Лючия Кубелли - Обитель Порока

Меган молча повиновалась. Леонора обильно намазала вибратор пахучим маслом, подошла к ней вплотную и начала водить концом прибора по ее клитору. Меган почувствовала, что у нее перехватило горло. Боль в промежности становилась нестерпимой, груди учащенно вздымались, соски встали торчком. Меган издала надрывный стон – и Леонора моментально вогнала штуковину, которую она держала в руке, в ее влагалище до упора. Меган захрипела и замотала головой. Стенки лона судорожно сжали вибратор, по бедрам растеклось тепло. А еще спустя мгновение Меган полегчало и стало очень хорошо.

Повернув основание прибора, Леонора свободной рукой начала массировать Меган груди и поочередно лизать ее соски. Вибратор тихо урчал в ее влагалище, распространяя по тазу волны блаженства. Никогда прежде ей не доводилось испытывать сразу столько острых ощущений. С непривычки у нее зарябило перед глазами и помутилось в голове. В шейке матки словно бы заискрилось – и тотчас же всю нижнюю половину ее тела свела приятная судорога. Громко охнув, Меган снова кончила. Новая волна удовольствия захлестнула ее, пронзительный удовлетворенный визг непроизвольно вырвался у нее из груди, и небывалый пароксизм многократного оргазма сотряс ее до основания. Словно сквозь вату она услышала голос Ренато:

– Леонора, спускайся с помоста. Она тобой вполне удовлетворена.

– Ты осталась мной довольна, крошка? – тихо спросила у Меган Леонора, прежде чем уйти. – Ну, что же ты молчишь?

– Это трудно описать словами, – хрипло произнесла Меган, открыв глаза, в которых сверкали слезы чистой радости.

– И это только начало! Со мной ты познаешь еще и не такое удовольствие, если, конечно, захочешь, – пообещала Леонора и, дернув ее на прощание за сосок, спрыгнула со сцены, уступая место другому участнику представления.

Ренато немедленно вспрыгнул на помост и за пять минут довел, действуя только языком и руками, Меган до нового умопомрачительного оргазма. Рыдая и стеная словно безумная, она, однако, услышала, как он тихо сказал ей:

– Будь поосторожнее с этими людьми, они чрезвычайно опасны!

Меган, однако, не придала этому предупреждению должного значения, рассудок ее в этот момент слегка помутился. Она была способна только чувствовать и наслаждаться. А удовольствия в эту ночь сыпались на нее как из волшебного рога изобилия. Следующей на помост вспорхнула Алессандра. Сначала она попыталась выжать из тела Меган оргазм с помощью рук и языка, обхаживая ими ее половые губы и клитор. Однако как она ни старалась, эти истерзанные части тела Меган упорно не реагировали на раздражение. И лишь когда Алессандра, отчаявшись добиться успеха, укусила свою жертву за сосок и глубоко вогнала в ее взмыленное влагалище указательный палец, где-то в глубине тела Меган вновь зашевелилось вожделение. Все ее мускулы напряглись, в клиторе возникла долгожданная пульсация, Меган сладострастно застонала и зажмурилась. Однако предчувствие сладостного ощущения на сей раз ее обмануло. Как она ни тужилась, как ни ерзала по влажным подушкам своей горячей и мокрой от соков попкой, оргазм не приходил к ней. От досады Меган даже взвыла. И как только чудовищная мысль о том, что она больше не сумеет кончить, пронзила ее воспаленный мозг, Меган отрезвела и вспомнила, что за ней пристально наблюдают. Ее прошиб холодный пот, и всякое желание продолжать этот фарс у нее пропало. Ей живо представилось, как жалко она сейчас выглядит, и вспомнилось предостережение Ренато. Почувствовав резкую перемену ее настроения, Алессандра спросила:

– Что случилось? Если ты меня подведешь, я буду вынуждена признать свое поражение и выйти из игры.

– Не разговаривай с ней! Это запрещено правилами! – воскликнул Фабрицио. – Тебе не хватило умения и смекалки, так что слезай с помоста и уступи свое место мне.

Меган подняла глаза и взглянула на него. Он показался ей выше ростом и излучающим скрытую угрозу. По позвоночнику ее пробежал холодок. Фабрицио ухмыльнулся и промолвил:

– Надеюсь, что от меня удача не отвернется, крошка. Для пущей уверенности в этом я воспользуюсь одним полезным приспособлением.

– Каким, если не секрет? – срывающимся голосом спросила Меган.

– Тебе запрещено задавать вопросы! – строго сказал итальянец. – Но я пойду тебе навстречу и удовлетворю твое любопытство. Я опробую на тебе усовершенствованный вибратор со специальной насечкой на корпусе. Причем использую его несколько оригинальным образом.

С этими словами он опустился рядом с Меган на колени, уложил ее на живот и, подоткнув под него и бедра несколько подушек, грубо раздвинул руками ее аппетитные ягодицы.

– Какой, однако, у нее восхитительный зад! – воскликнула Леонора. – Какая нежная, розоватая кожа!

Какой славный, тугой анус. Он, наверное, еще девственный.

Трепеща от испуга, унижения и похоти, Меган с замирающим сердцем ждала, застыв в пикантной позе, когда Фабрицио наконец дотронется до нее вибратором. Но он вопреки ее тревожным ожиданиям нежно поцеловал ее в шею и, пробормотав что-то поитальянски, принялся облизывать ей позвоночник. Его заключительный поцелуй в копчик поверг Меган в смятение. Она не знала, ликовать ли ей по поводу столь элегантного выражения его чувств к ней или же напрячься в предчувствии неожиданного сюрприза. Ее незащищенный анус испуганно сжимался, колени дрожали, в промежности росло напряжение. Язык итальянца волшебным образом свернулся в трубочку и юркнул, словно мышка в свою норку, в ее задний проход. Меган охнула и завиляла задом.

Фабрицио еще немного поорудовал в ее попке языком и, раздвинув руками ее пылающие ягодицы, впился ртом в сочное преддверие влагалища. Меган утробно взвыла и задергалась, ощущая невероятную пульсацию в клиторе. Сжав ее ягодицы своими длинными сильными пальцами до боли, Фабрицио начал водить языком по расселине между ними. Она замотала головой и шумно втянула ртом воздух. Он ухватился за ее набухшие губы и стал дергать за соски. Жалобно пискнув, Меган затрепетала, покрывшись испариной. Фабрицио убрал руки с ее грудей и вновь стал массировать ее попку, тщательно втирая в анус ароматное масло. Меган громко заохала, испытывая головокружение от охватившего ее вожделения.

– Умница! – пророкотал итальянец и стал тереть всей своей большой ладонью, умащенной специальным маслом, ее срамные губы и клитор.

Меган издала протяжный стон. Блаженное тепло распространилось по ее тугим бедрам. Охваченная умиротворением, она совершенно расслабилась, боясь неловким телодвижением спугнуть оргазм, зарождавшийся в таинственных глубинах ее женского естества. Пока еще он лишь робко давал о себе знать легким щекотанием в промежности и покалыванием в головке клитора. Но чутье подсказывало Меган, что этот оргазм не будет похож на все предыдущие, он будет подобен девятому валу во время шторма и зашвырнет ее в неведомую пучину исступленного сладострастия.