MarInk - Жизнь в зеленом цвете - 5

- По совместительству любви всей своей жизни, - добавил Фред. - Это видно, что они до сих пор любят друг друга. Но Сириус так и не простил предательства.

- Почему? - Гарри казалось, у Сириуса и Ремуса всё в порядке…

- Просто не смог. Может, простит ещё, - Фред пропускал короткие пряди волос Гарри меж пальцев правой руки; Гарри довольно щурился.

- Сириус-то простит, - отозвался Джордж. - Люпин сам себя не прощает. Не замечал?

- Нет, - пристыженно признался Гарри. Мало, значит, быть эмпатом. Надо ещё голову на плечах иметь.

- Сириус Ремуса не прощает, Ремус сам себя не прощает, Сириус чувствует себя виноватым, Гарри чувствует себя виноватым… - нарочито унылым речитативом затянул Фред.

- И все потихоньку сходят с ума, - подытожил Джордж так тихо и мечтательно, будто это было наилучшим исходом из всех возможных.

Гарри рассмеялся, и всё дурное настроение куда-то подевалось.

Они ещё долго сидели молча в сгущавшихся сумерках; рядом с близнецами даже эти сумерки во враждебных тёмных стенах казались уютными. До тех самых пор, пока в комнату - как водится, без стука - не ввалился Рон.

- Гарри, Фред, Джордж, мама ужинать зовёт! Ой…

- Что «ой»? - живо заинтересовались близнецы.

- Я помешал, да? - Рон процвёл равномерным багровым румянцем.

- Нет, а хотел бы? - с искренним интересом уточнил Фред.

- Ч-что… хотел бы? - смущённый до последнего предела (запятая) Рон пятился к двери, но за неимением глаз на затылке всё никак не мог отыскать точного пути и то и дело натыкался на стены и косяки.

- Рон, что с тобой? - Гарри всерьёз заподозрил, что Рону плохо. Может, на радостях, из-за назначения старостой?

- Со м-мной? - глаза Рона обратились напрямую к Гарри, и видно было, как расширились зрачки, закрыв яркую светло-синюю радужку практически целиком.

- С тобой, не со мной же, - Гарри был совершенно сбит с толку. Проклятая способность чувствовать чужие эмоции молчала как раз тогда, когда была нужна больше всего.

- Со м-мной? Ни… ничего…

- А почему тогда заикаешься? - продолжал допытываться Гарри; близнецы отчего-то хранили молчание, хотя от них было бы естественней ждать вороха блестящих и колючих, как пайетки, комментариев.

- Я? Я не… не з-заикаюсь… всё хорошо… - попытки с пятнадцатой Рон попал таки спиной в дверной проём и едва не выпал в коридор. На веснушчатом лице отражались неимоверное облегчение и радость. - Так я скажу маме, что вы идёте!

Торопливые, какие-то заплетающиеся шаги по коридору, и всё стихло.

- Что это с ним? - так ничего и не поняв, Гарри воззвал к мудрости близнецов.

- Да ничего особенного, - откликнулся Джордж. - Пойдём-ка ужинать, пока мама лично сюда не явилась.

Ужин был довольно многолюдным; попрощаться с уезжающей в школу гурьбой явились Тонкс, Грюм, Люпин, Мундугнус Флетчер и отчего-то Билл. Хотя было естественно, что он хотел повидаться с братьями и сестрой. С какой бы стати ему думать о реакции Гарри? Они друг другу никто… и всегда были никем…

Гарри отводил глаза от Билла, сидевшего напротив и чуть наискосок, и наталкивался взглядом на Грюма с его неконтролируемо вращающимся глазом, который тот имел привычку то и дело вынимать с чавкающим звуком и промывать в стакане воды. Это зрелище не прибавляло Гарри аппетита, и всё, что ему оставалось, это пялиться на повешенный на стену малиново-золотой переливающийся плакат: «ПОЗДРАВЛЯЕМ РОНА И ГЕРМИОНУ, НОВЫХ СТАРОСТ ГРИФФИНДОРА». Ниже маячило что-то зелёненькое с буквами «Га» и «С», закрытое от Гарри столом и спинами, но он был уверен, что речь там шла о его злосчастном назначении. Лучше бы о нём забыли…

Даже Сириус сидел за столом вместе со всеми, и Гарри чувствовал, что крёстному немного легче. «И правда, сколько можно страдать в компании гиппогрифа?» Ремус то и дело взглядывал на Сириуса с тревогой, и Гарри невольно замечал каждый раз боковым зрением, как крёстный ободряюще и успокаивающе улыбается Люпину. Гарри хотелось верить, что то предательство всё-таки будет прощено…

«А сам бы ты простил?», - Гарри передёрнул плечами и залпом выпил полстакана сока.

Вряд ли.

Разговор за столом шёл вполне дружелюбный. Гарри не принимал участия, а только слушал; с разных сторон до него доносились реплики, терялись в шуме, выкристаллизовывались из него.

…- А я так и не стала старостой, - весело сообщила Тонкс. - Профессор МакГонагалл сказала, для этого мне не хватает кое-каких важных качеств.

- Каких, например? - заинтересовалась Джинни.

- Например, умения себя вести…

Взрыв девичьего смеха.

…Другой смех - отрывистый, лающий. Сириус.

- Я - староста? Да ты что! Никому бы и в голову не пришло! Мы с Джеймсом почти всё время отбывали какие-нибудь наказания. Хорошим мальчиком у нас был Ремус. Ему-то значок и достался.

- Думаю, Дамблдор втайне надеялся, что если я буду старостой, то смогу оказывать больше влияния на своих непутёвых друзей, - отозвался Люпин. - Излишне говорить, что его надежд я совершенно не оправдал…

…- Это уже ни на что не похоже, ты ведь такой красивый, и было бы куда лучше, если бы они были покороче, правда, Гарри?

Гарри вздрогнул, выдираясь из своего странного оцепенения; миссис Уизли на полном серьёзе интересовалась его мнением о причёске Билла. Ещё не хватало.

- Не знаю, миссис Уизли, я не специалист, - одними губами улыбнулся Гарри и встал из-за стола, движимый почти бессознательным желанием спрятаться где-нибудь подальше.

Ближайшее - и единственно, пожалуй, возможное - безопасное место было рядом с близнецами, которые в это время в укромном углу кухни о чём-то шептались с Мундугнусом Флетчером.

- Так за всё вместе десять галлеонов, да, Гнус?

- Это со всем-то геморроем? - с некоторым вызовом интересовался Мундугнус. - Не, парни, двадцать, и ни кнатом меньше.

Завидев Гарри, Мундугнус с подозрением на него уставился; Фред положил руку Гарри на плечо.

- Всё нормально, Гнус. Гарри свой, он наш спонсор, - Фред подмигнул Гарри.

- Смотри, что нам Гнус принёс, - сияя, Джордж протянул Гарри горсть каких-то тихонько грохочущих сморщенных чёрных горошин. - Семена щупалицы ядовитой. Так просто не достать - они относятся к классу С и в свободную продажу не выпускаются.

- А нам очень нужны сам знаешь для чего, - подытожил Фред.

- А Гнус у нас очень любит шутки, - доверительно поведал Джордж Гарри. - Его лучшая хохма на сегодняшний день - шесть сиклей за мешок перьев сварля.

Гарри покивал.

- Это здорово, - признал он. - Только вы тут поосторожнее, ребята… Думаете, Грюм своим глазом не рассмотрит, чем вы тут занимаетесь?

- Ох, и правда, - переполошился Мундугнус, косясь через плечо на Грюма. - Ладно, давайте десять за всё, и я пошёл.