Хвостатая для мажора (СИ) - Нест Анна

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Мне казалось, я никогда себя так плохо не чувствовала. Меня разрывали на две части сомнения и страх. Я старалась не думать о том, как мне стыдно перед Николь… Ох, и я не представляла, насколько мне будет стыдно, когда мы окажемся втроем в моей комнате. Неужели мне нужно будет раздеваться перед ними? Я была бы самой счастливой девушкой на свете, если бы Артур отменил свое наказание. Боже, как же это несправедливо, ведь я ничего не сделала. Но я была согласна, чтобы меня выпороли просто так, лишь бы это был Артур... Я вдруг вспомнила, как Артур называл меня своей девушкой и просил подготовить к наказанию Николь. О, признаюсь, что тогда я почувствовала себя особенной. Посчитала, что я нахожусь выше Николь и Мари – на особом положении в Артура. Теперь все это казалось жестокой насмешкой надо мной. Я же чувствовала себя его девушкой, а теперь… Мне казалось, Артур втоптал меня в грязь, и при этом сделал это с удовольствием.

Я не могла ослушаться. Думаю, девушки и не позволили бы мне этого сделать. Я не смела так нагло ослушаться Артура – он способен на разные странные поступки, скорее всего, он давно придумал, что сделает со мной. Возможно, Артур даже хочет, чтобы я убедила Николь и Мари не трогать меня. Он точно придумал что-то необычное и очень страшное. К тому же, я понимала, что его наказание не будет особо связанно с болью – скорее всего, со стыдом. Я должна была позволить Николь отшлепать меня. Мне оставалось представить, что это делает сам Артур. Но я не могла никак смириться с тем, что Мари будет наблюдать за моим показным воспитанием. Она будет видеть, как Николь шлепает меня по голой попке. Я не сомневалась в том, что Артур потребовал, чтобы меня раздели. Не сомневалась, но все же надеялась, что он не так жесток...

И если у меня не было шанса избежать наказания, то упросить Николь не приводить Мари я могла. По крайней мере, мне нужно было попытаться. Николь смотрела на меня с пониманием. Я почувствовала, что более удачного момента сегодня не будет, ведь до наказания оставалось чуть больше часа. О-о, я должна была хотя бы попытаться…

– Николь, я прошу тебя, пожалуйста, я… я позволю тебе меня… повоспитывать, но… но тебе нужно прийти одной. Я очень тебя прошу. Не бери сегодня в мою комнату Мари. Ты и Мари… вы… вы можете наказать меня так, как приказал Артур, но я прошу, чтобы никто не наблюдал за моим наказанием. Это ведь не трудно будет сделать… Николь, почему ты молчишь? Артур не узнает об этом. Я обещаю! Я клянусь, что никогда не скажу ему, что ты частично нарушила свое обещание. Даже если Артур станет пытать меня, я все равно не скажу, – о, конечно, после того, как я подставила Мари веры мне не было, но я не могла упустить свой шанс. – Понимаю, что прошу только для себя – у вас нет никакой мотивации меня слушаться. Я все понимаю, но прошу. Умоляю, Николь! Я просто не выдержу этого – скончаюсь от стыда перед Мари... Я не могу допустить того, чтобы она видела все это. Сделай это ради меня, я прошу, – не знаю, на что я рассчитывала. Скорее всего, верила, что Николь поймет меня, но она покачала головой.

– Я понимаю вас, мисс Эрика, но и вы поймите меня, – Николь рассматривала пол под ногами, – Артур поймет, что мы врем ему. Нет, я верю, что вы не скажете, но, кажется, хозяин научился чувствовать нас. Он сразу распознает ложь – и тогда нам всем не поздоровится. – О, я понимаю ваши чувства, мисс Эрика. Знаю, как вам неприятно и стыдно будет сегодня вечером, но если Артур приказал мне взять с собой Мари, то я так сделаю… А когда вас будет учить Мари, то мне тоже придется на это смотреть. Его приказы не обсуждаются. Вам известно это, Эрика... Но вам не стоит так сильно переживать – никто из нас не будет упиваться превосходством над вами. Когда мы станем пороть вас, вы должны знать, что на самом деле нам не хочется делать так. Мне и Мари будет очень сложно, как и вам. Поверьте, Эрика. И не держите зла. Вы верите?

– Я верю, Николь, но… – предприняла я еще одну попытку, стараясь сдерживать слезы.

– Никаких «но». Мисс Эрика, мы ничего не можем изменить... В любом случае мы выполним приказ Артура, хочется нам этого или нет.

– Но вы же… ты же… я хочу сказать… боже… – я не могла продолжать – слезы душили меня. В горле образовался тугой ком и стало трудно дышать. Хорошо, что Николь заметила – она погладила меня по волосам, успокаивая, как ребенка. Словно я девчушка, которая сейчас расстраивается из-за разбитой коленки, а не потому, что мне сегодня разбили сердце. И сделал это человек, к которому я испытывала чувства. Я бы не сказала, что любила, но  он  был мне не безразличен. Когда я уже решила, что услышала все условия, Николь сказала еще об одном.

– Перед тем, как я приду в вашу комнату, вы должны будете раздеться, мисс Эрика, – мой мир перевернулся. Да, я понимала, что Артур требует, чтобы я разделась, но не думала, что он захочет, чтобы я обнажалась перед Николь и Мари, когда его самого нет дома. – Полностью, – мои самые страшные предположения оказались реальностью. Одно дело понимать, что это возможно, и другое – знать наверняка.

– Нет, Николь! Скажи, что это неправда! Что ты сама придумала такое! Нет! Артур не мог так со мной поступить, – но сердце подсказывало, что Артур мог. – Ты ведь пошутила, правда?! – я кричала настолько громко, что почувствовала, как начинает саднить горло, вот только остановиться уже не могла. Я кричала до тех пор, пока Николь снова не покачала головой. Похоже, она уже привыкла к моим истерикам, поэтому не особо переживала на этот счет – покричу и успокоюсь…

– Нет, мисс Эрика, я не пошутила. Хозяин велел мне это вам передать – вы должны снять всю одежду и, взяв со стола расческу, лечь мне на колени. Надеюсь, вам все понятно, мисс Эрика, – да, конечно. Мне было понятно, но тем не менее я была не согласна с этим... – Когда ваше воспитание окончится, вам придется поблагодарить меня, – ох, я снова принялась сомневаться, что Артур успел обо всем рассказать Николь. А что если она действительно придумала наказание, чтобы поквитаться со мной, а потом попросит, чтобы я молчала об этом, словно так хотел Артур? – Ты поблагодаришь меня… простите меня, мисс Эрика. Вы поблагодарите меня за то, – похоже, Николь чувствовала, что у меня нет привилегий, – что я наказала вас по просьбе хозяина. Мисс, это была воля Артура, его приказ. А затем можете надеть рубашку и отправляться в постель.

Слезы лились по моим щекам без остановки. Я закрыла лицо ладонями и плакала в гостиной. И только когда я заметила, что осталась здесь одна, решила убежать в свою комнатку – новых сюрпризов для меня уже не будет, да, это хорошо, но мне с головой хватало предыдущих. Не знаю, что делала Николь, наверное, посвящала во все Мари, но я только и делала, что плакала. Закрывая глаза, я видела перед собой непреклонную Николь, которая отвечала на каждую мою просьбу отказом.

У меня было время, чтобы подумать о случившемся, только смысла думать не было. Я лежала на постели, скрутившись калачиком, и чувствовала стыд… стыд с одиночеством. Но это было нормально – по сути, я была одинокой... Брошенной родителями, без друзей и собственного дома, без понимающих рядом людей, которые могут помочь. У меня не было тут ничего, кроме комнаты и отчаяния. О-о-о, у меня даже не осталось возможности изменить к себе отношение Артура. Он ясно дал мне понять, что я его рабыня. Теперь я просто одна из них... И пусть он говорит, что угодно, я-то знаю, как Артур на самом деле ко мне относится. Чтобы не понять этого, нужно быть полной дурочкой. Сегодня меня накажут... Накажут другие рабыни – не думаю, что это будет только один раз. Артур заплатил за меня и теперь будет делать со мной все, что ему нравится. И никакие деньги мира меня от него не спасут. Да и откуда у меня могут быть деньги? У меня нет ни гроша. Я даже не могу купить себе билет, чтобы уехать из деревни – подальше от него.

Глава 28. Между нами

Прошло некоторые время – и я почти смирилась с тем, что должно произойти сегодня в десять вечера. Конечно, мне по-прежнему было стыдно думать об этом, но я уже не плакала. Только тихонько стонала и вскакивала каждый раз, когда слышала скрип. Мои щеки горели. Я понимала, что до наказания оставалось каких-то пять минут. Мне было страшно, несмотря на то, что я знала, чего ждать – меня накажут милые девушки, а не сердитый Артур. Но думаю, будь на их месте он, я бы переживала меньше. Время неумолимо приближалось – это значило, что мне пора раздеваться…