Андрей Романов - Фамильяр 1-2

Я помнится, собирался подтолкнуть расследование исчезновения Гиша в нужную сторону соответствующим анонимным письмом, но не стал этого делать. Все же слово давал прикрыть ее от этого дела и, гм, жалко ее стало. Но после такого я ей устрою веселенькую жизнь. Кстати интересно, а со всей этой котовасией с призывом в армию о пропаже Гиша, вообще знают? Не удивлюсь, если все считают что с ним все в порядке, надо будет и этот вопрос аккуратно выяснить.

За такими размышлениями мы скрылись от любопытных взглядов в нашей комнате, это хорошо еще, что Кирхе пока в домене прохлаждается, а то бы точно любопытные затискали нас вопросами до смерти.

– …Так ты говоришь, этих малышек употребляют в пищу живыми! Я слышала раньше про радужных фей, но и подумать не могла, что все так, так, жестоко! Необходимо запретить этот варварский обычай! Нельзя так поступать с живыми существами! – распалилась Каттлея. Я пропустил за раздумьями их разговор с девочками, но, по-видимому, все опять вернулось к феям, и есть у меня опасения, что мою добычу потребуют отпустить, не смотря на то, что они все равно передохнут без контакта с королевой.

– Разве можно убивать таких крошек? Они так жалобно пищат…

– Сестренка, а ты понимаешь, что они говорят? Как с животными, – поинтересовалась Луиза.

Каттлея после этого вопроса растеряла всю свою радость и задор и сильно опечалилась. И потрепав одну из феек по голове, убитым голосом заговорила.

– Я больше не могу слышать животных, и они меня почти не понимают. – Девушка чуть ли не заплакала, произнося это. – Нет, я очень благодарна за избавление от болезни, и вы говорили о таких последствиях. Но это так тяжело… Всю жизнь моими лучшими и единственными друзьями были животные и вот так раз и лишиться возможности с ними общаться…

– Сестренка, что ты такое говоришь! А как же я? Сестрица Элеонора? – Воскликнула Луиза, бросившись утешать плачущую Каттлею.

– Прости меня, я не хотела тебя обидеть, конечно же, ты моя маленькая любимая сестренка. Но ты сестренка, а из друзей, у меня действительно раньше были только мои звери.

– Но сейчас у тебя есть друзья, – вмешалась Луиза, – Шарлотта Кей, и даже эта мелкая Тереза, не плачь, мы тебе поможем, во всем! Оставайся в академии, тут весело! Ты ведь не училась тут, из-за здоровья, вот и оставайся!

Девушки обнявшись, расплакались, чуть погодя и Шарлотта захлюпала носом, видимо заразившись общим плаксивым настроением, и вскоре помогала утешать Каттлею. И совместными усилиями, всего минут через десять девочки смогли успокоиться.

– Спасибо сестрица. Я приехала сюда попросить у Кея, вернуть мне, если это возможно способность говорить с животными, но теперь понимаю, что мне есть на кого опереться и без моих питомцев…

– Кей, ты ведь поможешь моей сестренке? – Грозно спросила Луиза не подрузомевая отрицательного ответа.

– Кей, ей надо помочь! – И Шарлотта туда же.

– Помогу, куда я денусь… – обреченно выдал я.

Хотя, чего так расстраиваться? Как осуществлялось ее взаимодействие с животными, я помню, при желании вернуть такое положение дел в ауре в принципе возможно. Но вот сделать так чтоб это не сказывалось на здоровье… Короче, может получиться интересный эксперимент, вот только где на все это найти времени?

Девчонки тем временем принялись с жаром делиться впечатлениями, о прошедших приключениях. Причем в основном говорила именно Каттлея, расписывая свое небольшое путешествие по Тристейну. И хоть ничего необычного в ее путешествии не было, для девушки впервые в жизни, выбравшейся из дома, все было очень волнительно и захватывающе. И я больше, не слушал, а чувствовал, купаясь в водовороте радости и счастья испускаемом Каттлеей во время рассказа. Судя по слегка отсутствующему взгляду Шарлотты, ее тоже накрыло.

Но наша гармония была нарушена новой синицей нагло влетевшей в окно с очередной запиской от Османа, ну очень хотелось директору академии увидеть нас пред своими очами.

– Луиза, Шарлотта, пойдем, навестим старейшину, а потом уже пообщаемся с Каттлеей без помех, – предложил я.

– Да, пойдем.

– Только про Кирхе, не забудь, чтоб два раза ходить объясняться не пришлось. – Напомнила мне Шарлотта.

Я нырнул в домен и попросил занимавшуюся там с мечами Кирхе вылезать наружу. Вообще, не ожидал, что девушка так увлечется боем на мечах. Хотя тут от нее никаких нудных тренировок не требуется, которые она терпеть не может. А все знания идут напрямую от силы Гандальва. Да плюс ко всему смотреть на ведущую бой с тенью нагу, очень волнующе, девушка выглядит в этот момент безумно соблазнительно, и сама Кирхе об этом прекрасно знает.

– Кирхе, заканчивай, мы уже в академии, и пора тебя по второму разу знакомить со всеми. Помнишь свою легенду? Ты саламандра оборотень, зовут Кирхе, в честь погибшей хозяйки, и от нее тебе даже частично память досталась. Это чтоб прикрыть возможные косяки с излишней информированностью.

– Да все я помню, – согласилась девушка. – Может, лучше задержимссссся, на полчассссика, – девушка стремительно переместилась ко мне и провела мне по губам своим восхитительным язычком.

Надо ли говорить, что я согласился слегка задержаться, хотя Кирхе и не особо интересовалась моим мнением, поскольку сразу после вопроса приступила к более активным действиям. А как не трудно догадаться, после начала этих самых активных действий всякое желание отказать просто испаряется и полусукубьи способности Кирхе тут совершенно не причем.

Перед тем, как выпустить Кирхе из домена я соорудил ей подобие лифчика из огромного ледяного ожерелья, прикрывшего грудь. Правда девушка не больно хотела прикрывать свои достоинства, да и я был с ней солидарен. Но боюсь если не снабдить моего фамильяра хотя бы минимумом одежды, то от Луизы может последовать не слишком адекватная реакция.

После появления Кирхе в нашей комнате, от Каттлеи последовала новая волна расспросов и восхищений, по типу "какая замечательная змейка" и "ути моя маленькая, давай я тебя поглажу". Кирхе первое время даже сопротивляться забывала. Но после третьей синички мы таки собрались и отправились на встречу со старейшиной.

Осман, как и всегда, заседал в своем кабинете, на вершине башни, разве что сейчас у него опять появилась секретарша. Весьма фигуристая девушка лет шестнадцати, с фиолетовыми волосами до плеч, большими, коровьими глазами, без проблеска разума, зато с огромной грудью, обтянутой тоненьким топиком, размера на два меньше необходимого и фигуристой попкой прикрытой широким поясом. В смысле миниюбкой. Хорошо устроился старейшина, но я лучше, хи, хи.