Игра вслепую (СИ) - Мерфи Моника

— Нам стоило бы. У меня нет никаких планов. — Он оглядывается на свой дом, прежде чем снова посмотреть на меня. — И мне правда нужно выбраться оттуда.

— Подальше от семьи? — Стоит его улыбке угаснуть, продолжаю: — Похоже, ты проводишь много времени с ними.

Гейб корчит рожицу, милую рожицу.

— Они сводят меня с ума.

— Понимаю, — тихо отвечаю, хотя на самом деле, это не совсем так. У меня нет большой семьи. Нет ни братьев, ни сестер. У меня всегда была только мама.

— Согласна? — в его голосе слышна надежда, и я киваю. Я почти вижу, как облегчение разливается по его лицу. — Мне прийти приблизительно в девять? Или может в десять?

— Оу. — Мои ноги ударяются одно бассейна. — Ты хочешь провести время у меня?

— Ну да. Не хочу больше оставаться там. — Гейб дёргает большим пальцем в сторону своего дома. Выражение его лица смягчается. Уверена, замечает тревогу на моем лице. Просто он как-то спешит. Знаю, он сказал, что хочет всего лишь вместе повеселиться, но… чего же хочет на самом деле? Перепихнуться?

Надеюсь, нет. Я даже не знаю этого парня. Конечно, он горячий. Никто не отрицает, но я не занимаюсь этим на первом свидании.

Я вообще этим не занимаюсь.

— Эй, если у тебя на вечер какие-то другие планы или не хочешь проводить его со мной, я пойму. — Гейб потихоньку отступает от забора, держа руки поднятыми перед собой, с лёгкой улыбкой на лице. Интересно, как он почувствовал мои опасения. — Я не причиню вреда.

Ладно, я несу чушь. Что этот парень со мной сделает? Он великолепен. Он может получить, кого захочет. Он просто ищет, куда бы сбежать от своей семьи. Я не осуждаю его. Наверное, это утомительно вести себя идеально всё время.

— Это не так. У меня нет никаких планов на вечер, — признаюсь я, и он останавливается. — Ты можешь прийти, — продолжаю мягко, моя голова идёт кругом. Как я собираюсь справиться с этой ситуацией? Что скажу, когда он придёт и увидит повсюду кучу фотографий милой белой семьи, и ни на одной из них не будет меня? Что меня удочерили и настолько стыдятся меня, что считают изгоем?

Пожалуйста. Ты арендовала дом на лето. Ты — просто богатая стерва, предпочитающая проводить каникулы в одиночестве.

Звучит смешно. Какая двадцатиоднолетняя девушка захочет в одиночку поехать в отпуск? Надо избавиться от снимков. Слава богу, на стенах нет ни одного. Я могу просто… собрать их, спрятать в шкаф и притвориться, что живу здесь. Нужно придумать какое-нибудь объяснение, почему в этом огромном доме я совсем одна, но об этом позабочусь позже.

— Ты уверена? — спрашивает он осторожно.

— Ага, в девять, — улыбаюсь ему, изо всех сил пытаясь не обращать внимания на трепещущих бабочек в животе. — Не опаздывай.

Глава 2

Люси

Я прохожу по всему дому, методично убирая всё личное, принадлежащее людям, которым на самом деле принадлежит это чудовищное сооружение из хрома и стекла. Всё, что не прикручено, сваливается в найденную в гараже коробку и убирается в кладовку.

К счастью, внизу не так много семейных фотографий. И нет ничего прикрученного, так что в данном конкретном случае мне повезло.

В восемь часов позвонила мама, но я не ответила. Через пять минут она позвонила ещё раз. И ещё раз, когда прошли ещё пять минут. Пока я в восемь пятнадцать наконец-то не взяла трубку.

— Я занята, — говорю вместо приветствия. Роюсь в одежде, которую взяла с собой на время, пока должна буду присматривать за домом, гадая, чтобы такого надеть, чтобы впечатлить мистера GQ.

Ничего. У меня нет ничего, чем можно было бы поразить его. Одежда из Таргета в данный момент меня совсем не устраивает, она почти вся довольно скучная.

— Чтобы поговорить со мной, у тебя всегда найдется время, — жёстко отвечает она. Очень зло. Мама всегда держала меня в ежовых рукавицах, а я всегда слушалась. — Чтобы я больше не слышала такого от тебя.

Я закатываю глаза.

— Прошло всего два дня, как мы с тобой разговаривали. И вчера утром я тебе написала.

Она пренебрежительно хмыкает, что я слышала уже бесчисленное количество раз.

— Ты связываешься со мной каждый божий день, доченька. Ты же знаешь, это одно из правил.

Закатываю глаза ещё сильнее. Она относится ко мне, как к ребёнку, а не как к взрослой женщине, а именно ею мне посчастливилось стать в зрелом возрасте только что исполнившихся двадцати одного года.

— Прости, мама.

— Я слышу сарказм в твоём голосе. Знаю, ты считаешь глупостью, что должна отчитываться передо мной, но ты совсем одна в незнакомом месте. И впервые в жизни далеко от меня. — Для полноты картины она шмыгает носом, словно вот-вот заплачет.

Ага, ждите.

— В закрытом месте, — подчеркиваю я. — Где полно богатых людей, которым наплевать на меня. Я здесь словно невидимка. — Я и была ей для них, за исключением одного конкретного соседа, шпионившего за мной.

— Кому-нибудь из этих богатых сыночков будет не всё равно, стоит ему хорошо рассмотреть тебя! — Она словно телепат. — Моя хорошенькая девочка совсем одна где-то там с ними, и некому её защитить. Я знаю, какие они. За эти годы я поработала в достаточном количестве домов, чтобы понять, как ведут себя такие мальчики. Точно так же, как и их никудышные папаши!

Я задумываюсь о моем GQ-парне. Скорее всего, мама бы посчитала его таким же испорченным, как и всех остальных непутевых сыночков состоятельных никудышных папаш. Он был милым. Ужасно привлекательным. И мне понравилось, как он смотрел на меня. А вот мама вряд ли бы оценила.

— Я не заигрываю с богатыми парнями, — заверяю её, что, в общем-то, правда. Это богатый парень флиртовал со мной. — Я почти весь день нахожусь в доме и плаваю. Лежу в бассейне и читаю. — Устраиваю представление для соседа.

— Звучит скучно.

— Ты только что сказала, что хочешь, чтобы я была в безопасности, — напоминаю я. — Я практически не выхожу и ничем не рискую. Разве это не достаточно безопасно?

— Безопасно и даже скучно, Люси. Ты очень рискуешь превратиться в зануду. — Она прерывается, позволяя мне покипеть пару секунд, прежде чем продолжить. — Ты должна сходить на пляж! Заняться каким-нибудь ремеслом! Есть же какие-то летние курсы в университете, на которые можно записаться?

— Мама! — прерываю её, посмотрев на время. Мне нужно идти. Придумать, что надеть до того, как появится моя пара. — Я взяла на лето отпуск, помнишь? И сейчас я зарабатываю много денег, поэтому, когда начнется осенний семестр, у меня будет их достаточно.

Теперь я сама за себя отвечаю. После трёх лет в местном колледже рядом с домом, я перевелась на третий курс в Государственный Университет в Сент-Огастине. Ещё два года, может три, напряжённой учёбы, и я получу степень бакалавра, и будем надеяться на успешную работу в будущем.

Я получила пару стипендий и скопила немного денег. Не хотелось бы брать студенческий займ, но, наверное, придётся. Именно поэтому я устроилась присматривать за этим домом. Это безумное количество денег за незначительный объём работы.

Мама вздыхает.

— Мне не нравится, что ты так далеко. В голову начинают лезть всякие безумные мысли.

— И заставляют говорить абсурдные и противоречивые вещи, — добавляю. — Мне нужно идти. Поговорим завтра?

— Куда ты собралась в такое время? — визгливо спрашивает мама.

— Ещё нет даже девяти. И я никуда не собираюсь идти. — Ох, дерьмо. Я не могу рассказать ей, что ко мне придет Гейб. — Ко мне придёт друг. — Упс, я только что рассказала ей, что ко мне придёт Гейб.

— Что за друг? И как это у тебя так внезапно появилась личная жизнь, ты же только что заявила, что проводишь всё время в том огромном шикарном доме?

— Хм, её зовут… Гэбби. — Да уж, посмотрите на меня. Обманываю собственную маму. Называю его Гэбби, что просто смешно. — Она со своей семьёй остановилась по соседству на всё лето.

— А сколько лет этой богатой девочке? Не дай ей заставить почувствовать себя, будто ты хуже её, дочка. — У неё добрые намерения, когда она говорит такое, но большую часть времени её слова причиняют боль. Я не считаю, что все смотрят на нас свысока. Но вот она говорит некоторые вещи, и, бум, я начинаю переживать. Стесняться.