Чистокровная связь (СИ) - Лав Натали

У всякого уважения должно быть обоснование. Здесь - его нет. Мы не какие-то ущербные с Евангелиной. Она - так лучше их всех вместе взятых.

- Натравить на молоденькую девчонку обезумивших баб, которым явно дома заняться нечем? И за что? Кого из вас волнует, чем мы с ней занимаемся? Это - моя женщина, и я несу за неё ответственность! Ясно?

- Ничего не понимаю... Камиль, объясни по-человечески.

- Евангелину едва не избили возле магазина Раисат и другие женщины. Повезло, что я до неё не смог дозвониться, а когда не дозвонился и до старшего охраны, то выехал по её геолокации. Я - честно... Не понимаю, что со всеми вами не так...

- Самир, это что за дела? - дед переводит взгляд на дядю.

Судя по поведению, он не в курсе.

- Отец! А что ты хотел? У твоего внука от этой русской вообще мозг поплыл! Он из-за неё меня ударил! Наша семья её не примет! - принимается оправдываться дядя.

- Нужен ты мне со своим принятием! - цежу я, - Паспорт мне её отдай! Немедленно.

Дед выглядит растерянным, но велит своему сыну:

- Принеси паспорт девушки.

Вот его Самир слушается. И приносит паспорт Евангелины.

- Отлично! Полезете к Евангелине еще раз - крупно пожалеете, - предупреждаю я.

- Камиль, постой... Давайте сядем, спокойно поговорим и разберемся - предлагает дед.

Но я уже ничего не хочу.

- Наразбирались уже. Хватит, - ухожу.

Делаю несколько звонков - удается найти нужных знакомых. Завтра нас ждут с утра в местном ЗАГСе.

Возвращаюсь в гостевой дом, даю задание парням выяснить, что за тётки были у магазина. Надо их в чувство привести. После поднимаюсь в номер.

Лина уже проснулась. Но грустная. Сидит на кровати, подобрав ноги и обхватив колени руками.

- Ты как?

- Паршиво. Такое ощущение, что это всё никогда не кончится, - признается. глядя на меня.

Я решаю, что пора.

- Лин, мы завтра распишемся. Давай я тебя по магазинам покатаю, ты выберешь платье и что еще захочешь. Хочу, чтобы ты самая красивая была. А после - дай мне пару дней, и мы домой поедем. Там утряслось всё.

Смотрит настороженно. Как будто и не рада.

- Камиль... Если ты из жалости или потому что должен, то не надо...

Оказываюсь рядом с ней. Руками трогаю её тело. И всё во мне отзывается.

- Глупенькая... Я хочу, чтобы ты стала моей женой. На всю жизнь.

Наши губы находят друг друга, и весь остальной мир перестаёт существовать на какое-то время. Приходится напомнить себе, что полноценно заняться сексом мы еще не можем. К тому же, у нас дела - я и правда очень хочу порадовать Лину. Чтобы сгладить неприятный инцидент в её памяти.

Она собирается, и остаток дня мы проводим в магазинах. Платье своё она мне так и не показывает. Я настаиваю на том, чтобы она себя не ограничивала. Пусть ей будет приятно. Себе тоже покупаю всё необходимое.

Пусть этот день нам запомнится. Это будет наш праздник. Только для двоих. Тётя Мадина, узнав о наших планах, вызывается найти тех, кто соберет невесту, а под платье Евангелины даже выделяет отдельную комнату.

Утром встаем рано. Лину забирают. Я тоже привожу себя в порядок. Несмотря на все обстоятельства, чувствую радостное предвкушение. Родня названивала, родители тоже. Видно, им нажаловались, но я ни от кого не брал трубки и парням запретил. Не хочу, чтобы кто-то вмешался и всё испортил.

Жду невесту внизу.

А когда она появляется, то столбенею.

Никого красивее в жизни не видел.

Глава 32

Евангелина

Что мне особенно запомнилось в день свадьбы - это взгляд Камиля, которым он смотрел на меня, пока я спускалась к нему по лестнице. Так восхищенно на меня не смотрел еще никто. Потом в нашу первую брачную ночь, Камиль мне признался, что я была похожа на ангела.

Этот взгляд - он был как клятва. Или даже чем-то гораздо большим. И я ему поверила - именно этому взгляду.

Регистрация не заняла много времени.

Она была абсолютно обычной. Такой, как принято.

Единственное, что меня удивило - это то, что, когда она началась, к дяде Байраму и тёте Мадине, у которых мы живем, присоединились дед Тагир и бабушка Лала, которая даже всплакнула, глядя на нас с Камилем.

После регистрации мы все вместе поехали в гостевой дом, где накрыли стол. Собрался кое-кто из гостей, с которыми мы успели познакомиться. Нас с Камилем поздравляли со свадьбой, желали счастья, говорили красивые тосты. Мне понравилось. было как-то душевно, что ли. Дед Тагир вручил Камилю пухлый конверт с подарком на свадьбу. Камиль его взял. И это правильно, не нужно еще больше нагнетать и без этого непростую ситуацию.

А ночью... мы с Камилем были друг для друга всем. И я купалась в наслаждении.

На следующий день Камиль уехал рано, сославшись на дела. А вечером в гостевой дом пожаловали женщины, которые напали на меня возле магазина. Приходили по одной и, опустив глаза в пол, просили прощения. Как Камиль смог их заставить? Мне это было удивительно.

Мне не нужны были их извинения. Достаточно было бы того, чтобы они не приближались. В то, что они извиняются от чистого сердца, я не верила. Но и делить с ними мне было нечего. Завтра мы должны были уезжать отсюда. И я не знала, приедем ли еще когда-то. Нет, место мне понравилось - было очень красиво. Энергия древнего города завораживала. А вот люди были такими, от которых нам уже пришлось уезжать. Но, конечно, не все. Были и хорошие. Те, о которых я буду вспоминать с теплотой.

Последней явилась Раисат. Она извинялась дольше всех. Но, слушая её, я больше всего хотела, чтобы она ушла.

- Хорошая ты девочка, Евангелина. Нет в тебе черноты, - говорит мне тётя Мадина, после того, как Раисат наконец-то ушла, - Такой и оставайся. Свет в этом мире нужен.

Я не выдерживаю и крепко обнимаю её. А она в ответ расцеловывает меня в щёки.

На следующий день мы прощались со слезами на глазах.

- Обязательно приезжай еще! - напутствует меня тётя Мадина, - Эта земля даёт силу. А сила нужна будет твоим сыновьям.

- Когда они еще у меня будут! - смеюсь я.

Тётя Мадина внимательно на меня смотрит и почему-то говорит:

- Скорее, чем ты думаешь.

Обратную дорогу я переношу хуже. Меня жутко укачивает, и мы то и дело останавливаемся. Домой мы добрались глубокой ночью.

- А куда мы поедем? - спрашиваю я у Камиля, когда мы подъезжаем к городу. Его квартира для проживания непригодна.

- Есть одно место, - уклончиво отвечает Камиль.

Нас привозят к частному дому. Встречать нас выходят родители Камиля.

- Поженились всё-таки, - то ли спрашивает, то ли просто говорит Вакиф Тагирович.

Я съеживаюсь и мечтаю исчезнуть отсюда.

- Дай вам Аллах счастья! - желает Джамилят, чем меня несказанно удивляет.

Я отваживаюсь посмотреть на неё.

Она улыбается. У Камиля очень красивая мама.

- Лина, мы не собираемся тебя съесть. И обижать тоже. Успокойся, пожалуйста. Ты - жена нашего сына. Значит, наша дочка. Пойдёмте в дом, - то, что она говорит, не укладывается у меня в голове. И добавляет, - А Вакиф - он по привычке бурчит.

Я смотрю на Камиля. Он кивает мне и пожимает мою руку, оказывая поддержку. Мы заходим в дом. Нас устраивают на ночлег.

- От нас с матерью подарок на свадьбу - мы квартиру вам купили. Другую. Ту отремонтировать и продать надо. Как встанете, съездите, посмотрите. В новой тоже ремонт нужен, мебель купить. Молодая жена как раз и займется - говорит Вакиф Тагирович прежде, чем оставить одних.

Уже в кровати не выдерживаю и спрашиваю у Камиля напрямик:

- Они притворяются, да?

- Нет, Лина. Никто не притворяется. Раз я женился на тебе, то они будут уважать мой выбор. И тебя будут уважать. А пройдет время - и я думаю, вы станете очень тепло друг к другу относится.

Я ему не поверила тогда. И зря. Его мама стала моей.

А сблизила нас моя беременность. По правде говоря, она сблизила нас всех. Двойня, масса осложнений. Меня выхаживала семья Камиля. В буквальном смысле выхаживала, потому что я только чудом выносила наших сыновей - Мурада и Рустама.