Лайк за любовь (СИ) - Черничная Алёна

— Кир, предупреди бабушку, что ты сегодня будешь ночевать у меня, — словно прочитав мои мысли, хрипло произнёс Егор.

— Как? Она уже спит, наверное, — я протяжно вздохнула, плавясь под взглядом разноцветных глаз и горячих пальцев на своих ягодицах.

— Отправь сообщение.

На секунду задумавшись над этим вариантом, я осмотрела пол вокруг нашего лежбища в поисках телефона.

— Кажется, он остался внизу в сумочке, — простонала я, поднимаясь с мужского тела. — Придется спуститься.

— Платье только не надевай, — Его осмотрел обнажённые формы, представшие перед ним, — а то до утра мне его снова снимать. Возьми во-о-н ту белую длинную футболку.

Стараясь не поддаваться стеснению от своей наготы, я быстро засеменила к напольной вешалке. Вытащив белую футболку, я с немым вопросом повернулась к Егору, который уже скинул с себя шорты и вальяжно улегся на полу под простыней сложа руки за голову.

— Это не футболка, а настоящий балахон, — усмехнулась я, прикладывая вещь к себе. Она доходила до колена. — Ты разве носишь подобное?

— Это стиль оверсайз… И это меня отчитывает человек, у которого неоновое платье в горох в гардеробе, — наигранно фыркнул Егор.

— Королев, иди ты знаешь куда, — я наморщила нос, быстро накинула на себя его белый балахон и, состроив ему смешную рожицу, выскользнула за дверь.

Спустившись по тёмному дому в гостиную, я без труда обнаружила свою сумочку, все так же брошенную на кресле. Дом был просто погружён во мрак, а глухие раскаты грома создавали немного гнетущую атмосферу. Быстро достав телефон, я проскочила лестницу и направилась в конец коридора в нашу тайную комнату. Но знакомый женский голос за закрытой дверью, из-под которой пробивалась полоска тусклого света, заставил меня притормозить.

— Беллочка, милая, ты же знаешь моего сына. Не думаю, что она — это повод для твоего беспокойства…

Голос матери Егора замолчал, видимо, слушая собеседника на том конце провода.

Я затаила дыхание, перестав даже ощущать, как стучит мое сердце. А оно рухнуло куда-то вниз...

— Конечно, милая. Конечно, звони. Вы столько лет вместе… Это просто очередная блажь Егора… Да… Да…Уверена, что она не задержится в нашем доме…

Меня затрясло так, что удар током ощущался бы лишь легким пинком, а глаза предательски оказались на мокром месте. Подслушанный разговор с той самой Беллой, встряхнул мои чувства, как коктейль в шейкере. Зажав рот рукой, я заставила себя проскользнуть дальше по коридору, чтобы не оказаться пойманной под дверью.

«Да кто она такая? Звонит ему посреди ночи, общается с его матерью. Девушка? Тогда что я здесь делаю?» — Эти вопросы болезненным хороводом кружили в моей голове, пока я на леденеющих ногах шла обратно.

Оказавшись в комнате, я, с силой сжимая телефон в руке, быстрым шагом подлетела к матрасу, на котором свободно разлегся Егор. Стараясь скрыть свою дрожь, опустилась рядом. Видимо, от меня шла какая-то невидимая волна нервов, что он тут же сел, и его довольная и расслабленная улыбка резко сменилась на обеспокоенное выражение лица.

— Моя, все нормально? — Бархатный голос проник в сердце, ещё сильнее сдавливая там тревогу.

Я имела право знать!

— Егор, кто такая Белла?

Глава 22

В комнате повисло несколько секунд тишины, которая тут же была сбита мощным раскатом грома и яркой вспышкой молнии, чей свет выхватил из темноты напряжённое лицо Егора с прищуренным взглядом. Прямо-таки сцена из фильма ужасов, только с элементами какой-то дешёвой мелодрамы.

— Почему ты об этом спрашиваешь? — медленно произнёс он, не сводя с меня глаз.

— Наверное, потому, что хочу знать об этом, — отчеканила я, проглатывая нервный ком в горле.

— Мне нечего ответить, кроме того, что она мне никто.

— Никто, значит… — я пошарила рукой по полу и, найдя своё белье и брошенное платье, направилась к выходу.

«Господи, да я идиотка!» — Ревностно стучало в моей голове.

— Куда? — рявкнул Егор, хватая меня край футболки, так что я пошатнулась, но устояла на ногах.

— У меня нет никакого желания слушать это вранье, Егор. Пусти, — процедила сквозь зубы и дёрнула футболку обратно на себя.

Меня начинало нервно трясти изнутри. За окном опять вспыхнула молния, а глаза парня вспыхнули вместе с ней. Издав глубокий вдох, Егор совершил один легкий, но точный удар ребром ладони мне под коленную чашечку. Мои ноги сами подкосились, и я просто рухнула точно к нему в руки. Крепко прижав меня спиной к матрасу и обвив мои запястья своей лапищей, словно наручниками, он мощно навис надо мной. Его дыхание оказалось в сантиметре от моих губ. Я чувствовала, как напряжен каждый мускул на лице напротив. Очередной, пробирающий чуть ли не до костей раскат грома, добавил нагнетающего ощущения.

— Смотрю, ты с первого раза меня не понимаешь? — его вопрос прозвучал достаточно холодно.

От милого и расслабленного Егора не осталось и следа. Как будто это не он какое-то время назад дарил мне сводящие с ума ласки.

— А ты, смотрю, любитель приврать, — резко ответила я, сквозь пробирающую бешеную дрожь, не ожидая, что он станет вести себя так грубовато.

— Что не устраивает тебя в этом ответе? — все таким же ровным, холодным тоном был задан вопрос.

— Пусти, — моё тело попыталось вырваться, но тщетно — я была полностью в его власти.

— Кира, — тихо прорычал он, придавливая своим весом к полу.

Его мятное, горячее дыхание у моих губ защекотало мне нервы.

— Что не устраивает? Не устраивает, что эта Белла звонит тебе посреди ночи, как тогда в машине. А теперь твоя мама мило беседует с ней по телефону, называя меня очередной блажью. И ты мне просто говоришь, что она тебе никто. Совсем держишь меня за дуру? — протараторила я все на одном дыхании, стараясь не взорваться от закипающего во мне незнакомого чувства.

В груди сильно жгло и совсем не от страсти. Это ощущение было довольно болезненным, прожигая где-то под рёбрами и ядовитыми расплавленными каплями распространялось по венам. Стиснув зубы и отвернувшись, я старалась сдержать выступающие слёзы.

— Моя мать разговаривала с Беллой? — Его голос лязгнул металлом. — Откуда ты знаешь?

Услышав это имя из его уст, ревностный яд еще быстрее разошёлся по моему организму.

— Слышала.

— Ты подслушиваешь под дверьми? — усмехнулся он, а его ровное глубокое дыхание коснулось моей щеки.

— Егор, отпусти меня, — прошипела я, начиная выкручиваться из-под его тёплого голого тела.

Внутри меня уже все дробилось от ревности, а щеки пылали от стыда. Я только что сама созналась в подслушанном разговоре. Но он так крепко держал меня под собой, что я даже не сдвинулась и на миллиметр.

— Что ты слышала ещё?

— Что я — не повод для чьего-либо беспокойства… — мой шепот срывался в нервный хрип.

— Кир, — Егор вдруг нежно потерся кончиком носа о мою щеку. Его голос стал мягче, а наручники из пальцев на запястьях ослабили хватку. — Ты действительно так переживаешь за то, что говорит моя мать? Это же глупо.

— Ты мне так нормально и не ответил: кто она? — осмелившись, я повернулась к нему, встречаясь с пристальным взглядом.

— Она бывшая, — спокойно пояснил он.

— Бывшая? — я осторожно начала сыпать вопросами. — И как долго вы были вместе? Когда разошлись?

— Наши отношения длились три года, расстались мы до начала лета, но закончить это надо было ещё три года назад, как минимум. Меня не интересует, кому она звонит: мне или матери. Разговаривать об этом больше нет смысла — это прошлое. Сейчас есть ты и я. Еще вопросы? — крепкие тиски рук Егора уже плавно перешли в тёплое кольцо объятий.

Ядовитое чувство еще несколькими каплями прожгло меня изнутри. Нервно прикусывая свои губы, я решала в голове — озвучивать ли вслух то, что мимолётно проскользнуло в воздухе еще тогда, ночью в машине, когда Егор приехал ко мне. Главное, не начать вопрос со вступления «скажи мне честно», так как обычно после этой фразы и рождается ложь.