слава богу!

Мишель передаёт телефон Мари, которая смотрит на аппарат с таким видом, будто её сейчас стошнит.

– Диего, это не смешно, – говорит она в трубку.

– Мари, заткнись и послушай меня, – Мишель усмехается, когда слышит в динамике эти слова, потому что Марикета действительно затыкается. – Что бы ни произошло, я клянусь тебе, что ты можешь доверять Шону и Мишель. Как только я приеду, мы во всём разберёмся, а пока что постарайся не бояться и…

– Я не боюсь, – не выдерживает Мари, – я просто ничего не понимаю.

– Конечно, ты не понимаешь, – вздыхает Диего. – Я тоже не понимаю. Поэтому просто будь с ребятами, хорошо?

– Я… – Марикета поднимает глаза на Мишель и щурится, словно пытаясь понять, насколько ей по силам исполнить эту просьбу. – Ладно, хорошо. Постарайся побыстрее.

– Всё, что в моих силах, – с облегчением выдыхает он. – Пожалуйста, верни телефон Мишель.

– Да? – Мишель машинально уменьшает громкость динамика. – Мы будем у нас, ты просто…

– Ни слова ей не говорите, – жёстко произносит Диего. – Про остров и всё остальное. Я не знаю, что происходит, и, раз она действительно ничего не помнит, не надо её лишний раз пугать.

– Я тебя поняла.

– И да, передай остальным, чтобы пока не говорили Джейку. Боюсь, он может наломать дров.

– Конечно.

Мишель кладёт трубку, и как раз в этот момент телефон Шона, лежащий на соседнем от водительского сидении, издаёт трель входящего сообщения. Мишель бросает взгляд на светящийся экран.

Новое сообщение от: Джейк

проехал Джексон

Мишель открывает общий чат и яростно стучит ногтями по экрану, промахиваясь мимо букв.

Мишель: кому хвутло млзгов свчзатбся с джкком???

Эстелла: Мне. Что не так

Мишель: эс, ты совсем???

Эстелла: Это я, Майк

Мишель: долбоёб ты а не майк

Мишель быстро пролистывает сообщения, набежавшие во время её отсутствия в сети.

Эстелла: Диего, возьми трубку

Куинн: ???????????

Зара: Это невозможно.

Радж: Почему?

Алистер: Что вообще может быть невозможным после того, что мы видели на Ла-Уэрте?

Зара: Слушайте, я никогда этого не говорила, но я тоже скучаю по Марикете, окей? Но мы все знаем: после острова она исчезла. Я потратила довольно много времени, пытаясь найти хотя бы её семью, но ничего не вышло. Так что… Мне бы хотелось, чтобы это было правдой. Но это невозможно.

Диего: Возможно. Я только что с ней говорил

Алистер: Говорил? Где она?

Диего: В Нью-Йорке. Я собираюсь в Хитроу. Мишель и Шон едут за ней

Куинн: Я тоже еду!

Зара: Стоять! Никто блядь никуда не едет!

Радж: Почему?

Зара: Да потому что это может быть какая-то путаница! Чёрт, не бывает такого, чтобы человек просто испарился, а потом появился из ниоткуда!

Алистер: Прям-таки не бывает

Зара: И даже если это действительно случилось, погодите, пока Мишель и Шон не встретят её или того, кто решил нас разыграть

Зара: Потому что если это действительно чья-то шутка

Зара: Я лично выпущу шутнику кишки

Зара: Даю слово

Мишель тяжело вздыхает, прежде чем написать ответ.

Мишель: Это не шутка. Она сейчас рядом со мной.

Через мгновение её телефон начинает истошно орать, а ещё через пару секунд звонит смартфон Шона, и Мишель безжалостно отклоняет звонки, бросив на Марикету взгляд – она сидит, по-прежнему обнимая колени и пачкая подошвами конверсов кожаные сидения, ну и хрен с ними, с сидениями, это сейчас не самое главное.

Мишель: Она ничего не помнит. Требует Диего. Отказывается со мной говорить. И теперь ещё и Маккензи сказал, что едет. Я не знаю, как рассказать ей всё, что произошло.

Зара: Охуеть теперь

Радж: ВОТ ЭТО ДА

Куинн: Я всё-таки приеду

Мишель: НЕТ

Мишель: Все оставайтесь там, где вы есть!

Эстелла: Слушай, Док, мы тоже переживаем

Мишель: Ты уже достаточно напереживался, Майк. Спасибо

Эстелла: Нет, серьёзно, мы поедем. Потому что я знаю, что Дедуле сейчас понадобится рука помощи

Мишель собирается ответить что-то резкое, как вдруг Марикета самым сладким голосом произносит:

– Я произвела фурор?

Мишель переводит на неё тяжёлый взгляд.

– Точно, Мари.

– Ясненько.

Она пожимает плечами, как будто нет ничего такого в том, что она пять лет считалась пропавшей без вести, а потом вдруг появилась как будто из воздуха, без единого воспоминания о событиях на острове. Мишель внимательно смотрит на неё, пытаясь по мимике понять, о чём Мари думает, но её лицо остаётся непроницаемым.

– Ты… Э-э… Ты голодна, Мари? – вдруг спрашивает Шон.

Марикета растягивает губы в улыбке.

– Ужасно. И спать хочу.

– Мы почти приехали, – бормочет Мишель, – сейчас ты ляжешь спать, а потом Диего приедет и мы постараемся во всём разобраться…

– Только Диего? – в голосе Мари проскальзывают ледяные нотки. – Слушай, я ведь не идиотка.

– Точно, – слабо усмехается Мишель. – Возможно, не только Диего. Но ты сейчас об этом не думай, хорошо? – тон у неё такой, словно она разговаривает с капризным больным. Впрочем, это действительно так – Марикета сейчас всего лишь несносная пациентка, и, когда Мишель смотрит на ситуацию под этим углом, становится как-то проще. – Сейчас мы поужинаем, и ты хорошенько выспишься. И хотя я бы очень хотела задать тебе кучу вопросов, это подождёт до утра.

– Окей, – настороженно протягивает Мари.

Шины шуршат по подъездной дорожке дома в Ист-Хэмптоне, и Марикета больше не произносит ни слова, когда все трое выходят из автомобиля. Она молчит и тогда, когда Мишель провожает её в гостевую спальню. Даже когда она приносит подруге ужин, Марикета не роняет ни слова. Она сидит на кровати, тупо глядя перед собой, и Мишель внезапно спохватывается: у Мари нет никакой одежды, помимо той, что на ней надета. Она уходит в свою спальню и возвращается спустя минут десять с ночной рубашкой, халатом и тапочками, только для того, чтобы застать Мари в той же позе, в которой её оставила.

Не зная, что сказать, она молча кладёт стопку одежды на кресло. Хочет выйти, но не может заставить себя сделать и шаг в сторону двери.

– Спасибо, – вдруг говорит Марикета.