Остаться друзьями (СИ) - Рузанова Ольга

Ага, а еще борщ умею варить и носки вязать.

— Славик тоже отличник! — козырнула мамина подруга, выдвигая козырь вперед, — в аспирантуру собирается.

Я перевела взгляд на ее сына и, легко кивнув, вежливо улыбнулась. Он у нее типичный ботан. Отличник с первого класса, очкарик и, скорее всего, до сих пор девственник.

— Привет, — сказал он и густо покраснел.

— Привет, — отозвалась я.

Мне его даже жалко стало. Паршиво, когда родители пытаются тебя спихнуть, как залежалый товар. Сначала твердят, что главное в жизни, это хорошее образование, ищут в тебе гения, а услышав от учителя начальных классов похвалу в твой адрес, начинают развивать твои таланты, бесконечно таская по различным кружкам и факультативам. Робототехника, музыка, танцы, английский, бассейн и лепка.

Так проходят твои школьные годы, в учебе и самосовершенствовании. Олимпиады чередуются с конкурсами и соревнованиями, пока в 15 ты с удивлением не понимаешь, что, оказывается, существует противоположный пол. Однажды пытаешься отпроситься у мамы на вечеринку одноклассника и что слышишь в ответ? Ты в своем уме?! У тебя же доклад по экологии озера Байкал в понедельник!!! И так раз за разом.

А вскоре одноклассники перестают тебя куда-либо приглашать, заранее зная, что дома тебя не отпустят. Девочки вспоминают о тебе только когда списать надо, ну, или сбегать тряпку для доски намочить.

Потом золотая медаль, поступление в ВУЗ и мечты мамы, что скоро твое имя прогремит в ученой среде. Только проходят пять лет, из школьного ботана ты превращаешься в ботана университетского без перспектив научного прорыва.

Да еще мама все чаще начинает интересоваться, не завелась ли у тебя девушка. Завестись могут только вши, отвечаешь ты ей. Откуда ей взяться, если все вечера ты проводишь в компании химии и биологии, а выходные с мамой на даче у дедушки?

Потенциальную жену для своего чада тетя Ира во мне увидела совсем недавно, когда поняла, что без ее вмешательства Славик навсегда останется маменькиным сыночком и внуков ей не видать, как корове собственной задницы. Но выпавшая мне честь лишения будущего светила науки невинности меня совсем не прельщала.

— Я пойду, — сделала озабоченное лицо, — там папе помочь надо шашлыки перевернуть.

За столом, как и ожидала, я оказалась сидящей рядом со Славиком, вернее, с его окаменевшим телом. Потому что, судя по тому, что он вел себя за столом как экспонат музея Мадам Тюссо, Славик впервые в жизни оказался рядом с живой девушкой.

— Доченька, поухаживай за мальчиком, — слащавым голоском пропела мама.

Вот же ж, черт! Я оказалась в центре заговора.

— Чего тебе положить?

— Милочка, только не салат с майонезом, — встряла тетя Ира, — у Славика поджелудочная слабая. Положи ему Греческий.

— Хорошо…

— Он же без лимонного сока?

— Без! — буркнула я, вываливая в тарелку бедного парня сразу пол салатника.

— Это Милаша делала салат! — вранье, салат делала тетя Люда, я только помидоры помыла и затем готовый принесла его в беседку.

— А это наш любимый! Да же, Славик? — судя по тому, как его передернуло, снова вранье.

И понеслось. Да какая я умница-разумница. Чистоплотная и хозяйственная. А Славик вообще алмаз редкой огранки. Мало того, что вундеркинд, так еще и мужик рукастый! Вон, на даче у деда сам парник сварганил! Прям не дети, а ангелы во плоти.

Под конец взаимных дифирамбов мне захотелось залезть на стул и рассказать стишок.

Глава 32

Пришло время говорить тосты и дарить подарки. Сначала речь взял папа, сказал свое коронное «Ну, вздрогнем!», неуклюже клюнул ее в щеку и подарил маме сертификат в Посуда — Центр, купленный, как я подозреваю, ей же самой.

Затем настала моя очередь поздравлять. Я тоже красиво говорить не умею, видимо в папу, поэтому зачитав стишок из интернета, вручила маме синюю бархатную коробочку.

— Что там? — затаив дыхание, тихо спросила мама.

— Открой, — натужно улыбнулась я, запоздало понимая, что забыла придумать, как объяснить родителям, что внезапно разбогатела.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Еще на прошлой неделе занимала у папы 3 тысячи, а сегодня одариваю маму драгоценностями.

— Ой, как красиво-о-о…

— Дай-ка посмотреть! — тетя Люда выдернула из маминых рук коробочку с брошью и повернула ее на свет, — обалдеть!.. Сколько же ты за нее отвалила?!

— Она недорогая… — просипела я.

— Ну, да. А то я не вижу!

— Это бижутерия, Люда! — мама попыталась забрать подарок из рук тетки, но не тут то было.

— На бижутерию пробы не ставят! — отрезала она, — золото и камни настоящие!

— Дай сюда! — мама забрала все-таки брошь и тоже повернула ее на солнце, — Милаша?..

— Ты кредит, что ли, взяла? — хмыкнула тетка.

— Накопила… — пропищала, сосредоточенно выковыривая из салата кукурузу.

Ну, да, копила с третьего класса, откладывая с денег на обеды, чтобы подарить маме драгоценную брошь на 46 — летие.

— Милаш, она же не в долг куплена?

— Нет, мам, не в долг!

Хотя, как сказать… Отработать — то ее, все равно придется.

— Да ладно! Хороший подарок! — вступился за меня папа, — благодарную дочь вырастили, Наталья! За это надо выпить!

Мама покрутила брошью перед носом тети Иры и нацепила ее на платье. А я незаметно выдохнула, когда очередь поздравлять перешла к папиному брату.

После застолья все разбрелись по участку, я же начала стаскивать посуду из беседки в дом, поглядывая на часы и мысленно подгоняя время.

Ник обещал забрать меня, и мне пришлось собрать все волю в кулак, чтобы уже сейчас не набрать его и не попросить приехать.

— Веселый получился праздник, — донеслось до меня из-за спины.

— Ага.

Оу, Славик пошел в наступление. Я кинула взгляд на стоящую неподалеку тетю Иру и поняла, что нет, это не Славик пошел в наступление. В наступление пошла тетя Ира.

— Чем планируешь заняться после окончания универа?

Обернувшись, я впервые внимательно на него посмотрела. Среднего роста, густые светлые волосы и правильные черты лица. Глаз не рассмотреть за толстыми линзами очков, но, скорее всего, серые.

Он был бы весьма привлекательным парнем, если бы немного подкачался, избавился от очков и чаще бывал на солнце. Сменил гардероб и перестал так смущаться.

Что же вы с ним сделали, тетя Ира?

— Будешь работать по специальности?

— Не думала еще, — пожала я плечами, — хотелось бы…

— Наталья Андреевна говорит, тебе перевод в Новосибирский Университет предлагают.

Не знала, что мама моя такая врунья. Никто перевода мне не предлагал, естественно. Это я сама весь четвертый курс оббивала порог деканата, умоляя декана помочь с переводом. Окончить университет в Новосибе было моей заветной мечтой.

Сначала мне пообещали место с начала второго семестра, но оно так и не освободилось, а потом и вовсе сказали узнавать в конце августа. Я, честно, уже и не надеялась. Ведь на пятом курсе редко кого отчисляют.

— Предлагают, но я пока думаю, — решила не выдавать матушку с головой.

— Тут и думать нечего! Соглашайся!

— Да, — протянула я, — до конца лета есть еще время.

Славик кивнул и замолчал. Составив на поднос грязные чашки, я уже собиралась унести его в дом, как услышала:

— Может, в кафе сходим?

Ого! Вот это напор!

Сказав это, парень покраснел, как рак и стал нервно дергать ворот клетчатой рубашки.

— Милаша!

Поблагодарила небеса за своевременность маминого вмешательства и, нацепив на лицо заинтересованную улыбку, обернулась к родительнице.

Да так и окаменела. Потому что у входа рядом с именинницей безумно красивый и с огромным букетом алых роз стоял Ник.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В черных джинсах, белой футболке и тщательно уложенными в модную прическу волосами, он был неотразим.

— Доченька! — пропела мама сопрано, — подойди, пожалуйста.

Все с той же пластиковой улыбкой на негнущихся ногах я пошла к ним под прицелом взглядов всех присутствующих. В том числе и Ника. Он смотрел, мягко улыбаясь, и только я видела скачущих в его глазах чертей.