Одна и навсегда (ЛП) - Лим Брионес

– Я подумала...

То, что многие люди не понимают, что любезность может быть формой манипуляции. Подумайте об этом, вы просите кого-то сделать что-то для вас. Обычно эти услуги не оплачиваются, что еще больше усиливает их привлекательность. Пока я наблюдал, как глаза матери метались из стороны в сторону, странное дежавю поразило меня. Она чего-то хотела. Это было так легко сказать.

Кашлянув, она нерешительно продолжила:

– Может быть, мы выберем вместе.

У меня чуть челюсть не отвисла.

– Что?

Она пожала тонкими плечами, от чего пластмассовая трубка застучала по гигантскому резервуару. Это было болезненным напоминанием о том, что, возможно, она изменилась.

–Ну, я полагала, что мне виднее, чего я хочу от медсестры, но ты лучше знаешь свои финансовые возможности. Учитывая, что я остаюсь здесь, а ты вернешься в Чарльстон, вполне логично, что мы оба имеем право голоса, верно?

Так, кто эта женщина и что она сделала с моей матерью?

Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы ответить, прибывая в шоке от такого поворота событий. После многих лет сожаления о том, что у нас не было никакого взаимопонимания, наконец, получить такой подарок было слишком много для меня, чтобы принять.

– Гм, да, думаю, это сработает, – ответила я, хотя и неохотно.

Ладно. Я все еще подозревал. Подайте на меня в суд.

Она удовлетворенно кивнула, все время хрипя.

– Прекрасно.

 

Я собирался на работу, а мамина просьба все еще давила на меня. Неужели она наконец-то стала такой мамой, какой я всегда хотел ее видеть? Или это очередная глупая игра разума?

«Почему ты всегда так плохо думаешь о людях?»

Я стянул через голову рубашку и нахмурился.

«Может быть, поэтому твоя жизнь стала такой хреновой – ты никого в нее не впускал!»

Осознание этого факта заставило мое настроение упасть, и к тому времени, когда я добрался до «Новинок Росси», я забеспокоился, что это поставит под угрозу прогресс, которого я достиг с Рокки. К счастью, дурное расположение духа было временным. В тот день Рокки не только была радостна, но и Стефани снова навестила ее. Прошло совсем немного времени, прежде чем мы вернулись к нашей старой дружбе с некоторыми очень интересными вещами, выходящими на свет...

– Ты девственница? – недоверчиво выпалил я.

Я попытался скрыть облегчение на лице. Хотя это было неоправданно, представляя ее с другим парнем, я неловко ревновал.

Рокки прикрылась, изо всех сил стараясь скрыть румянец на щеках.

– Серьезно, ребята? Мы будем говорить об этом здесь?

– Технически девственница, – уточнила Стефани, выглядя так, будто вот-вот упадет в обморок от восторга.

Она всегда любила дразнить Рокки и, черт возьми, я не мог ее винить. Если и было хоть что-то в этой жизни постоянным, так это то, насколько легко вывести из равновесия нашего лучшего друга.

– Как может кто-то технически быть девственником, если... – Я посмотрел на ее попку в форме яблока, съежившись при мысли, что кто-то мог сделать с ней что-то подобное.

– Фу! Нет, ты отвратительный извращенец, – прорычала Рокки, сильно ударив меня.

Слава Богу!

Теперь, когда об этом не могло быть и речи, у меня появилась возможность нанести ей удар.

– Ладно, расскажи мне, как технически можно быть девственницей. Я действительно умираю, как хочу знать.

– Это был всего лишь кончик, – пробормотала она.

Ее голос был едва слышим.

Ладно, может, я не хотел этого знать.

– Что-что? – спросил я, притворяясь, что прикладываю ладонь к уху.

– Это был всего лишь кончик! – она рассерженно повторила.

Прежде чем я успел ответить, появилась миссис Росси, что еще больше усилило неловкость нашей группы. К моему облегчению, Стефани спасла положение, сменив тему, и как раз вовремя! Пока девочки обсуждали свои новогодние планы, я не мог не чувствовать себя немного обиженным – ни одна из них не подумала пригласить меня присоединиться, не говоря уже о том, чтобы спросить, что я делаю.

«Это значит, что ты больше не часть их жизни. Привыкай к этому».

По большей части я держал рот на замке, внимательно слушая, как они обсуждают детали их «Ночи Только Для Девушек». И снова картины незнакомых мужчин, хватающих Рокки за руки... трогающих ее живот... прикасающихся к ее губам...

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Хватит!

Я не позволю этому случиться. Тихо кипя, я принял решение, на которое, думал, никогда не решусь.

Я собирался танцевать в ночном клубе.

 

Глава 19

 

Я всегда считал такие сцены в фильмах крайне глупыми – где главный герой стоит перед зеркалом, демонстрируя разные наряды, а на заднем плане играет странная поп-песня. Никогда бы не подумал, что окажусь в подобной ситуации. И все же я стоял, глядя на свое отражение. Конечно, поп-песни не было, но все же.

Переодевшись раз восемьсот, я, наконец, остановил свой выбор на черной кофте с длинными рукавами, черных джинсах и черных байкерских ботинках. Что я могу сказать? Мне нравился черный. Чувствуя себя довольным, я быстро направился в южную часть города, где располагалась вся коллекция баров и ночных клубов Бэтл-Фоллс. В любую обычную ночь здесь должно было быть полно народу, и я не мог представить себе, с чем мне придется столкнуться в праздник номер один по разгулу.

Как и ожидалось, мне потребовалось около двадцати минут, чтобы найти парковку, и это уже после того, как я решил припарковаться примерно в полумиле. К тому времени, когда я, наконец, добрался до клуба, танцпол был уже заполнен подвыпившими и хорошо одетыми людьми. На мгновение я пожалел о своем выборе, но, увидев одобрительные взгляды нескольких полуодетых дам, быстро передумал.

Я протиснулся сквозь потные тела, не обращая внимания на запах, смешанный с алкоголем.

«Что я здесь делаю? Это все не для меня».

Я уже собирался развернуться и выйти за дверь, когда увидел ее. Кудрявые волосы, розовые щеки и длинные ноги. Рокки стояла посреди танцпола, похожая на богиню. И хотя ее наряд не был таким броским и откровенным, как у женщин вокруг нее, она затмевала всех вокруг.

Она была идеальна.

Я сделал шаг вперед, но замер на полпути. Что я ей скажу?

«Да, я подслушал и решил последовать за тобой сюда».

Нет, я не преследователь.

Действительно, я не такой!

Понимая, что сначала нужно спланировать свой ход, прежде чем я подойду к ней, я изменил курс и направился к бару, сев на край, чтобы хорошо видеть ее. Я был достаточно далеко, чтобы девочки не заметили меня, но достаточно близко, чтобы прибежать, если я им понадоблюсь.

Ты не преследователь? Ты уверен в этом?

– Она больше не нуждается в защите. Тебя так долго не было, что, думаю, она справится сама, – пробормотал я себе под нос.

Около часа я просидел за стойкой бара, чувствуя себя все более и более похожим на маньяка. В довершение всего я ничего не пил, что только добавляло мне желания наблюдать за Рокки.

«Тебе действительно нравится быть странным, не так ли, Джесси?» – Я покачал головой и вздохнул. – «Может быть, ты не так вырос, как тебе хотелось бы думать».

– Эй, хочешь потанцевать? – невнятный голос прервал мои мысли.

Я обернулся и увидел раскрасневшуюся женщину с россыпью веснушек на носу. На ней было яркое платье цвета фуксии с глубоким вырезом до пупка. Я был удивлен, что она вообще могла ходить, не светя своей грудью по всему клубу. Вероятно, использовала то магическое ноу-хау, с которым, казалось, рождаются женщины. Эта незнакомка была красива, в этом не было сомнений, но я был в этом клубе для одного конкретного человека, и, к сожалению, это была не она.

Мои губы изогнулись в натянутой улыбке.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– А, нет. Спасибо.

Ее глаза потемнели, а губы надулись в гневной гримасе.

– А почему нет?

Я пожал плечами, отстраняясь от ее прикосновения.

– Просто не хочется.

– Тебе не хочется потанцевать с горячей женщиной? – Она повела бровями вверх и вниз, слегка выдохнув.