Мама поневоле (СИ) - Доронина Слава

Мужчина все это время пристально за мной наблюдал и, после моей просьбы поговорить с ним наедине, сузил глаза.

– Хорошо, – ответил он спустя недолгую паузу.

– Наденька, иди к бабушке.

Мария Гавриловна протянула руки к дочке, но та отвернулась и зарылась личиком в моих волосах. Малышка соскучилась по мне, и этот жест с ее стороны заставил сжаться мое сердце от осознания, что пережила моя кроха за эти два дня. Собственно, из-за детей и того, что они привыкли к дому, я боялась каких-либо резких перемен, и никто из нас к ним не был еще готов. Нам с детьми будет лучше вернуться домой. 

– Идем завтракать? – взглянула на Макса, и тот утвердительно кивнул. – Надя, а ты хочешь кушать? – спросила я у дочки, опустив голову к ее личику.

– Тогда отложим разговор, идите на завтрак, – Глеб поднялся на ноги. – Мне нужно поработать. Чувствуйте себя как дома.

Только мне было непривычно и неуютно в чужом и незнакомом доме. Мой маленький мир вдруг сильно изменился за эти дни, и несмотря на прошлую ночь, этот человек, в доме которого мы находились, все еще был для меня чужаком. И вот так менять свою жизнь и жизнь детей на сто восемьдесят градусов из-за шикарного секса – весьма глупо.

Спустя час после завтрака Надя увлеклась игрой с Максом и, воспользовавшись этой заминкой, я поднялась наверх. На интуитивном уровне я определила комнату, где располагался кабинет мужчины. Постучала в дверь и, услышав разрешение войти, опустила ручку.

Глеб сидел за большим столом, перед ним стоял ноутбук, и он сосредоточенным взглядом смотрел в экран.

– Глеб, я бы хотела с вами поговорить… – подошла ближе и заглянула в мужское лицо.

– Да, – он расслабленно откинулся на спинку кресла и перевел на меня свой внимательный взгляд. Мне кажется, он понял зачем я пришла... Или знал изначально. – Я благодарна за помощь, но вынуждена попросить вас отвезти нас домой. Я не запрещаю встреч с Надей, но... для нас будет лучше находиться в привычной обстановке. Я не готова к переменам в жизни. Игнат больше не представляет для нас опасности, и...

– Мне показалось, что вчера мы урегулировали этот вопрос? – спросил он жестким голосом, смотря мне в лицо. – Я четко обозначил свои намерения относительно тебя и детей и за несколько часов своего решения не изменил.

– Правильнее будет сказать – усугубили. Я по-прежнему не готова к переменам в жизни и смене своего статуса, – уверенно повторила я. – У меня на руках двое детей, и я несу за них ответственность. Я не уверена, что им необходимы сейчас новые встряски...

Он смерил меня долгим взглядом, а потом поднялся на ноги.

– Я немного удивлен, но восхищён твоей стойкостью и твердым стержнем. Хотя... если учесть, что в твоей жизни практически не было рядом мужчины... – протянул он и ухмыльнулся.

– Я очень рада, что вы меня понимаете, Глеб. Тогда я пойду собирать детей? 

– Я сказал, что восхищён, но твое решение мне не нравится, я все так же намерен его изменить. Надеюсь, вчерашняя ночь не была твоей благодарностью за мою помощь? И теперь ты не бежишь от меня, полагая, что все будет как прежде? Как прежде уже не будет, Ксения... – заверил меня Глеб спокойным и твердым голосом. – Я не исчезну из вашей жизни.

– Я не запрещаю встреч с ребенком, и вы можете приезжать и видеться с дочкой в любое удобное для вас время...

– Только с ней?

От его пронизывающего взгляда и уверенности мне стало не по себе.

– Я... Мне нужно время. Мне сложно решиться на такие серьезные шаги... Одного секса все же недостаточно, чтобы сказать: «Да, я согласна». И перекроить всю свою жизнь, – я ответила то, что чувствовала и думала на самом деле.

– Хорошо, – мужчина сдержанно кивнул. – Я услышал тебя. Собирайтесь, – Глеб вернулся к столу и сел в кресло. – Как будете готовы, дай мне знать. Я хочу сам отвезти вас домой.

С моих плеч как будто свалился тяжелый груз, и я вздохнула полной грудью. Все я правильно делала. А вчерашний секс... Судя по решительному настрою Булатова, это было только начало и скоро нас ждало продолжение. Только вот я была настроена строить наше общение не только на постели и интимной составляющей. Да, иногда я шла на поводу своих похотливых желаний, как вчера ночью, но все еще могла ясно соображать. Одно дело, заниматься сексом, а другое – вместе воспитывать детей...

Спустя два часа машина Булатова уже неслась в сторону нашего дома. Дети и Мария Гавриловна расположились на заднем сиденье, а я села спереди. Мне было крайне неудобно, что снова приходилось напрягать мужчину и просить его вмешиваться в нашу жизнь. Но, с другой стороны, он сам вызвался нас отвезти, ведь так?

Машина притормозила у нашего дома, и Булатов открыл дверцу сначала мне, а потом Марии Гавриловне и детям.

– Надя, пойдешь ко мне ручки? – спросил он мягким голосом, присаживаясь перед дочкой на корточки. – Я отнесу тебя наверх в твою квартиру и комнату? – Надя тряхнула головой и спряталась за Максимом. 

Да, именно об этом я и говорила – Глебу придется постараться, чтобы растопить сердечко маленький девочки и завоевать доверие моего сына.

– Она ходит неуклюже, но сама, – холодно обронил Макс. – Мама не разрешает лишний раз брать ее на руки на улице и заставляет её ходить самой. Так доктор говорит, – он заметил взгляд Глеба на себе и последние слова произнес уже тише.

– Идемте, – я взяла Надю за руку. 

Глеб взял наши вещи, которые привезла с собой Мария Гавриловна, и мы поднялись наверх. В квартире ничего не изменилось, будто и не было этих ужасных событий с похищением, а мы провели время на отдыхе в доме Булатова.

– Я съезжу в магазин и привезу продукты. И вот, – он протянул мне какую-то пластиковую карточку. – Это визитка Павла. Я не всегда бываю в городе, но к нему ты можешь смело обращаться, будь то покупка продуктов или что-то более глобальное. Он сможет помочь, и ему можно доверять.

– Надеюсь, что глобального с нас хватит, – сказала я с легкой грустью, но визитку приняла.

– Завтра утром приедет Ольга Романовна и возьмет все необходимые анализы еще раз. Бабушку вашу я бы тоже не оставлял без внимания. 

– Спасибо, Глеб.

Я сдержанно улыбнулась. К такое опеке и заботе я точно не привыкла.

– И на твоем месте я бы записался дополнительно к гинекологу, чтобы он подобрал способы контрацепции. Я вчера не предохранялся. В случае наступления беременности ответственности с себя не сниму, но впредь этот вопрос лучше контролировать с двух сторон.

– Беременность очень маловероятна, и я не уверена, что идея с гинекологом... 

– Зато я уверен, Ксения, – он перебил и поглядел на меня решительным взглядом. – Я уже сказал вчера и повторю сегодня – из вашей жизни с детьми я уже не исчезну, – на моих щеках выступил румянец, и я опустила глаза. – До встречи?

– Да, – выдохнула я, понимая, что спросить не имеет смысла. – Вы можете в любое время навестить Надю, но, естественно, лучше позвонить заранее...

– Обязательно, – он развернулся. – И прекрати мне выкать, это режет слух и вызывает резонанс с тем, что ты шептала мне ночью, – сказал он и направился в прихожую.

Я вышла в прихожую, чтобы закрыть за мужчиной дверь. На секунду он обернулся, и наши глаза встретились, вызывая внутри странный трепет. Умом я понимала, что все делала правильно, но вспыхнувшее желание к мужчине диктовало свои условия, и отпускать Глеба мне совершенно не хотелось.

27. Глеб

Зима в этом году выдалась теплая и снежная, вокруг была красота. Я давно такого великолепия не видел. Или не замечал? И тем не менее, если бы мог по умолчанию пропускать время новогодних праздников, то не раздумывая так и сделал. А после всех решенных вопросов, которые наметил на ближайшие дни, смело бы выкупил путевку и уехал из России, пока восторженная волна сойдет на нет.

Мог бы, но теперь не поеду.

Прислонившись к капоту, я достал сигарету и закурил. Поднял голову вверх, выискивая взглядом окна квартиры Ксении. Никогда не занимался самообманом и сразу понял, что эта женщина зацепила меня на шутку с нашей первой встречи. На вид совсем обычная, особенно, когда не при параде, но её красота была в другом и была заметна невооруженным глазом. В глазах женщины лучилась искренность, а в груди билось доброе и любящее сердце. Двух встреч, не считая той ночи в клубе, вполне хватило, чтобы осознать, что моей дочери повезло с матерью.